Мертвецкий Круиз. Пенталогия (СИ)
— Далее… Вот эти четыре нехороших человека и есть те самые идиоты, взбаламутившие воду и переманившие на свою сторону несколько сотен отдыхающих и других успевших вооружиться бойцов, — указал я на выживших убийц.
— Вы сможете их прикончить? — задал вопрос как раз старик, приглашённый на капитанский мостик для обсуждения сложившейся проблемы.
— Им плевать на жизни людей. Нам нет. В случае заварушки — люди станут для них живыми щитами, — пожал я плечами.
— Снайперская винтовка? — сделал первое предложение старик, вызвав бурю обсуждений.
Он не унимался и всё больше предложений исходило от него, отчего росла моя уверенность в том, что он и мистер Хэдберг — звенья одной цепи. Надо бы с ним поговорить с глазу на глаз.
— Получается, мы в любом случае оказываемся в проигрышном положении, хоть и контролируем судно, — массируя виски, сделал вывод Идрис.
— Ну, не всё так плохо. Они — чрезвычайно самоуверенные личности и совершенно точно понимают, что вариантов у них немного. Они будут тянуть до тех пор, пока лайнер не окажется у берега, а там уже попробуй их найти и схватить.
— Они зашевелятся, как только поймут, что корабль заякорился и не движется. Надо действовать на опережение. Начнём с переговоров? Раз уж они понимают, что нам известны их личности, то я думаю, они не откажутся перекинуться парой слов.
— Нужно сделать им предложение, от которого они не смогут отказаться… — начал я продумывать стратегию переговоров с этими четырьмя занозами в заднице.
* * *— Запускай… — дал я команду Афине и стал через камеры наблюдать за реакцией «спецназовцев» недоделанных.
В месте их дислокации — а они заняли целую половину четвёртой палубы, состоящей из кают, общих универсальных залов и ресторанов — заиграло из динамиков записанное мной сообщение.
Если вкратце, то это была просьба им четверым отправиться на переговоры по вопросу дальнейшей безопасности судна. Так, мол, и так, не хотелось бы вечно дрейфовать в море, и от них зависит, заведутся ли двигатели вновь. Ах да, специально для людей, которые решили держаться рядом с ними, мы сказали: «Знаем, что среди вас есть эксперты по энергоустановкам». И для пущей убедительности отключили электроэнергию в занятых ими помещениях. Всё, кроме света.
«Зашевелились… Просят прислать делегата…» — увидел я надпись на листке бумаги, приближенном к камере.
— Кого пошлём? Твоя кандидатура даже не обсуждается. — Промакивая чистым полотенцем помытую шею, Роберто зашёл на капитанский мостик, где никого «лишнего» больше не было.
— Ты для них тёмная лошадка, но китаец тебя сразу опознает. Я — вообще непонятно кто, призрак из ниоткуда. Наталью знают все из них. Всё-таки звезда в подпольном мире… — пожал я плечами. — Мне всё равно. Решаем коллегиально. Я за себя.
— Ну, я тоже за себя, — поднял руку мексиканец.
— Я капитан корабля, и я должен определять его будущее… — поднял руку Идрис.
— Уймитесь, мальчики, — вклинилась Наталья. — Меня они не тронут, так как знают, что я не нарушу их своеобразный кодекс. Ты прав, Михаил. Я единственная, кого они знают, и диалог у меня с ними должен получиться нормальный и адекватный.
— Это ничья. У каждого из нас по одному голосу. И пусть логика в твоих словах есть, и я, как и остальные, тебе доверяем… Но я не доверяю тем четырём ублюдкам.
— Тогда жребий? — прикрыла она глаза и спокойно приняла мой аргумент к сведению.
Жребием стал Лакшит. Мы позвали его и велели выбрать одного из нас четверых, не объясняя сути выбора.
— Ну… Это сложна. Когда нет информаций, осень сложна. Ну, пускай это будет… Наташа… — сглотнул он слюну и засмущался.
— Эй, я видел, как ты ему подмигивала! — возмутился Роберто, который и сам пальцем на себя тыкал.
— Я не только подмигивала, — ухмыльнулась Наталья и, подойдя к Лакшиту, чмокнула его в щёку, отчего он совсем поплыл и растаял, как мороженое.
