Мертвецкий Круиз. Пенталогия (СИ)
– Всё, проехали. Я занимаю позицию на чердаке… В месте встречи ты уверен?
– Если только они сами не изменят своих планов. Я на водонапорной башне. Ожидаем… – Вскользь глянув на оглушённого мной и связанного бойца, что сидел здесь в качестве наблюдателя со снайперской винтовкой, я улыбнулся.
Идеальная позиция для ответного огня.
Бойца я поднял и опёр на перила, так, чтобы он не упал, и перепривязал к металлическим бортам башни. Оглушение долго не продлится, поэтому кляп уже был готов и вставлен, чтобы он не помешал мне в случае чего. Присел прямо за ним, направив ствол оружия в небольшой просвет между металлической оградой. Меня не видно, снайпера армейцев видно, и я тоже всех вижу.
– Я готов. Вижу конвой…
Пробираться сюда, минуя патрули, было не так уж и просто. Большую часть дороги проделали вплавь, на берег выбрались неподалёку от командного центра и взлётно‑посадочной полосы с неработающей техникой, ожидающей ремонта. Вертолёты… Самолёты… Гидропланы береговой охраны…
В прицел были хорошо видны напряжённые лица встречающих, радостный и улыбчивый майор Хольм. Сегодня погибнет как минимум один мерзавец и, возможно, несколько хороших людей. К сожалению, другого варианта я не нашёл. Всё‑таки я не волшебник и не смогу заставить исчезнуть у американской армии десятки единиц бронетехники, самолётов и вертолётов, да и всех прочих чрезвычайно опасных образцов оружия. Будь они хотя бы благородными и верными своему слову – я бы ещё попытался найти с ними контакт. Как с генералом Сантьяго на Кубе. Но нет, меня держали за дурака, и уже завтра утром мне вручат «награду» с кучей обременений в виде слабых и больных, голодных и буйных, наглых и неконтролируемых местных жителей. И секретным суперпризом в лице китайской мафии, что сбежала в неизвестные дали и в любой момент вернётся, дабы вершить свою кровавую вендетту.
Меня считают всего лишь наёмником. Разменной монетой, которую можно использовать для собственных целей. В этом и заключается их главная ошибка. У этой разменной монеты – бритвенно‑острые края. Не надо меня хватать и пытаться погнуть. Можно без пальцев остаться.
– Тот, что слева, в кепке – это и есть моя цель. Верно?
– Подтверждаю. Афина, мы можем услышать их разговор?
– … лись без происшествий? – тут же услышал я в шлеме голос командующего, а затем и Хольма.
– Да. Спасибо. Всё хорошо. Южная часть города неплохо зачищена. Основная проблема в нескольких крупных северных ордах. Думаем, если мы с вами договоримся, уже к концу месяца Майами будет свободен, и мы сможем перегруппироваться и пойти дальше.
– Много жертв принёс этот красный террор. Надо быть осторожными и не допускать ошибок. Вокруг действует много банд. На нас уже трижды нападали.
– Это они, конечно, опрометчиво поступили. Вас хоть и немного, но вы сохранили много оружия.
– Оно‑то их и манит, мистер Хольм. Знакомьтесь, это мои помощники. Дарэлл, Шон…
Командующий указал на своих спутников и представил всех их. То же самое сделал и Хольм. И чёрт, они слишком мило общаются друг с другом. Я ожидал куда как большего напряжения.
«Афина, взломай рацию местных и произнеси мужским голосом, что усыпляющий газ готов, можно заводить гостей в комнату», – дал я ей указание, и спустя десять секунд она выполнила мою просьбу, заставив замереть всех присутствующих.
«Отлично! Теперь прокричи в общий канал связи: „Смерть прихвостням продажного Пентагона!“. Наташа – стреляй сразу после этого».
Звука выстрела я не услышал. Но увидел его эффект. Заливающий кровью бетон ублюдок, что избежал наказания за растление малолетних, понёс заслуженную кару. Я тоже почти сразу же выстрелил в противоположного члена делегации, приехавшего с майором Хольмом. Целился в руку. Попал в ключицу. Дёрганые они после первого выстрела стали… Ну а следом началось то, ради чего мы сюда и примчались. Стрельба, шум, крики, вакханалия.
Даже по вышке моей пошли выстрелы, несколько пуль пролетело мимо и одна или две попали в бедолагу, что только‑только начал приходить в себя.
