Княжич, Который Выжил (СИ)
— Сава, пасиба!
Опять за своё — прижиматься, обнимать, не отпускать. Но сегодня не вырываюсь. Заслужила.
Мама с явным облегчением:
— Теперь идёмте переодеваться и есть тортики и банановый хлеб!
Мы с Ксюней синхронно:
— Улааа! Банавновый хлеб!
* * *За банановым хлебом в столовой к нам подходит секретарша мамы. Нина. Приятная на лицо, строгий пиджак, длинная черная юбка, всё как положено. Вежливо, с уважением в голосе сообщает:
— Ваша Светлость, Ирина Дмитриевна, звонил сам Иванов Иван. Приглашал княжича Вячеслава к себе в гости на канал.
Мама моргает:
— А кто такой этот Иванов?
Нина буквально замирает, будто не веря своим ушам. Потом с придыханием отвечает:
— Ваша Светлость, это же боец боевого Спаса! Титулованный чемпион. Чемпион России по боевому Спасу ранга Коловрат среди полумагов!
Я хмыкаю. Помимо полноценно одарённых, существуют и частично одарённые — полумаги. Они не умеют колдовать, зато в рукопашке хороши. У них свои ранги, турниры, система титулов. В отличие от магов, им разрешено участвовать в соревнованиях и становиться чемпионами.
Магам же свои турниры запрещены.
Дворянские дружины чаще всего состоят именно из полумагов. Настоящих магов в родовой службе безопасности могут позволить себе немногие аристократы.
Я лениво говорю, не отвлекаясь от десерта:
— Ма, я пайду. Он мне покажет, как длаться… Это полезно. Я потом смогу улоду Логову надавать по дыне.
Мама вздыхает, но не спорит:
— Лучше на Мастера Рогова пока не покушаться. Но в целом, почему бы нет? Можно сходить, пообщаться. Если Ивано пришлёт заранее сценарий ролика.
Я думаю, что это ещё и отличный стимул. Во-первых, посмотреть, на что местные бойцы вообще способны.
А во-вторых, хороший повод для Евгения Евгеньевича поторопиться и поуговаривать меня снимать новые ролики.
* * *«Юные нобили», Рязань
Княжна Матрена Степановна Ильина выходит из зала заседаний Попечительского совета. Недовольство княжна прячет за привычной холодной улыбкой, хотя внутри всё клокочет. Пока удалось выкрутиться. По итогам расследования княжне ничего не вменили. Садик под проверкой, но Совет ограничился лишь предупреждением.
Род Ильиных влиятелен. И они могут позволить себе одну ошибку. Больше одной — уже перебор. Но положение Матрены Степановны сильно пошатнулось.
Княжна идёт в свой кабинет, садится, думает. Что делать дальше? Вести садик в прежнем режиме? Рискованно! Княжича Вячеслава невозможно контролировать. Его невозможно подавить. Уже второй раз он показывает, что готов снести всё к чертям.
Как контролировать ураган? Никаких улик против него нет. Он — чист. По сути, он ничего не сделал.
Лампочки? Хулиганство. Но чьё? Ни отпечатков, ничего. Дымовая шашка? Опасных веществ в ее составе не нашли. Кто подбросил — неизвестно.
И вообще, чего дети испугались? Что это были за галлюцинации?
Те вещества, что нашли в остатках дыма, не могли вызвать массовые видения гигантского паука. Или это всё-таки были не галлюцинации? Тогда что? Гигантского паука ведь никто так и не увидел — только «лучики» кричали, будто он был.
Но свернуть социальный эксперимент с младшей группой Матрёна Степановна не может. На нём держится целая серия научных наблюдений, публикации, и, главное, её собственная диссертация. Закрыть эксперимент — значит похоронить всё. А такого позволить она себе не может.
Ильина берёт телефон, набирает номер. Гудки.
— Ирина Дмитриевна, — её голос ровный, деловой, но в нём чувствуется напряжение. — Это Матрена Степановна. Можно ли нам обсудить сроки возвращения в «Юных нобилях» княжича Вячеслава и Ксению Тимофеевну?
Пауза.
— Я также хотела бы лично пообщаться с княжичем Вячеславом.
