Царство Проклятых

Я толкнула дверь и чуть не ахнула. Внутри была библиотека, о которой можно было только мечтать. Как только я вошла в комнату, меня охватило волнение, я уставилась на многочисленные ряды стеклянных полок. Они казались бесконечными.
Мое лицо расплылось в широкой улыбке. Богини явно благоволили мне – это было идеальное место для поиска магии и мифов. Я восхищалась корешками тысяч книг, украшенных драгоценными камнями. Кто-то расположил их по цвету, переплеты варьировались от самых ярких оттенков желтого до бледно-сливочного и чисто белоснежного. Красные, фиолетовые, синие, зеленые и оранжевые тона – будто радуга на фоне льда.
  
Я не могла себе представить Гнева, такого безмятежного, занятого чтением тихой, безмолвной ночью, а если бы и так, то вряд ли бы ему это удалось в окружение такого буйства красок. Возможно черное и золото – темное блестящее дерево и кожа. Мужская элегантность во всей красе. Это был…
– Укромный уголок. Похоже на райский уголок, но не так скучно.
Я обернулась, прижимая руку к колотящемуся сердцу.
– Подкрадываться к людям – это так грубо. Я думала, у принцев-демонов должны быть безупречные манеры.
– Так и есть. По большей части. – Взгляд Гнева бесстыдно скользнул по моему открытому платью, и я мучительно ощутила каждое место, где шелковистая ткань соприкасалась с кожей. Думаю, он хотел убедиться, что в роли королевы я не буду смущаться ни перед кем и ни перед чем в его дворе. – Моя личная библиотека на уровень ниже.
– Дай угадаю… Ад? Черный цвет, кожа и золото?
– А еще много огня, цепей и орудий пыток. – Его улыбка ослепляла словно вспышка. Опасная и обезоруживающая. Оружие, которое он наточил до совершенства. Возможно, самое опасное в его арсенале. Особенно здесь. – Когда ты наберешься смелости, я покажу тебе.
В моем животе что-то перевернулось при мысли о цепях, темном месте и Гневе.
– Мне кажется, ты немного переборщил, назвав библиотеку Укромным уголком и Адом. – Я шла по проходу, заполненному книгами разных оттенков синего, демон следовал за мной. Мне нужно было перестать смотреть на эту улыбку, иначе ад поглотит меня. – Ты что-нибудь слышал от братьев?
– Зависть, Похоть и Жадность – все проявляют большой интерес к твоему присутствию здесь. Мы еще раньше получили от них послания. – Его тон оставался подозрительно легким. – Они особенно просили твоего присутствия на Волчьем Пире. Думаю, что Лень и Чревоугодие перестанут себя в конце концов баловать, и тоже пришлют приглашения.
«Луперкалия» была до-римским праздником, и примерно означала «Волчий Пир», когда люди приносили в жертву козлов, а затем мазали лбы богатых пролитой кровью. Некоторые отрезали куски плоти от животного и бегали голыми по улицам, шокируя прохожих. Если бы праздник демонов был чем-то похожим, то я бы предпочла не ходить туда. Не оборачиваясь, я спросила:
– Пир будет у тебя?
Он предстал передо мной, небрежно оперевшись на полку. Сверхъестественная скорость движений. Я не могла не окинуть его взглядом. Его костюм глубокого угольного оттенка побудил во мне мысли о ночи, шелковых простынях, тайных свиданиях и о том, о чем не следовало.
– Нет. Я жду, чтобы посмотреть, что сделает Гордыня.
– Он уже прислал приглашение?
– Нет.
– Зачем же ты ждешь его действий?
– Это один из немногих случаев, когда всех семерых принцев приглашают в одно королевское владение. Затем три дня почестей и мероприятий – ужины, охота, бал-маскарад, а потом пир. То, где он будет проходить, зависит от двух факторов: куда выберет пойти почетный гость, и какой принц с наивысшим рангом решит его принять.
– Разве вы не обладаете равной властью? – Гнев покачал головой, не вдаваясь в подробности. Я скрыла свое разочарование. – Что, если почетный гость не выберет принца высшего ранга?
– Всегда выбирают. А если они этого не сделают, то в их Доме настоятельно порекомендует это сделать. Отказ является серьезным оскорблением, вызвавшим не одну кровавую баню за века.
На мгновение показалась, будто он истосковался по битве. Затем выражение его лица стало задумчивым.
– Кажется, все принцы страдают от других грехов.
Наши взгляды встретились. Я поняла, что он на самом деле имел в виду. Гнев извинился за ссору, что разразилась между нами ранее. Знаком этого служила оливковая ветвь, положенная к моим ногам. Я могла отбросить ее в сторону и продолжить борьбу, а могла принять ее и идти дальше. Я продолжила медленно идти вдоль рядов в поиске кое-чего конкретного, но выглядела равнодушной, чтобы избежать подозрений.
– Зачем вы вообще чествуете до-римскую традицию?
– Ты размышляешь как смертная, считая, что не они вдохновились нашими обрядами и ритуалами, – усмехнулся он. – У них даже не хватило совести соблюсти правильные даты или обычаи.
Я прекратила изучать названия и перевела внимательный взгляд на него.
– Зачем ты мне все это рассказываешь? Каждый из принцев Ада превращается в гигантских волков и воет на полную луну? Возможно, мне стоит побеспокоиться о том, что ты будешь пыхтеть у двери моей спальни перед застольем.
– Мы действительно носим волчьи маски, но я не буду пыхтеть. Если только ты меня вежливо не попросишь.
Я с трудом сглотнула, отталкивая свои мысли от того, куда этот несносный принц увлекал их.
– Ты не ответил на мой первый вопрос. Почему ты мне сейчас об этом рассказываешь?
– Ты номинирована на почетного гостя. – Шутливое выражение исчезло с его лица. – Голосование состоится в следующем месяце. Я почти не сомневаюсь, что тебя выберут. На Семи Кругах только и говорят о твоем прибытии. Я сомневаюсь, что в этот Кровавый Сезон найдется хоть один гость, кто хотя бы наполовину так всех заинтересует.
Замечательно.
– Меня заставят убить козу?
Гнев задержал мой взгляд.
– Козы не будет нет, Эмилия.
От того, как он это сказал, у меня подкосились ноги.
– Я стану жертвой?
– Нет.
От одного этого краткого слова меня охватило облегчение.
– Твой самый большой страх или тайна твоего сердца будет вырвана из тебя как жертва.
– Нет. – Мой голос прозвучал тихим, дрожащим шепотом. Как же я ненавидела это.
– Да. – Его голос был жестким, резким. И это я тоже ненавидела. – На глазах у каждого принца Ада и всех наших подданных. Здесь сила в страхе. Чем сильнее твой страх, тем большую силу он нам дает. Тебе было бы намного проще пожертвовать своей жизнью. Если они заберут твой самый большой страх, я обещаю, что ты возжелаешь чего-то столь же быстрого и окончательного, как человеческая смерть.
 
