Мертвецкий Круиз. Пенталогия (СИ)
Здание было не особо примечательным и в качестве оплота не слишком годилось… В прошлом. А сейчас, с терминалом, обнаруженным в пыльном подвале с архивами – стало лакомым кусочком. Особенно с учётом той техники, что мы могли из него приобрести за очки достижений.
Лёгкие переносные оборонительные батареи во вкладке оружия, «охранные гнёзда» с парой мобильных автоматизированных пулемётов для стрельбы по воздушным и наземным целям и стадвадцатидвухмиллиметровой пушкой потрясающей пробивной мощи во вкладке лёгкой бронетехники. Да, это не была полноценная бронетехника – только монтируемый на одну из таких вездеходных лёгких машин поддержки пехоты модуль. И его можно было устанавливать и на здания. Артиллерия позволяла поместить на крыше пусковую ракетную установку, способную сровнять с землёй любую постройку в Гаване.
И да, я понимал, что подобные прямые атаки – это короткий путь к гражданской войне. Армия не признает власти тех, кто попросту ракетным ударом внаглую убил одного или двух их генералов. Да и ответят они аналогично, сравняв наши базы с землёй. Здесь нужно действовать более элегантно. Но как бы то ни было – дом мог превратиться в крепость лишь за счёт имеющегося здесь терминала. Пускай не самую крепкую и мощную, но достаточно опасную на данном этапе войны, чтобы заставить всех оппонентов трижды подумать о своих планах на жизнь.
Вообще, любые покупки оружия в терминалах должны отвечать двум самым важным критериям: они либо обязаны ускорить войну против зомби и решать тактические задачи, либо стать доминантой на поле боя, при виде которой любые разумные решат десять раз подумать, прежде чем лезть с нами в конфликт. Во всех остальных случаях наши усилия должны направляться на развитие баз, постройки штабов и точечном вооружении передовыми образцами брони и оружия моих прошедших закалку Круизеров.
А сейчас я отправлялся на базу, встречать лайнер и наших героев. С самой Ямайкой они, к сожалению, ещё не закончили, но бо́льшую часть работы сделали. Привезут партию людей, восполнят припасы, вернут раненых и больных, укомплектуют свои кулаки и вновь отправятся в круиз. Если лайнер не потребуется для других, более важных целей. Например – выбросить американцев с местных холмов в родные болота Флориды. Ну и ещё с Ямайкой закончить надо. Для бойцов осталась самая сложная задача – освобождение столицы, Кингстона.
Я прикрыл глаза, размышляя над следующим шагом. Проблема генералов и невозможность их прикончить заставляет меня опасаться возможных терактов и диверсий. А значит, мне срочно нужен безопасный периметр и ПВО, отвечающее имеющимся угрозам. Ведь загнанная в угол крыса может обезуметь и пойти на величайшие из преступлений в попытке спасти свою шкуру.
– Афина, на девять вечера собрание офицеров.
«Принято. Хочу напомнить, что к десяти должен прибыть наш флот».
– Вот как раз и обсудим дальнейшее использование лайнера. Нам надо совершить не меньше трёх рейсов к Флориде, перевозя американцев. Они желают начать переброску немедленно. А нам ещё дня три‑четыре для решения вопроса с Ямайкой не помешало бы.
Лагерь, как обычно, бурлил активностью. Строились дома, многие вещи переносились вручную, экономилось электричество и топливо для строительной техники. За периметром нашей базы находились многочисленные группы разведки, прочёсывая местность в поисках диверсантов.
Проблема состояла в том, что их было слишком тяжело найти и отличить от обычных беженцев, которых тоже очень много прибывало в эти дни в лагерь. Я совершил небольшой обход и направился в офицерскую столовую, чтобы взять еды и поужинать в штабе, когда Афина меня обрадовала, сообщив, что она вычислила одного из диверсантов. Тот прокололся своим поведением и переданным по рации сигналом. Всё это было совершено на камеру, отчего она и смогла понять роль этого наводчика. Не зря я всё что имелось поставил и велел подключать к штабу.
– Наталья, сделай доброе дело – доставь к нам крысу. Афина укажет тебе цель. И будьте осторожны. Он наверняка вооружён. – Отдав команду, я принялся хлебать гороховый супчик, сваренный местными тётушками. Вполне неплохо. Специй и соли только многовато, как по мне.