Сегодня я очень сильно запачкал свою карму. Впрочем, уверен, что большая часть делегации выживет. Их возьмут в плен. И начнутся уже совсем не такие радостные и добрые переговоры между двумя военными отрядами.
– Мавр сделал своё дело. Мавр может уходить… – Я бросил чужую винтовку и воспользовался предложением Афины, что уже проложила мне путь к ближайшей лодочной станции.
И пусть вокруг много солдат врага – все они бегут в другую сторону. Мне нужно лишь словить момент.
– Их тут очень много, – доложила по связи Наташа. – Стреляют, игнорируя приказы командиров. Я могу только в море попытаться с разбега сигануть. Винтовку придётся оставить…
– Оставляй и следуй указаниям Афины. Она видит всё лучше нас. Камеры на территории базы работают исправно.
– Так, появилась форточка, я побежала. – Наталья отключилась, и я сам спустя пять секунд спрыгнул с тридцатиметровой высоты, перекатываясь к припаркованному грузовику. Спрятался под ним, а дальше уже прикрываясь грузами, размещёнными на базе, и ржавеющим остовом разобранного на детали вертолёта, промчался за спиной большей части бойцов. Если меня где и заметили в этой суматохе, то так тому и быть. Записи с камер будут стёрты, и им останется лишь гадать, что за чёрный силуэт убегал в сторону пирса. И спасибо командирам этой базы, что все солдаты и обслуживающий персонал ходят в чёрном, несмотря на жару. Для меня это лишь дополнительная маскировка.
– Плывём сами. Технику не бери. Афина активирует маячок, я буду видеть, где ты. Скоро приплыву к тебе.
– Хорошо. Поторопись. Я буду двигаться под водой вдоль берега. Здесь довольно сильное течение. Костюм мой для этого не предназначен…
– Мой тоже. Не переживай, главное дело мы сделали. Осталось убраться отсюда куда подальше, – успокаивал я Наташу, хотя на самом деле это меня надо было успокаивать. Сегодня я переступил через себя ради благополучия всей моей группы и моих людей. И сколько бы воды вокруг меня ни было – она ни за что не смоет эту грязь, которую я допустил в отношении других выживших, что занимались, по сути, тем же, чем и мы.
Надеюсь, я не пожалею о своём выборе…
* * *– Босс! С возвращением! Вы как нельзя вовремя! Прямо к ужину!
На улицах нашего квартала, в центре которого стоял оружейный магазин, было на удивление спокойно и тихо. Люди организовали нечто вроде столовой на открытом воздухе. Расставили бочки, за которыми и стояли группами по четыре человека, кушая всё то, что готовилось в одном из дворов неподалёку, привлекая всех людей ароматами жареного мяса.
– Привет, ребята. Отчёт чуть позже. Мы действительно устали и хотели бы поесть… – ответил я и за себя, и за Наташу, которая в неспокойном море после прошедшей бури едва не утонула. Слишком тяжёлые экзоскелеты и костюмы. Приходилось выгребать как проклятому, чтобы не пойти на дно вместе с экипировкой. Ладно бы нам пару сотен метров так проплыть надо было, но нет – мы прошли под водой, изредка всплывая набрать воздуха, больше семи километров. И потом ещё намного больше – пешком, пока не нашли брошенный кем‑то автомобиль, рядом с которым тусовалась группа зомби.
– Есть, может, у кого вино или виски? Согреться хочу. Чтоб я ещё раз этим проклятым дайвингом занялась… – устало попросила Наташа, и на моё удивление, ей протянули сразу несколько кружек.
– Ну и меня уже угостите, что ли…
Тяжёлые выдались денёчки. Суматошные и для тела, и для души. Но кризис позади, первые цели и задачи выполнены. Осталось лишь закрепить наш успех. И судя по числу людей, что прибились к нам за этот день, – мы на верном пути.
– Шеф, – подошёл ко мне Роберто с двумя стаканами и бутылкой «Хеннесси ХО» в руках. – А когда начнём регистрировать жителей? Новых Круизеров?
Я принял бокал, и в него налился янтарный коньяк с ароматом сушёных фруктов и нотками шоколада. Погипнотизировал стакан взглядом, выпил и взял мясо, что щедро жарилось этим вечером. Даже интересно, откуда мои бойцы его взяли? Морозильные камеры должны были сломаться, мясо – давно испортиться и стухнуть. А свежее никто с ферм не везёт…