Мертвецкий Круиз. Пенталогия (СИ)

«Господин, в конце коридора будет дверь, ведущая к администрации казино, там же есть подъём в вип-комнату из непрозрачного стекла, расположенную под потолком. На картах отмечен люк наверх, однако камеры его не видят. Пожалуйста — осмотрите помещение, дабы я могла спланировать наши дальнейшие шаги», — Афина, как всегда, была вежлива и думала наперёд, стремясь выполнить наилучшим образом поставленную перед ней задачу.
  
Интересно, как там её технобрат Арес и мир в целом? Прошло немного времени… Не хотелось бы, чтобы к тому моменту, как мы причалим, мир оказался разрушен в труху ядерными ударами…
  
Глава 8
 
С того момента, как мир с восхищением смотрел на окрасившееся алой пеленой небо, прошло чуть более двух часов. Невероятное зрелище заставило всех людей оторваться от своих дел, а многие из тех, у кого на дворе стояла глубокая ночь, — проснулись от яркого света.
Удивление и восторг — вот что вызвал странный феномен. Тысячи и тысячи людей начали снимать его на телефоны и транслировать в прямой эфир на самых различных платформах. Прошла минута, за ней вторая, степень восхищения нарастала… А затем начались куда как менее приятные вещи.
Трансляции онлайн прервались, множество телефонов перестало реагировать на команды и пальцы своих владельцев. На них стал загружаться и автоматически воспроизводиться файл неизвестных хакеров.
В сообщении содержался какой-то бред атаку на Землю, о скором конце света и необходимости консолидироваться и бороться за свою жизнь. Рекомендовалось создать максимально доступный запас воды, еды и медикаментов… Кто вообще поверит в эту чушь? Но закрыть файл не удавалось, даже перезагрузка телефонов не помогала.
Компьютеры, подключенные к глобальной сети Интернет, тоже пострадали и начали вести себя странно. Телевещание прекратилось, и вместо любимых сериалов или новостей безразличный механический мужской голос по кругу крутил одни и те же призывы к подготовке и спасению.
— Да что за хрень? У меня телефон, кажется, взломали! — раздавалось во множестве уголков мира на самых разных языках.
В более современных автомобилях даже радиоприёмники сами включились, выкрутили звук на полную и продолжили свою мантру об опасности и необходимости готовиться к концу света.
— Не знаю, кто этот шутник, — но завтра о нём будут говорить все новостные порталы, — смеялась молодёжь.
Однако это было только начало. Через десять минут после появления алого сияния во всём мире взбесились домашние животные. Лаяли собаки, срываясь с цепей, истошно вопили кошки, разнося квартиры, пищали на грани ультразвука хомяки и бились об стекло аквариумные рыбки. А дикие животные так и вовсе словно обезумели.
Пять минут хаоса — и всё закончилось, так же внезапно, как и началось. Да и небо стало медленно, но верно обретать свои естественные оттенки.
«Что это было?» — думали миллиарды людей.
Но они ошибались. Не «что это было», а что это начинается… Внезапный скачок напряжения заставил лампы потухнуть, розетки заискриться, телефоны превратились в бесполезные кирпичи… И в гаснущих, лишённых электричества городах, началось то, о чём так давно предупреждали фантасты.
Молодая девушка крепко держала в руках своего разбушевавшегося щенка. Тот тяжело дышал и поскуливал, пока нежные руки девушки гладили его по загривку. Сбоку от неё находилось окно, куда она смотрела и приговаривала, что скоро всё кончится. Ведь она была уверена, что её дружка испугал странный природный феномен. И она была права… Животные намного чувствительнее людей… И её щенок понял, что вокруг происходит что-то неладное. И как только алые небеса стали терять свои краски, всё кончилось. Глаза собаки слегка помутнели, как и глаза девушки. У неё всё поплыло перед глазами, щенок и она сама упали на пол. Вены вздулись, мышечный спазм ударил по им обоим и через несколько секунд прекратился…
— Гр-р-рр…
— Рва-а-аа…
