Мертвецкий Круиз. Пенталогия (СИ)

– ЧТО ТЫ НЕСЁШЬ, УБЛЮДОК! ЭТО ТЫ ПОВРЕДИЛ КОРАБЛЬ? ДА МЫ ПУСТИМ НА ДНО ВАШЕ КОРЫТО!
– Бла‑бла‑бла. Я отключил всю электронику на вашем катере. И вообще, ты мне больше не интересен. Бойцы! Я обращаюсь к вам! В моей поясной сумке находятся доказательства того, что ваши капитаны предали и меня, и вас. Если вы не желаете напрасного кровопролития, опустите вниз стволы.
– СТОЯТЬ! Я ВАМ ЗАПРЕЩАЮ! Если он потянется к сумке – открыть огонь на поражение! – взъярился будущий труп.
  
– Я достану телефон, и мы вместе с вами послушаем их чудные переговоры. А также услышим истинную причину, почему несколько ваших боевых и бравых товарищей остались на Кубе, хотя эти два ушлёпка унесли по средней аптечке, что могли поднять двоих из них на ноги. Смотрите, как он занервничал…
Стволы медленно начали опускаться, и стоило мне потянуться к поясной сумке, как этот ублюдок выхватил с пояса свой пистолет и открыл по мне огонь.
Практически одновременно с его выстрелом прозвучал ещё один. Пуля, выпущенная кем‑то из снайперов, насквозь прошила шею этого куска дерьма, и он схватился за рану, тщетно пытаясь остановить брызнувшую фонтаном кровь. Ну а спустя миг он рухнул на палубу. Тебе повезло, что не я самолично занялся тобой. Катись в ад.
Впрочем, кое‑что меня радовало. Не ошибся я в бойцах с патрульных катеров! Не ошибся. Ад вокруг слишком сильное влияние оказал на них. Они видели, кто мы, как мы себя ведём, какие у нас есть возможности. Они видели своих капитанов, они видели аптечки, принесённые на борт катера, и обсуждали оставленных в порту бойцов. Да и многих из них именно я и мои ребята спасли. И в головах самых умных из них уже засела одна простая мысль: зачем я переводил дефицитный товар, если бы хотел их убить?
Нельзя сказать, что они не шелохнулись после выстрелов, наоборот – действуя исходя из складывающейся обстановки, они тут же заняли укрытия и сняли оружие с предохранителей. Если ещё раньше этого не сделали. Я ведь обещал обрушить на них свинцовый дождь, если хоть один выстрел раздастся в мою сторону.
– Михаил! Зачем тебе всё это? Так ты делаешь только хуже! Ты же не плохой человек! – прозвучал чей‑то голос. Слегка знакомый… Кажется, это был заместитель погибшего мгновением ранее ублюдка.
А я стоял и дальше не шелохнувшись. Ведь по расчётам Афины, та модель пистолета, что была у капитана, могла пробить мою броню только при серии выстрелов с близкого расстояния в одно и то же место. Мелкий калибр и пробивная сила. Если бы он по шлему стрелял, может, и была бы более рискованной моя затея, но скорее он просто повредил бы частично оборудование. В общем, я полностью доверился своей советчице и не шелохнулся. Возможно, именно по этой причине, да ещё и учитывая отсутствие оружия в моих руках, моряки и не начали палить по мне. А раз не сделали это сразу – то и не будут. Особенно после того, как они услышат те две чудесные аудиозаписи.
Я достал телефон, включил звук на полную и прокатил его по палубе, поближе к укрывшимся бойцам.
«Арчер, поверь мне и моему опыту. Когда мы вернёмся – на нас повесят всех собак и спишут как бесполезный мусор. И плевать им, что мы сделали всё возможное. Ты не забывай ещё, что нашу базу уничтожили нашей же ракетой. И это сделали не просто так! Нам нужен козёл отпущения. Сам посуди, кто может подойти для этой роли лучше всего? Корыто это сломанное он забрал. Чем тебе не пиратство? Так ещё и сам при наших же людях говорил, что сотрудничает с Гаваной. Подадим рапорт, что не просто сотрудничает, а напрямую подчиняется», – говорил знакомый членам экипажа этого судна голос.
«Да ну, всё равно не стыкуется. Бойцов опросят и всё поймут», – отвечал голос покойного.
«Надо сделать так, чтобы их не опрашивали. Или опрашивали только тех, кто нам нужен. Я за твоих бойцов не ручаюсь, но мои скажут то, что я им прикажу. Только вот Макс Ховер и Ли Трупер немного балаболы».
