Алчность. Выбор (СИ)

— Правду, значит, — тихо протянул я, разглядывая получившийся результат. — Будет тебе правда.
Параллельно с этими словами я достал из ящика стола маленький сундучок, больше походивший на шкатулку. Он был прост в исполнении, и его нельзя было бы отличить от любого другого подобного сундучка. За исключением одной детали: у него не было замочной скважины.
Поставив его на стол, я щелкнул ногтем по крышке сундучка, одновременно с этим направляя в него магическую энергию. Послышался щелчок, после чего крышка приоткрылась, а в нос ударил характерный для некоторых зелий запах. Аккуратно выудив оттуда склянку, в которой плескалась ничем не примечательная прозрачная жидкость, я взмахом создал из листа бумаги небольшую чашу. Сладковатый запах сразу ударил в нос, но я абстрагировался от ощущений, сконцентрировавшись на конечном этапе создания артефакта.
  
Вылив немного содержимого склянки в чашу, я опустил туда получившийся простенький артефакт. Ничего не происходило ровно до того момента, пока я не начал обильно вливать магическую энергию в жидкость. Началось взаимодействие. Прозрачная жидкость, которую запросто можно спутать с водой, начала стремительно темнеть, превращаясь в черную тягучую жижу. Полоска кожи, находящаяся в этом вареве, стала впитывать в себя содержимое чаши и так же окрашиваться в темный цвет.
Процесс длился недолго. До тех пор, пока вся жижа не впиталась в артефакт. Лишь после этого я смог с чувством хорошо выполненной работы вытащить кусок кожи из чаши, попутно развеяв сосуд, и оценить результат.
Артефакт не испускал энергии, отчего в магическом спектре выглядел как простое украшение. Побочная цель достигнута. В том, что артефакт будет выполнять свою главную функцию, а именно защищать носителя, я даже не сомневался. И это означало, что проверить осталось только последний пункт.
Удерживая навесу получившийся артефакт, я зажег в свободной руке Адское пламя и попытался сжечь результат своей работы. Проходило время, но с украшением ничего не происходило. Огонь, который был способен уничтожить практически любой артефакт, оказался бессилен против, казалось бы, простого куска кожи. И именно поэтому на моем лице появилась довольная улыбка. Желаемый результат достигнут.
Правда, эта же улыбка тут же сошла на нет, когда мой взгляд наткнулся на склянку с прозрачной жидкостью. Жидкостью, являющейся зельем, которое делало все, что в нем окажется, практически несокрушимым. При должной обработке, конечно же. Хотя я не уверен, что эту жидкость можно назвать продуктом зельеварения, учитывая, что эффект зелья больше присущ алхимии. И от того печальнее было осознавать, что этого волшебного зелья осталось лишь еще на одно применение.
«А жаль, воспроизвести его мне пока не по силам», — с грустью подумал я, представляя, что скоро я могу лишиться такого ценного экземпляра своей коллекции.
— Аварис, — позвал меня ведьмак, отвлекая от собственных мыслей.
— А? — встрепенувшись, я посмотрел на собеседника, который с ожиданием смотрел на меня. — Ах да, точно.
Вспомнив, что обещал дать Эрланду объяснения, я отложил артефакт в сторону и посмотрел на ведьмака. Говорить ему все, как есть, было бы глупо, но оставлять в совершенном неведении тоже было бы ошибкой. Выход один — общие, ничего не значащие фразы. Как показывает практика, люди сами успешно справляются с тем, чтобы при отсутствии полной информации додумать устраивающие их недостающие детали.
— С чего бы начать, — задумчиво протянул я, постукивая указательным пальцем по губам.
— Попробуй с самого начала, — усмехнувшись, сказал убийца чудовищ, откидываясь на спинку своего кресла.
Я оценивающе посмотрел на него и фыркнул.
— Если рассказывать с начала, то и жизни не хватит, — проговорил я, дернув уголком губ в мимолетной улыбке. — Но, думаю, с начала нашего с тобой знакомства все же можно начать.
Мои слова явно заинтересовали главу Школы Грифона. Он стал выглядеть куда собраннее, чем еще мгновение назад.
