Мы слишком разные (СИ)
— Маргарита успела тысячу раз мне позвонить, пока я ждал тебя.
— Она вышла из декрета? — встрепенулась я, услышав ещё одно родное имя.
— Уже полгода как, — усмехнулся мужчина, а я почувствовала укол совести. — Алисе два годика исполнилось, а такая уже прыткая.
Эдуард Васильевич с нежностью начал рассказывать о своей жене и внучке. Девочка ещё такая малютка, но уже успела прославиться своими выходками. Не зря Маргарита Павловна взяла длительный неоплачиваемый отпуск. За этой малышкой нужен глаз да глаз.
— С нетерпением ожидаю с ней встречи, — напоследок произнесла, а затем обратно повернулась к окну, проведя остаток пути в молчании.
***
Остановились мы на подъездной дорожке моего участка дома.
Открыла дверь машины, выскакивая из неё, чтобы затем задрать голову вверх. Передо мной возвышался величественный особняк в три этажа. Родители любители помпезности и не упустят шанс всем это показать.
Несмотря на то, что я выросла в таком окружении, избалованной меня никак назвать нельзя. Я знаю цену деньгам и вещам. Всё это мне чуждо. Возможно, это потому, что родители никак не участвовали в моем воспитании. Карьера заняла все их свободное и несвободное время, чтобы позволить обратить внимание ещё и на маленькую дочь.
— Ника, — распахнулись двери, явив женщину на свет. Темноволосую чуть полноватую, в возрасте.
— Маргарита Павловна, — раскинула объятия, сгребая женщину в охапку.
Прижалась поближе, вдыхая такой родной запах. Как же мне этого не хватало.
— Выросла то как, — начала разглядывать со всех сторон меня. — Невеста уже.
— Вот и я так говорю, — подал голос Эдуард Васильевич, ставя мой багаж на брусчатку. — Замуж Нике пора. За порядочного человека.
На последних словах, моё лицо перекосилось.
— Так, о замужестве потом, — как всегда взяла бразды правления в свои руки тетя Рита, — Я все накрыла. Откормлю тебя, а то знаю, как Вас там за границей кормят.
— Я не очень голодна, и к тому же очень устала. Хотела бы прилечь.
Маргарита кивнула, ободряюще сжав моё плечо. Она прекрасно понимает меня, за что я ей очень благодарна. У нас есть достаточно времени, чтобы успеть пообщаться.
Взяла ручку чемодана и направилась в дом. Затормозила только на пороге, осматривая интерьер.
Ничего не поменялось. Всё так же. Тот же мраморный пол, позолоченная люстра за несколько десятков тысяч долларов и та же широкая лестница, ведущая наверх.
Для мамы непосильная задача сделать это менее ярким. У меня же такое чувство, что я нахожусь в музее. Поэтому, до переезда за границу, крайне редко выходила из своей комнаты. А точнее, только в одном случае — за едой.
Продолжила свой путь, поднимаясь на второй этаж. Схватилась за ручку, открывая дверь в свою комнату. Оставила чемодан у порога комнаты и начала осматриваться.
Ничего не поменялось. Плакаты известных рок-групп разместились во всю стену, передо мной. Помню, как сходила с ума по ним. Даже бывало такое, что сбегала из дому, лишь бы попасть на концерт. Мой бывший парень был из неформалов, и я считала это крутым. До тех пор, пока отец не предложил ему денег за разрыв со мной, и этот «идиот» на радостях согласился. Вот и вся любовь в пятнадцать лет.
Подошла к столу, хватая свой рисунок. Черная клякса нарисована в левом верхнем углу. Ещё один из самых отчётливых моментов в моей жизни. Помню, как-то мой учитель говорил: «Тебе нужно выплеснуть всё то, что ты держишь в себе. Иначе, твои эмоции разорвут тебя на части. Выбери свой вариант, как это можно сделать». Вот я и выбрала. Садилась, и просто рисовала. Рука сама кружила над бумагой, и получался всякий бред, типа этого.
Кинула обратно листок на стол, разворачиваясь лицом к комнате.
Вся комната кишит обрывками из прошлого и все эти воспоминания лавиной обрушились на меня. Не могу сказать, что все приятные. Надеюсь, до того момента, как я вернусь в Лондон, не сойду с ума от всепоглощающего ужаса настоящего.
