Позвонок (СИ)

Юноша вскинул бровями и цокнул — не самый приятный исход. Теперь дверь его квартиры превратилась в портал Геены огненной, а переступить порог равно самоубийству. Сразу же появилось глупое, но искреннее желание сбежать куда-нибудь, пока все не уляжется само собой.
В палату впорхнула та самая смуглая медсестра. Она озарила всех присутствующих доброй улыбкой и вручила Симоне Вест файл с какими-то бумажками.
  
— Результаты анализов хорошие, — заверила она. — Доктор сказал, что мальчика можно отправлять домой.
— Но почему произошел обморок? — миссис Вест с недоверчивым видом достала содержимое файла и принялась читать лист за листом.
— Вероятно, сильное перенапряжение, — медсестра пожала плечами. — Никаких отклонений мы не выявили. Мальчик здоров.
«Мальчик… Мальчик» — скрежетал зубами Стивен. Эта женщина раздражала его приторной наигранностью. Мать тоже раздражала — ей плевать на сына, она трясется за свой кошелек. Стив был уверен: если бы случай не имел материальных последствий, ни мать, ни отец не обратили бы на произошедшее никакого внимания.
Негативные переживания вызывала и грядущая поездка домой. Все испытывало парня на прочность. По крайней мере, ему так казалось.
Вскоре семейство Вест уже сидело в такси. Симона молчала и серьезно глядела вперед. Ясное дело, она варилась в мыслях и нервничала перед предстоящим конфликтом, который был неизбежным. Все это понимали, как и все могли представить, на что способен Этан Вест в ярости.
Теплая ладонь Ди покрыла руку Стивена. Парень неохотно взглянул на сестру и считал с нее глубокое сожаление. Да, она не одобряла того, что случилось, но не осуждала. Даже после того, как Стив целился в нее из пневматического оружия, она не осуждала его!
От этого на душе у парня сделалось еще более паршиво. Он понимал бы ее злость, как понимает злость матери и отца, но… Диера даже сейчас была на его стороне. Взволнованная и предчувствующая беду, но простившая его. Любящая его.
— Мне очень жаль, — прошептал нежный печальный голос сестры.
— О, брось. Я ведь сам заварил эту кашу, — тихо ответил ей Стивен в надежде, что Симона не слышит их за ревом мотора. — Долго вас расспрашивали в участке?
— Прилично. Лаура ушла раньше всех, ее забрал отец.
— Еще бы, он ведь из полиции.
Ди кивнула и, замявшись, закусила губу.
— Что-то еще случилось? — заметил это Стив.
— Даже не знаю, как сказать…
— Да как есть. Меня все равно сегодня отец прикончит. Что может быть хреновее?
— Мистер Белл запретил Лауре общаться с нашей семьей.
— Что?! — Вест вдруг почувствовал, как в нем прорвало очередной вулкан. От его восклицания в зеркало заднего вида посмотрела мать. Убедившись, что дети сидят спокойно, та продолжила наблюдать за дорогой.
— Он сказал, что не хочет, чтобы на его дочь оказывали влияние такие непутевые подростки, как мы с тобой.
— Но ты-то тут при чем?!
Диера развела руками и замотала головой. Сказанное отозвалось в ней болью, которая так и норовила выплеснуться слезами. Все же, Лаура была ей лучшей подругой долгое время.
— Я пригласила ее гулять с нами и подвергла опасности. А еще наша мама поругалась с мистером Белл в участке, назвала его продажным копом и предателем на всех фронтах. Нажала на больное, так сказать. Лаура нередко рассказывала, что ее отец испытывает вину за то, что так быстро вступил в новые отношения после смерти жены. И вот, наша любимая маман сорвала пломбу с самообладания мистера Белл. Теперь я лишилась подруги, а ты — возможной девушки.
Вест-старший отвернулся к окну:
— Если бы ты не болтала об этом дома, мать бы не узнала про семейные проблемы Белл.
— Ты хочешь обвинить меня в запрете Белл общаться с нами?! Ничего, что это ты почти убил человека, Стивен? Такое себе достижение, чтобы впечатлить отца пассии!
— А ты вручила матери оружие для добивания.
— Ах так!
Машина завернула во двор и остановилась у подъезда. Ди так и не успела парировать — пришлось выходить, вновь погружаться в густоту колючего ночного воздуха.