— Незадолго до нашей с тобой первой встречи, — начал я свой рассказ полуправды, внутренне усмехаясь тому, что двадцать лет — это действительно «незадолго», — у меня… отняли кое-что…
Я говорил медленно, подбирая необходимые слова, чтобы не солгать и не сболтнуть при этом лишнего. Со стороны же могло показаться, что тема для меня настолько болезненная, что мне неприятно, или даже больно, говорить об этом.
— … кое-кого, — продолжил я, поправив самого себя, — ценного… дорогого для меня человека.
— Отняли? — переспросил ведьмак.
— Скажем, что нас разлучили, — немного пояснил я, понимая, что «отняли» ближе к слову «убили», и будет трудно объяснить Эрланду смысл. — Из-за этого я стал одержим поисками этого человека. И эти самые поиски завели меня в Северные королевства. Собственно, именно так я и оказался в той деревне, где мы с тобой впервые встретились.
Эрланд слушал меня внимательно, стараясь не перебивать и даже, казалось, пытаясь дышать как можно тише.
— Со вступительной частью закончили, — усмехнувшись, сказал я уже куда свободнее. — К тому же, тебя интересует, что стряслось, а не то, как все началось. Что было дальше, пояснять не вижу смысла. Скажу лишь, что недавно нашел то, что так давно потерял. Вот я и немного взбудоражен всем этим.
Я замолчал, одновременно думая о том, не слишком ли много рассказал ведьмаку. Сам же Эрланд сверлил меня нечитаемым взглядом.
— И что ты собираешься делать? — с подозрением спросил убийца чудовищ.
— Сейчас? — вскинув брови, задал я встречный вопрос. — Ничего.
— А не сейчас?
— Время покажет, — усмехнулся я, прежде чем отмахнуться от подозрений ведьмака. — Но если ты боишься, что мое прошлое может коснуться цеха…
«То скажу, что ты слишком поздно об этом задумался, — внутренне усмехаясь, подумал я, — ведь о последствиях надо было думать уже тогда, когда ты вел меня в крепость».
— … то спешу заверить, что на ведьмаках это никак не отразится, — вслух проговорил я уже совсем другое.
Моих слов оказалось достаточно, чтобы успокоить ведьмака, после чего разговор перешел в общие темы. Мы обсудили мои наработки по улучшению и расширению арсенала ведьмачьих знаков, а также я «закинул удочку» на одну, давно интересующую меня тему — созданию ведьмачек. Я уже натыкался на записи, что попытки создания ведьмаков из женщин уже были. Но, как показала практика, этот процесс оказался довольно сложен. К тому же, смертность была в несколько раз выше, отчего было всего несколько «удачных» попыток. Хотя по-настоящему удачными их назвать сложно. Судя по записям, мутации ведьмачек были столь нестабильны, что начинала страдать их психика. И, при всем этом, они значительно уступали по силам мужчинам, отчего идею создания ведьмачек забросили.
Это тема была для меня довольно интересной, ведь если опыты удастся и результаты оправдают ожидания, то мутации окажутся неплохим способом продления жизни для Лии. К тому же, если все получится, будет иметь смысл избавиться от бесплодия ведьмаков. Меня всегда будоражила мысль, что я могу стать тем, кто создаст новую расу.
Впрочем, пока все это были лишь разговоры и мои домыслы. Эрланд же, обещая подумать, поспешил удалиться, намекнув, что мне стоит поскорее разобраться с моим «прошлым».
— Разобраться с прошлым, — усмехнувшись, проговорил я, приподняв отставленный ранее кусок кожи. — Пожалуй, ты прав, ведьмак. Разобраться стоит поскорее, от греха подальше.
В этот момент перед глазами промелькнул образ новорожденного ребенка со светлыми волосиками. Какое-то время я сидел и предавался воспоминаниям, разглядывая артефакт. Когда-то я уже создавал нечто подобное, но с совершенно иной функцией. Он должен был перемещать защищаемую цель ко мне. Этот метод не оправдал себя. Теперь цель артефакта — защищать своего носителя.
  
«Я не допущу прежних ошибок», — подумал я, убирая заготовку во внутренний карман своего камзола.
Внезапно раздался стук в дверь. Странно, учитывая, что Эрланд ушел совсем недавно. Неужели уже успело что-то случиться?