Я не успел доесть даже первое блюдо, наслаждаясь каждой ложкой, когда в комнату отдыха ввели скованного наручниками кубинца, который явно нервничал и что‑то лепетал на своём, мешая трапезе.
– Тш‑ш‑ш… Я ем. Не мешай. Когда я закончу есть – тогда и решишь, сдохнуть ли тебе как собака, от пыток, или же мне всё рассказать про своих дружков и цели, которые вы решили подорвать. Наташа, если он откроет рот до того, как я закончу ужинать – сделай ему больно.
– Хорошо, босс. Язык нам нужен. Нос у него один… Ухо. Если он будет вам докучать – я отрежу ему ухо. – Я не знал, блефует ли она, но если честно, этого завербованного шпиона совсем не жалко.
– Как хочешь. Я бы с пальцев начал. Их ещё больше, чем ушей, – пожал я плечами, оставляя за ней право выбора.
Пять минут спустя он сам себя накрутил настолько, что был готов во всём сознаться.
Ну а когда в комнату отдыха вошёл Фернандо с большими кусачками для отрезания толстых и прочных кабелей, диверсант и вовсе решил, что ему сейчас будут резать пальцы. Хотя это просто совпадение… В общем, птичка запела, сдала с потрохами своих соратников и заказчиков. Ожидаемо это были люди одного из трёх генералов. Хотя это я и так знал. Меня интересовало лишь местонахождение того тайного отряда, и вскоре по указанным координатам отправился один из кулаков.
Уже к началу совета все диверсанты были найдены. Выбор стоял между немедленной казнью оставшихся в живых после ловли кубинцев и их пленом с последующим торгом и общением с их командиром. Хотя он, скорее всего, сделает вид, что не при делах и знать их не знает. И просто отправит новых смертников.
– Ладно, пока в тюрьму. В отличие от связного, эти трое выживших – всего лишь солдаты, что исполняли приказ.
Отдав указание, я уселся в своё кресло в зале для совета. Удобная штука этот штаб. Всё организовано, всё подготовлено для таких вот совещаний и оперативной работы. Мне нравится.
– А с крысой что делать? – Наталья, которая вместе со мной прослушала его биографию, вытянутую Афиной из милицейской базы, тоже считала, что подобный мусор нам не нужен.
«Не знаю, насколько будет это эффективно, но в прошлом, для увеличения эффективности жизни и работы лагеря, вы рекомендовали из подобных врагов делать показательный пример. Надеть на его руки браслеты и цепи, сковать его ноги, выдать тюремную робу и заставить выполнять самую тяжёлую и сложную работу, чтобы остальным было неповадно» – изрядно пугая меня своей кровожадностью, подсказала вариант решения Афина. Вообще, немного пугает перспектива отдать в её руки современную военную технику и технику следующих поколений. Я её не для этого создавал, но она вполне себе может адаптироваться и обучаться, со своей включенной функцией анализа и советов. Что же касается её совета…
Хм, у нас уже были штрафники… Думаю, да, ещё один предавший принципы приютивших его Круизеров мусор станет хорошим напоминанием остальным, что бывает с неблагодарными.
– Показательный суд на площади проведите завтра с самого утра и вынесите приговор. Пряников людям мы нараздавали достаточно. Пора напомнить и о существовании кнута.
После этого мы сосредоточились на оперативных вопросах нашего лагеря. Еда, одежда, топливо и многое другое обсуждалось. Поднимались все, даже самые малозначительные вопросы. Мы учились управлять городом, обществом и своим мини‑государством. Я учился. Офицеры гражданского и военного подразделения учились. Афина совершенствовала свои алгоритмы и рекомендации.
Так, например, оказалось, что мы теряем сорок процентов эффективности при ночных работах, а мы и ночью продолжали строить, чтобы иметь жилья про запас. А всё по причине отсутствия достаточного освещения. Лампочек у нас не хватало! Это мешало не только людям, но и Афине, что выступала контролирующим звеном, следя за строительством при помощи десятка переносных камер и мегафонов, расположенных возле возводимого объекта. Вечный прораб стоял над душой работяг и командовал ими, подсказывая, кто косячит и где что надо исправить.