Семь
 
– Нет. Я отказываюсь. – На этот раз мой голос был стальным. – Ты говорил, что всегда есть выбор.
Его лицо будто покрыло снегом.
– Судя по недавним действиям, я начал думать, что ты забыла этот разговор.
– Ты хочешь вернуться к обсуждению того, что произошло в пещере, прямо сейчас?
– Не особо, нет.
– В конце концов, нам все равно придется – почему бы не здесь и не сейчас.
– Отлично. – Он скрестил руки на груди. – Тогда начинай, объясни свое решение.
Он говорил так, будто у меня действительно был выбор, в его голосе слышался едва сдерживаемый гнев. Я была так удивлена, что отступила, внимательно смотря на него. На его челюсти дрогнул мускул, а взгляд был настолько твердым, что бриллианты могли позавидовать. Гнев был не просто зол, он был в ярости. Я практически чувствовала жар, пылающий между нами.
У меня словно глаза открылись.
– Ты хотел, чтобы я отказалась от Гордыни.
– Я этого не говорил.
– Тебе и не нужно было.
  
На этот раз эмоции проступили на его лице. Мое потрясение быстро сменилось раздражением. Если бы он только признался мне в ту ночь, все было бы по-другому. Мы могли бы придумать новый план. Вместе. Злость развязала мне язык.
– Скажи, почему? Я должна знать, почему ты хотел, чтобы я ему отказала.