Глава 4 Серьезный разговор
Вероника
— Ну, прости, — виновато произнесла Моника по ту сторону экрана. — Взяла твой телефон и забыла об этом.
— Ты подставила меня. Причём конкретно.
После того, как я разобрала вещи, решила созвониться с подругой. Пусть это было сделано не нарочно, но эта ситуация отлично потрепала мне нервы. Особенно в аэропорту.
Не могу поверить, что такое могло произойти. Точнее, могло произойти со мной. Я всегда пытаюсь всё контролировать. Если Мони была более взбалмошной и легкомысленной, то я, наоборот. По учебе была лучшей, для друзей и…. родителей.
Я надеялась, глубоко в душе, что таким образом смогу обратить их внимание на себя. Но не получилось. Сама не заметила, как перестала быть собой, делая то, что другие бы оценили.
К огромному счастью, я смогла уехать в Лондон. Встретила лучшую подругу, и она смогла вывести меня из такого состояния. Поэтому, ссориться с ней я не хотела, а вот устроить небольшой скандальчик, чтобы дальше она думала, прежде чем что-то делать — это, пожалуйста.
— Откуда я могла знать, что твой козел, это мой козел? — возмущённо воскликнула. — Кто называет своего парня «козлом»?
— Никакой он мне не парень, — жестко ответила. — И да. Это делаю я.
— Ладно. Поняла, — подняла ладони вверх примирительно. — В следующий раз, когда напьюсь, телефон не возьму. Даже если ты будешь очень сильно упрашивать.
— И будешь заряжать свой.
— Именно. Так что он ответил?
— Ничего интересного, — равнодушно отчеканила. — Написал: «Кто это?».
— В смысле? — от удивления подняла брови подруга. — Он не имеет твоего номера телефона?
— Наверное, — пожала плечами. — Да и его номер мне был не нужен. Родители настояли.
— Для чего?
— Вдруг понадобиться какая-то помощь.
— Скорее, чтобы просто подышать в трубку, — начала смеяться Моника.
— Ха-ха-ха. Очень смешно, — обидчиво передразнила ее.
— Не дуйся. Я же в шутку.
В каждый шутке есть доля правды. Это именно тот случай. Моника права. Даже в самой безвыходной ситуации, я бы никогда ему не позвонила.
— Знаешь, даже немного обидно, — вдруг выпалила подруга, а я перевела на экран недоуменный взгляд.
— Отчего тебе обидно?
— Я так старалась. Писала несколько минут. Выплескивала свою обиду и злость.
— Джейсон не звонил? — улыбнулась краешком губ.
— Нет, конечно, — ухмыльнулась девушка. — Он же гордый самец. Я себе лучше найду.
— Не сомневаюсь.
Услышала тихий стук и повернула голову. Голова Тети Риты просунулась в маленькую дверную щель.
— Никуля, — ласково проговорила женщина. — Ужин через час.
— Спасибо, — поблагодарила женщину, поворачиваясь к ноутбуку обратно. — Ладно, мне пора идти собираться. Созвонимся позже.
— Удачи, — сжала кулачок в знак поддержки и отключилась.
Да… Удача мне явно понадобиться.
***
Ровно через час, я вышла из своей комнаты.
Мама не терпела опозданий, а я не хотела её злить.
Сегодня всё должно пройти гладко, так как я не имела права на ошибку. Я лелеяла внутри себя надежду на то, что если буду вести себя так, как того желают родители, то они откажутся от своей настойчивости в отношении того, чтобы я встречалась с парнем, на которого они указали.
Я основательно подготовилась. Надела элегантное чёрное платье и лодочки. Волосы завила в локоны, и нанесла на лицо минимум макияжа. Только блеск для губ и тушь. Мама должна оценить. Пусть всё это не по мне, но я готова пойти на уступки.
Пусть только всё случится по задуманному мною плану.
На середине лестницы, я услышала знакомый голос. Сердце сделало кульбит.
— Маргарита, потрудитесь объяснить, почему на бокалах видны разводы? — узрела открывшуюся мне сцену с лестницы.
Женщина средних лет возвышалась над Маргаритой Павловной, грозно сдвинув брови. Прямые светлые волосы, как у меня, были обрезаны под каре. Зелёно-карие глаза излучали негодование, а губы были плотно поджаты.