Возвращение в Петроград (СИ)

Пётр кивнул головой… брать огромный город четырьмя дивизиями было можно, а вот удержать — особенно при враждебном и фанатично настроенном населения, это уж вряд ли. По его планам к Константинополю с европейской части подойдут русские войска, щит над воротами города прибьют, но сам Константинополь (по традиции) брать не будут. А вот оторвать от Турции куски земель да построить там свои крепости, которые будут удерживать контроль за проливами- это один из вариантов развития событий. Впрочем, очень может быть, что этим контролем придется и пожертвовать. Новой мировой антирусской коалиции Пётр хотел бы избежать. Тем более, что в Персии русские войска уже заняли все важнейшие порты, очищая земли от непримиримых и замиряя более-менее адекватные племена. Там уже работала группа путейцев, прикидывавших возможность строительства железной дороги Баку-Тегеран-Бендер-Абас. И это при том, что стоявший в порту гарнизон лимонников покидать его не собирался. Хотя и находился там незаконно, по приглашению самопровозглашенного «султана Бендер-Абаса». Сначала стремительным штурмом взяли султанский сарай (дворцом это назвать было сложно), затем блокировали союзный контингент, лишив его подвоза воды и продовольствия. В том числе с моря. Минные постановки никто не отменял, а попытки их протралить пресекались дальнобойной береговой артиллерией. Тащить ее в такую даль была та еще морока, но она себя полностью окупила, когда оккупанты покинули самый важный порт Персии.
  
В это время поезд минул Спирово, небольшой поселок при железной дороге, известный своим стекольным заводом, поезд уверенно подкатил к Бухаловскому переезду, а вот перед ним и случилась неприятность. Литерный хорошо тряхнуло — паровоз резко тормозил, выпуская клубы пара, стравливая давление в котле. Потом резкий толчок, от которого полетели документы на пол купе. Пётр среагировал на диво быстро — выскочил из купе, увидел встревоженную рожу Келлера.
— Что случилось?
Тот в ответ только пожал плечами.
— Я узнаю. За жизнь императора отвечаешь головой!
Брюс молча зашел в купе Алексея. А Пётр рванул к выходу из вагона, но был остановлен проводником:
— Ваше императорское величество! Передали — на переезде завал. Похоже на засаду. Охрана разберется, мне приказано вас из вагона не выпускать!
— Вот еще! Поговори мне! — разъярился Пётр, которому эта ситуация как-то сразу перестала нравится. И находится в стальной коробке показалось совершенно неуместным и опасным. Под умоляющим взглядом проводника регент спрыгнул на землю, за ним последовала охрана — пластуны из Дикой дивизии. Как оказалось, сделал он это вовремя.
 Эпилог 
Эпилог
Николаевская железная дорога. Бухаловский переезд.
2 сентября 1917 года
Пётр мрачно смотрел, как на его глазах рассыпается столь дорого выстраданное равновесие. Блиндированный вагон оказался бессилен перед обстрелом из четырехлинейного пулемета Максима. Где они откопали эту дуру такого большого калибра? Скорее всего — один из первых экземпляров, которые привезли в Россию для показа военным. Но сейчас оглядывая изрешеченные стенки императорского вагона, Петра все более охватывало чувство отчаяния и одиночества. Нет, не страшная смерть молодого императора, которого выкосило осколками разбитого стекла, от порезов он просто истек кровью, которую так и не смогли остановить. Страшная и трагическая случайность. Но нет, к смерти этого мальчика Пётр оказался морально готов, да и не привязался он к нему настолько, чтобы скорбеть душою. А вот смерть генерала Келлера, точнее, еще одна смерть Вильяма Брюса для Петра стала страшным событием. От крупнокалиберной пули он укрыться не сумел. Охрана уже принесла головы нескольких напавших на них из засады, кого-то даже умудрились взять в плен. Император (теперь уже не регент) хорошо знал, что он найдет не только того, кто это сделал, но и того, кто отдал приказ совершить нападение. И отомстит. Им всем отомстит, где бы они не находились и какие высокие кабинеты не занимали. Христианское смирение и стремление подставлять левую щеку, когда тебе двинули по правой в чертах характера государя не значились. Но без Брюса ему будет сложно. Очень. Единственный, кто знал его тайну, и кто понимал его. Из вагона вытащили тело покойного императора Алексея, которого так и не успели короновать.
Регент, чудом выживший во время атаки императорского поезда молча подошел к телу императора и отдал ему честь. «Император умер! Да здравствует император!» — как-то само собой сложилось в его голове. Но это уже совершенно другая история.
В. 2024–2025.