В вышине ярко горели звезды, а молодой месяц перекосился так, что на его край можно было бы повесить сумку. В домах вокруг почти все окна томились в темноте — улицы спали. Лишь тихий хруст шагов нарушал сокровенный покой зимней ночи.
Когда отворились двери квартиры, все нутро Стивена Веста подскочило к желудку. На него пахнуло теплом, запах запеченных в духовке яблок защекотал рецепторы в носу.
Хотелось бы обрадоваться лакомству, но в коридор вышел Этан Вест и разогнал все мало-мальски приятные мысли. Вид у мужчины был потерянным, взгляд бегал туда-сюда, и можно было подумать, будто он что-то потерял.
Наконец, он воззрился на свои немытые ботинки у входа, быстро сцапал один и с силой швырнул в Стивена. Тот едва успел закрыться плечом и рукой, но тяжелая подошва успела больно ушибить пальцы.
— Этан! — ахнула Симона. Она вышла вперед, к мужу, и с трудом натянула привычную задабривающую улыбку. — Милый, не нужно бросаться обувью. Пусть Стив разденется, а затем вы поговорите.
— Хорошо, — Прозвучало это пугающе не агрессивно, даже почти через смешок. Мужчина нервно развернулся на месте, потер лицо и, не глядя на домочадцев, ушел в кухню.
Оставив верхнюю одежду на крючке у входа, Стивен бесшумно прокрался к себе в обитель. Позади хвостиком ступала бледная от волнения Диера.
— Я останусь с тобой, — прошептала она, когда брат без единого щелчка закрыл дверь в комнату и уселся на кровать.
— Не-а, — ответил тот. Внимание юноши привлекла впечатляющая дырка в носке, как раз на большом пальце правой ноги. И когда он успел?
— Быть может, при мне отец будет вести себя мягче.
— Ди, — Стив аккуратно коснулся девичьей щеки. — Сегодня я умру. Он убьет меня. И я не хочу, чтобы тебе тоже досталось. Поэтому запрись у себя. Выйдешь, когда все стихнет.
— Не говори так! — от возмущения голос девушки стал громче. — Ничего он тебе не сделает! Я останусь и точка.
Стивен Вест мотнул головой со скорбящей усмешкой. Он смотрел на Диеру, как на несмышленого ребенка, сочувствовал ей и… прощался? Духовное естество парня саднило от предчувствия неизбежного. Его будто вели к эшафоту.
— Если случится что-то очень плохое, — снова затянул свое Стив. — Будь сильнее меня.
— Хватит нести чушь! Наш отец не способен на убийство. Поорет и успокоится. Тем более, ты не сделал ничего такого, за что следовало бы убить!
— Ты психуешь, Ди.
— Конечно! — девушка сгребла брата в жадную охапку и крепко сжала. — Я же люблю тебя, а ты идиот. Бери себя в руки. Да, неприятная ситуация, но ты раз и навсегда проучил Верзилу. Я сомневаюсь, что теперь он или Баз посмеют к тебе пристать.
— Пожалуй, — согласился Стивен. Ему было приятно чувствовать сестру так близко, от этого становилось спокойнее. И как он мог на нее сердиться? Как он мог так жестоко подшучивать над ней? Диера была такой теплой и уютной, ее всепоглощающая доброта словно проникла и в его душу, озарив там все, что покрывала тьма.
Стыд воскрес там, где его не ждали.
«Боже, что же я натворил? — подумал парень, прокручивая в воспоминаниях конфликты, в которых позволял себе распустить руки. Он зарылся носом в приятно пахнущие волосы Ди и сильно зажмурился. — Я не хочу таким быть. Я выше необдуманных поступков. Все эти драки, глупая ругань — это ведь все не мое».
Дверная ручка крутнулась. Подростки затаили дыхание, наблюдая за тем, как дверь медленно открывается, поскрипывая петлями. В проходе стоял он — Этан Вест.
Его мимика была настолько бесстрастна, что мужчина напоминал оживший свежий труп.
— Симона! — будто протрубил он. — Забери дочь.
— Нет! — воспротивилась Ди и сжала брата еще сильнее.
— Рот закрой, — Этан подошел к детям и обхватил девушку за шею под затылком. — Пошла вон отсюда!
— Нет! — Диера злобно показала зубы.
Пальцы мужчины на загривке окаменели и больно сдавили нежную кожу. Диера запищала и съежилась, но уперто продолжала противиться. Тогда Стивен жестко схватил отца за запястье и посмотрел на него очень, как ему казалось, предупреждающе.