«Это те, что ранены? Так оставь их тут. Кстати! Если уж пытаться всех собак повесить на этих Круизеров, то можно ещё и пришить захват заложников! Мне тоже есть кого оставить…» – заключил покойный, и на этом первая запись оборвалась.
А следом начала проигрываться вторая… Не менее интересная.
«Знаешь что, Арчер. А ведь это будет не просто какая‑то там спецоперация… Пока мир в хаосе и ни китайцам, ни русским нет дела до Кубы, это станет поводом для войны. Полноценной войны, после которой этот райский уголок наконец‑то присоединится к нам и станет новым штатом. Думаю, нашу историю проверят, но даже если найдут какие‑то нестыковки, всё попадёт под контроль Пентагона. И в конце концов нас отпустят, так как мы окажем генералам медвежью услугу».
«Думаешь, будет война?»
«Думаю, что она уже началась. Просто не все об этом знают», – ответил голос мусора, находящегося сейчас внутри патрульного судна, и на этом вторая запись тоже прервалась.
– Гнилые у вас капитаны. Как минимум четырёх из вас они решили списать, оставив у нас не просто так. Потом они неожиданно погибнут от яда или ещё какой‑нибудь гадости. Даже если их спасут из рук страшных и опасных кубинских пиратов, рассекающих Карибское море и Мексиканский залив. Я им, кстати, перед отплытием тоже дал эту запись послушать. И они едут на лайнере вместе с нашими бойцами. Уже полностью здоровые. Я, в отличие от всякого мусора, не жалею аптечек для своих людей.
Я наклонился и подобрал сплющенную пулю, что попала мне в грудь и отскочила. По ощущениям весьма терпимо. Как и всегда… Синяк, может, и будет.
– Что ты предлагаешь? – задал кто‑то из бойцов свой вопрос в полной тишине, и в этот раз и я, и Афина отследили, кто это был. Всё‑таки он, первый помощник капитана… Неплохой парень. Патриот и всё такое…
– Я предлагаю вам сделку. Честную сделку. Ни я, ни снайперы, ни мои люди не трогают никого из вас и из тех, кто находится внутри трюма. Мне нужен лишь второй предатель, пожелавший развязать войну и прикрыть свою задницу моей жизнью. Приведите мне его, мы сразимся, как и положено воинам. Один на один. Если он меня убьёт – так уж и быть, плывите на все четыре стороны, куда хотите. Судно мы починим. Если же я убью его – эта красавица становится моей, а вам будет дан выбор – присоединитесь к нам или…
– Умрите, хах? – со странным смешком ответил нервничающий заместитель погибшего ублюдка.
– Что мы, звери какие, по‑вашему? Такие же люди, как и вы. Откажетесь присоединяться – мы вас вместе с другими беженцами доставим до берега родных Штатов. А дальше уже сами добирайтесь куда захотите.
Моё предложение резко прервалось внезапно распахнутой дверью и выскочившей троицей бойцов, что с ходу открыли по мне огонь. Я только и успел, что передать Наталье не стрелять. За первой троицей вышла и вторая, а дальше и сам капитан, подговоривший Арчера, пожаловал.
Этот идиот неверно оценил обстановку и так же скрылся за укрытием, оказавшись рядом с их переговорщиком.
Я же быстро сориентировался и сместился по палубе чуть в сторону, параллельно прикрывая шлем рукой от шальной пули. Стрельба заглохла уже через мгновение, так как стрелков повязали свои же. К голове капитана приставили дуло миниатюрного пистолета‑пулемёта, что так и оставался в руках заместителя почившего капитана.
– Ты что делаешь? – удивился, поднимая руки вверх, этот ублюдок.
– Спасаю жизни бойцов и честь офицеров, – поднялся он и заставил также встать капитана.
Хороший мужик. Далеко пойдёт, если не сдохнет. Мне бы такой пригодился. Даже в качестве капитана этой красавицы. Интересно, не захочет ли он присоединиться к нам? Тем более с повышением в должности…
– Они всё знают, ничтожество. Мы все всё знаем. Казус белли отменяется. У тебя есть лишь один шанс выжить – это убить меня. Возьми любое оружие и сразись со мной.
– Ты… Я не поведусь на твою уловку! Тем более когда на тебе этот странный костюм! Ни одна пуля его не пробила.
– О, а ты наблюдательный. Вот только видишь, как получается… Этот костюм я заслужил кровью и потом. И имею полное право его носить, равно как и ты имеешь право выбрать оружие, что подарило тебе твоё командование. У тебя три секунды до начала нашей дуэли.