По всему миру на смену алому, словно кровь, небу пришла залитая сотнями миллионами литров крови земля…
А на смену сиренам службы спасения пришёл дикий крик шокированного человека. Началась эра выживания…
* * *
Лайнер Вива Нова 2
Мы закончили ковырять навесные потолочные панели, за которыми всё же нашли технический люк наверх. Вот только он не особо поддавался, так как упирался во что-то тяжёлое.
Переставив стол, мы вдвоём с Роберто упёрлись плечами и начали с огромным трудом откидывать неподатливую крышку люка и всё со всем тем, что было навалено на него неё сверху.
Стоило лишь дверце поддаться и замереть в вертикальном положении, как сверху донёсся звук разбитого стекла и чего-то катящегося.
— Твою мать… — выругались мы едва ли не синхронно, прислушиваясь к другим звукам.
— Вроде бы никого… — подытожил я и кинул взгляд на десяток следящих за нами через стекло людей.
К этому моменту они уже начали применять смекалку, мастеря из всего подручного нечто вроде оружия. У многих оно уже было, а теперь ещё и запасное появится. Молодцы. Не все, конечно, но сразу после моего рассказа многие оказались на удивление морально устойчивыми и готовыми сражаться.
Хотя, вокруг столько крови, смертей и убийств… Думаю, сыграло роль то, что основной актив, шевелящийся и что-то предпринимающий прямо сейчас — это те, кто уже сталкивался со смертью. Бывшие охранники, полицейские, солдаты и офицеры. Даже байкер один был.
Я начал лезть вверх и понял, что именно меня удивило в этих людях. Моя невнимательность меня удивила. Здесь почти пятьдесят человек, а я смотрю на них, и глаза мои замечают меньше половины. Остальные — слабые, безвольные, плачущие и хлюпающие носами слабаки. Я практически не обращаю на них внимания — будто это статисты какие-то. Я считаю их обречёнными уже сейчас. Даже если зомби их не прикончат — с таким подходом в новом мире они станут мясом и добычей сильных, стойких и волевых хищников.
Они будут пахать за копейки и еду, в своих снах лелея мечту о былой социальной справедливости. Они станут послушными овцами, которых будут пасти и сторожить волки. И если кто заблеет — его тут же поставят на место.
В своих снах я таких почти не видел. Лишь солдат, бойцов, отчаянных и готовых до последнего патрона и капли крови сражаться с врагом. А все остальные… Я слишком быстро прекратил обращать вообще хоть какое-то внимание на них.
Это моя профдеформация. И это — неправильно. Человеческий ресурс в этой войне будет крайне важен. И то, что сейчас многие разделились на хищников и травоядных, означает лишь нынешнее ментальное состояние людей. Никто не рождается солдатом. Ими становятся — демонстрируя жесткость своего внутреннего стержня. Те, кто трусливо прячется и плачет сейчас, — это не сломленные люди. Это те, чьи стержни ещё только распрямятся. И станут основой для будущего этих людей. Ну, или они сломаются под тяжестью обстоятельств. Но всё это лишь предстоит им в ближайшем будущем.
Не стоит списывать их со счетов раньше времени. Самый лучший клинок не тот, что был выкован после пары ударов молота и красивый пылится на стене коллекционера. А тот, что выдержал тысячи ударов и не сломался, исполняя своё прямое предназначение. Вот и люди должны пройти закалку и испытание временем. Сразиться, выжить и продолжать бороться. И на это нужно время.
— Чисто… — отчитался мексиканский телохранитель.
— Склад перегоревших ламп, значит? — подытожил я, оказавшись в лишённом света подсобном помещении. — Афина, как обстановка?
«За дверью чисто, но дальше по коридору вас ожидает тройка зомби за поворотом. После этого будет практически пусто — лишь парочка зомби на пути. Так же фиксирую два отряда выживших, сражающихся на подступах к капитанскому мостику. Они баррикадируют коридоры».
— Сколько там зомби?
«Двадцать две особи на данный момент подают признаки активности».
— Что на других связанных палубах? Можем ли мы использовать огнестрельное оружие?