* * *Друзья, не забудьте плиз лайкнуть книгу! Это очень важно для развития видеоблога «Юный тактик»)
Глава 5
Усевшись на бортик песочницы, я уставился в экран маминого телефона-лопаты. Он такой здоровенный, что держать неудобно, особенно детскими пальцами — ощущение, будто пытаешься обхватить кирпич. Почему сейчас не делают компактные смартфоны⁈ Раньше были нормальные трубки — маленькие, удобные, кнопочные. А теперь — сенсорные монстры, которые можно на стены вешать вместо плазмы или подменять бронепластину в жилете.
На экране на ринге размахивается Иванов — большая звезда среди нынешних публичных бойцов-полумагов. Народ в комментариях под видео активно восторгается: мол, вот это монстр, машина для убийств. Ну-ну. Если этот парень чемпион, то даже боюсь представить, как выглядят их рядовые бойцы. Хотя, может, я слишком суров? Всё-таки настоящие чемпионы не выходят на ринг. Они служат в дружинах князей и светлейших князей, где платят куда больше, чем за поединки перед разгорячённой толпой. Арене достаются те, кто либо не дотянул, либо слишком любит быть на виду.
Помню, в молодости тоже участвовал в турнирных боях — зарабатывал на хлеб, как мог. Потом ушёл рекрутом в хирд. Это сейчас я княжич, которому не нужно думать о хлебе насущном, а тогда начинал как простолюдин, который карабкался вверх, зубами вгрызаясь в каждый шанс. Иначе было нельзя. Да и сейчас, если честно, тоже нельзя — просто ставки стали другие.
На видео Иванов делает замах, выкладывая свой коронный боковой. Такой себе размашистый шлёпок по противнику. Если бы он вкладывал в него импульсацию резервов, как полагается, а не просто умело махал рукой от всей души, то, глядишь, дорос бы и до мирового уровня. А так — просто парень, умеющий технично бить.
На горизонте появляется мама.
— Слава, посмотрел? — в глазах княгини любопытный огонек.
— Ага, — протягиваю ей телефон двумя руками. Хоть бы не уронить. Лопата же.
Мама забирает мобилу, но прежде чем убрать её в карман, мельком поглядывает на экран. На видео Иванов как раз получает в челюсть от своего противника и летит в угол. Ну, справедливо.
— Тут недавно звонила княжна Ильина, — мама вздыхает, проводя рукой по волосам.
Я сразу хмурюсь.
— Директриса садика, — уточняет она, будто я могу забыть своего мини-босса со стройными ножками. — Сказала, что хотела приехать, пообщаться. Я согласилась предварительно, но после того, что она устроила вам с Ксюней… не думаю, что это хорошая идея…
— Мам, с ней нада пообщаться, — перебиваю я. — Она же дилектлиса.
Ильина, похоже, хочет на мировую. Ну и пусть. Мне-то, в принципе, не жалко. Да и сама княжна хоть и змея, но, откровенно говоря, симпатичная тётенька. Почему бы не встретиться?
Мама сомневается:
— Не уверена, Слава…
Я вздыхаю, но терпеливо объясняю:
— Длугого такого садика в Лязани нет. Ням нада ходить в «Юные нобили». Мы далжны общаться со свелстниками-алистоклатами.
— Какой ты умный, Вячеслав Светозарович… — вздыхает княгиня, потом медленно кивает. — Ладно. Значит, пообщаемся. Надеюсь, я её не задушу на нашем диване…
Я вскидываю бровь.
— То есть… сдержусь, не накричу, а спокойно объясню княжне, что именно меня не устраивает, — тут же поправляется мама и с самым невинным лицом добавляет, — Главное — всегда быть вежливым и культурным. Имейте это в виду, Слава и Ксюня… Ксюня, а ты чего стоишь так странно?
Только сейчас замечает девочку — та стоит неподалёку, вытянув пальчик в сторону Глинки, и напрягает глазки. Щёки у неё раздулись, лицо покраснело, а пальчик дрожит, словно она пытается из него что-то выдавить.
А Глинка, получив от меня команду «стоять», застыл как вкопанный, даже ухом не ведёт. Таращится на Ксюню с величайшим недоумением в глазах-бусинках, будто пытается понять, какого демона от него хотят и когда же ему дадут вкусняшку.
— Тленилуемся, — спокойно поясняю я, глядя на занятие суженой, что бы это слово ни значило. Кстати, надо бы его глянуть в мобиле в следующий раз.
Подхожу к Ксюне, наклоняюсь к ней и спокойно спрашиваю: