Когда отцветают розы

— Мне показалось, я заметил что-то блестящее.
— Ожерелье из золота, усыпанное бриллиантами, не иначе, — съязвил Уолт. — Я говорю серьезно. Старый сарай мы завтра сносим, хочешь ты этого или нет, независимо от погодных условий.
— Ты в самом деле снесешь его до основания? — спросил Энди, хотя по тону Уолта, должно быть, уже понял, что безопасность его автоантиквариата под угрозой. — А как же мамины коробки и инструменты? Вероятно, следует попытаться просто все слегка передвинуть?
  
— Для имущества твоей матушки я устрою временный навес, но твои драндулеты там не поместятся. Мне необходимо полностью очистить сарай, прежде чем мы начнем восстанавливать обветшавшие части. Быть может, часть прежнего пола удастся сохранить…
— Я пойду приготовлю кофе, — сказала Диана.
Энди, казалось, собирался проспорить всю ночь, а терпение Уолта было на исходе, но не поэтому Диана искала предлог, чтобы покинуть библиотеку. Ею внезапно овладело беспокойство, не дававшее усидеть на месте. У нее возникло чувство, что она забыла что-то сделать — что-то крайне важное.
В кухне было намного лучше — мирно и спокойно без раздраженных голосов, которые действовали на нее удручающе. Однако ощущение, что важное дело осталось не сделанным, не покидало ее. Почти неосознанно она подошла к черному ходу и открыла дверь.
* * *
Он был там, ждал в обычном месте. Их месте. Она видела темные очертания его стройной фигуры на фоне еще более темных теней деревьев, но не могла двинуться с места, чтобы подойти. Ее ноги словно вросли в пол, а рот словно стянуло полосой клейкой ленты. Парализованная и немая, она могла лишь наблюдать, как другая черная фигура крадучись скользнула в его сторону. Она услышала, как хрустнула ветка. Она не должна была этого слышать, слишком далеко они были, но все же услышала. Он резко повернулся в ожидании радостной встречи, но тут же подался назад, увидев, кто это был на самом деле. Ни тот, ни другой не кричали, был только шепот, и она слышала его тоже. Две фигуры слились в монстроподобном очертании, между ними завязалась неравная схватка. Ее голосовые связки готовы были порваться от напряжения, так хотелось ей обрести голос и крикнуть…
Она, видимо, действительно закричала, хотя сама не заметила этого. Когда она открыла глаза, рядом были уже все. Энди старался ей помочь, Мэри-Джо отчаянно его ругала:
— Отпусти ее, дурачок! Нужно приподнять ей ноги, а не голову. Ну что ты за растяпа!
— Помолчи! — резко оборвал ее Уолт и склонился над Дианой. — Что случилось?
— Там… Там кто-то был, — она слишком поздно сообразила, что ей не следовало говорить этого. — Нет, Уолт, не выходи наружу…
Но он уже исчез, оставив дверь открытой настежь. Мэри-Джо после секундного колебания схватила фонарь и бросилась вслед. Диана безуспешно попыталась освободиться от объятий Энди.
— Отпусти меня и, пожалуйста, позови их обратно.
Энди поставил ее на ноги, но только для того, чтобы тут же бесцеремонно опустить в кресло.
— С тобой все в порядке?
— Да. Иди же за ними!
— Нет никакого смысла всем нестись в ночь, — сказал Энди невозмутимо. — Это ведь был не Ларри, я правильно понял?
— Нет, — ответила она и качнулась вперед так, что только руки Энди снова удержали ее от падения. — О Боже! Он убил его! Я это видела, я слышала, как его голова ударилась…
— Кто? Кто это был?
Пальцы Энди впились в ее плечи.
— Я не знаю. Перестань, Энди, больно! Я не собираюсь больше падать в обморок.
Он с неожиданной силой пригнул ее голову к коленям. Когда она не без усилия распрямилась, он протягивал ей бокал.
— Терпеть не могу бренди, — сказала она, скорчив гримасу.
— Все равно выпей, — он проследил, как она, давясь, выпила до дна, и попросил мягко, но настойчиво: — Тебе нужно сосредоточиться и вспомнить. Ты видела двоих? Должно быть, двоих, ты же сказала: «Он убил его». Один из них был тем же человеком, которого ты видела или, вернее, ощущала прежде?
— Я же сказала, не знаю… Это мог быть он.
— Жертва или убийца?
— Жертва, мне кажется… И вообще, прекрати меня пытать. Я никогда не могла разглядеть его четко, у меня оставалось лишь самое общее впечатление. Даже имя ни разу не пришло на ум.
Энди посмотрел в сторону двери.
— Они возвращаются. Мэри-Джо устроила ему веселую жизнь. Быть может, если бы ты рассказала им о своих видениях, это отвлекло бы Мэри-Джо от мыслей о…
— Нет! — поспешно перебила она. И слова, которые она не хотела произносить и даже боялась, выплеснулись легко в быстром шепоте: — Если все, что мне пригрезилось, не плод моего воображения, и я видела не мифического молодого человека родом из восемнадцатого столетия, то кто еще это мог быть, если не Брэд?
Когда Диана проснулась на следующее утро, солнце только-только показалось над горизонтом. Жемчужно-матовый туман стелился над лугом. Она быстро оделась и сбежала вниз, надеясь приготовить завтрак прежде, чем проснется Мэри-Джо. Однако уже на лестнице чувствовался запах свежего кофе. Она опоздала.
В кухне собрались все. Энди стоял у плиты и орудовал лопаткой.
— Яичница с беконом практически готова, — приветствовал он ее.
— Я не хочу яичницу. Только кусок поджаренного хлеба.
Энди не обратил на ее слова внимания и поставил перед нею тарелку с едой. Пожав плечами, Диана взялась за вилку, а Энди возобновил прежний спор с Уолтом:
— Дай мне всего один день. Я попрошу одного своего приятеля приехать и помочь мне разобраться с машинами.
— Я тебя предупреждал давным-давно, и Эмили тоже, — Уолт резко отодвинул стул и поднялся из-за стола. — Мои парни уже приехали. Тебе лучше пойти со мной, если хочешь хотя бы показать, куда лучше выкатить твое старье.
Энди испытал последнюю уловку.
— Я полагал, ты должен был заняться прудом с лилиями?
— Нет, слишком сыро. — Неторопливо и аккуратно Уолт закатал рукава. — Впрочем, день обещает быть жарким, и вполне возможно, что ближе к вечеру можно будет перейти и к пруду.
Он вышел.
— Не надоело ему играть своими дурацкими мускулами? — Энди в раздражении швырнул лопатку в раковину и пошел за Уолтом.
— Иногда я думаю, что мужчины вообще не стоят того, чтобы иметь с ними дело, — со вздохом сказала Мэри-Джо.
— А для меня облегчение, что они здесь, — вынуждена была признать Диана. — Я, оказывается, вовсе не такая ярая феминистка, как воображала прежде.
— Дело не в мужчинах и женщинах, а в количестве людей. Хотя ты права, Уолт стреляет лучше, чем я, — с мрачным видом согласилась Мэри-Джо. У Дианы при этом пробежали мурашки по спине.
— Что с тобой? — забеспокоилась Мэри-Джо.
— Ничего, все в порядке. Я сожалею, что так всех перепугала вчера.
— Наверное, ты увидела оленя или какое-нибудь другое животное. Мне ли тебя винить? Я сама начну пугаться собственной тени, если это мучение протянется еще хоть немного.
— Они схватят его. Не всю же жизнь он будет прятаться?
— О да! Они его арестуют, а уже через несколько часов отпустят под залог. Ты закончила есть? — спросила Мэри-Джо, убирая тарелки со стола.
— Что у тебя запланировано на сегодня?
— Школа. У меня два урока, а на следующей неделе экзамен. Придется еще посидеть в библиотеке.
— Энди поедет с тобой?
— Угу, — в улыбке Мэри-Джо особой радости не мелькнуло. — У них смена караула. Боже, это так противно! Чувствуешь себя как дитя беспомощное.
— Но ты же сама только что говорила, что…
— Да, я непоследовательна, — на этот раз улыбка получилась искренней. — Чисто женская черта, не так ли?
— Далеко не только женская, — рассмеялась Диана. «Тупая последовательность свойственна ограниченным натурам».
— Эмерсон, — произнесла Мэри-Джо автоматически. — Но только… Мне нехорошо при мысли, что ты подвергаешься из-за меня опасности. Тебе ничто не мешает уехать отсюда.
— Даже если у меня не было другой причины задержаться, этой было бы достаточно, — сказала Диана. — Ты сделала бы для меня то же самое.