Мой телефон завибрировал, и я открыл пришедшее мне от Афины видео, на котором было видно, как сидящая позади нас в кресле Наталья демонстрирует удивительно пошлый знак индусу. Вот уж ни стыда, ни совести. Профессионал, что с неё ещё взять.
— А когда? — задал вопрос Лакшит удаляющейся на переговоры красавице.
— Индивидуальные тренировки? Когда доплывём до порта и место появится. Не переживай, я сделаю из тебя настоящего мужчину! — рассмеялась она, Лакшит засиял, а я ухмыльнулся.
Ну да… Было в её биографии упоминание подобного случая. Она тогда во время задания сделала настоящим мужчиной сына мэра одного зачуханного городка. Он визжал как свинья во время индивидуальной тренировки по боевому самбо. И как ни пытался выползти из тренировочного зала, не смог до самого конца тренировки. Даже потеря сознания ему не помогла. Нашатырный спирт вернул его в натуральный ад. Бедный Лакшит…
— Идём прикроем, — поднялись и мы, отправляясь вместе со своими отдохнувшими отрядами в сторону «бунтовщиков».
* * *Стоя позади Натальи и наблюдая за ходом переговоров через экраны телефона и камеры, мы пытались хоть что-то услышать. Сама процедура переговоров выглядела довольно забавно. Подняли руки, показали, что они пустые, затем показали, что за поясом нет оружия, а затем демонстративно достали всё имеющееся оружие и положили рядом с собой. Наталья в этом плане выдала настоящий перфоманс. Сам не знаю, когда она успела запрятать в свою амуницию три ножа, мачете, один глок, нож-шпильку, нож-бабочку, раскладную дубинку… И в конце откуда-то совсем из района декольте вытащила просто лезвие бритвы. Я вообще такие только на родине видел…
Другие тоже выложили оружие, показав, что они желают говорить, а не воевать. И нам осталось только ждать. На переговоры прибыли лишь трое из четверых, последний занял место под потолком в конце коридора, неплохо слившись с тьмой. В его руках была штурмовая винтовка — крайне опасное оружие. Такая была лишь одна у них четверых. Не снайперская, конечно, но всё равно приятного мало. Бронежилет Наталью от выстрела, может быть, спасёт, а может, и нет. Смотря куда выстрел придётся.
— Сдвинься на три шага вправо. Тогда стрелку придётся стрелять через дверь вслепую, — дал я ей подсказку в наушник и продолжил внимательно слушать и наблюдать за происходящим.
В итоге через минуты четыре они начали собираться и в полной тишине разошлись. Драки, стрельбы и сражения не случилось, чему лично я был безумно рад. Наталья вошла в тренажёрный зал, где мы засели в качестве поддержки. Буквально тридцать секунд бега, и мы были бы в том самом коридоре, где и проходили переговоры.
— Ну что там? О чём договорились?
— Ну, они хотели с тобой пообщаться, но я сразу дала понять, что мы из одной группы и говоря со мной, они и с тобой общаются. Затем начали требовать. Много разного, на что я просто рассмеялась. Объяснила им, что они идиоты, из-за спецоперации уже погибло больше пяти тысяч человек, и если погибнет ещё пару сотен — это ничего не поменяет. Далее я назвала имена, фамилии и позывные их коллег по цеху, что умерли за этот день, и дала понять, что они вчетвером — последние. Требовать хоть что-то они не имеют права, но я готова говорить о том, чтобы их отпустили. Они взяли время на подумать. Условия простые — как только оказываемся у берега, они получают лодку и сваливают от нас.
— Хм… Неплохо. Мне нет смысла их убивать. Если они свалят — это будет лучшим раскладом, — кивнул я ей.
— А китаец? Он же явно не согласится.
— Ну, он тоже хочет жить. Но да, с ним надо держать ухо востро. Вообще, они не дилетанты и явно не будут нам доверять. Второй раунд будет через полчаса, и они объявят о своём решении. Думаю, выберут лодку спасательную, потребуют инструмент, запчасти и прочее, чтобы починить её.
— Да пожалуйста, пусть ковыряются. Предложи им выбрать зачищенную и закрытую для посторонних часть судна, на которой они могут хозяйничать до прибытия. Но людей скажи трогать нельзя.
— Тут вроде был прогулочный катер. Надо его подготовить только и к спуску подтащить. Жаль отдавать быстрый катер, но…