Рокот. Том 1: Технический колледж ауксилариев. Том 2: Проблемы молодого аристократа (СИ)

— Они не признавали мой статус патриция, с Демьяном у нас дело дошло до боя на кулаках. Эмили пыталась обвинить меня в воровстве.
— Ясно. А в тот день, когда вы получили ранение, вы ведь были с ней?
— Да. У нас, вроде как, перемирие намечалось.
— И, что случилось?
Я коротко пересказал следователю события того вечера. Наталью не упомянул.
— Сейчас, нахождение их милостей Аксеновых не установлено, — поставил меня в известность следователь.
  
— Они, что сбежали?
— Скорее всего, но не переживайте, найдем.
Следователь, что-то глянул в своем телефоне.
— За последние полгода, ваша милость, вы уже не раз сталкивались с полицией. Так?
— Не без этого.
— Следователь из Москвы считал вас причастным к убийству его милости Мирона Долгопрудникова.
— Угу, поэтому меня и принял род Воронцовых.
Следователь усмехнулся.
— А четыре трупа, на окраине Москвы, месяц назад?
— Я все объяснил. Меня заманили и хотели ограбить.
Следователь покивал.
— Если бы, вы все еще были плебейского звания, я бы, пожалуй, ограничил ваше передвижение по стране.
— Хорошо, что я теперь патриций.
— Для вас, да.
Следователь ушел. Действительно, часто я с полицией сталкиваюсь. Уже третий раз. И почему всегда находиться кто-то, кто хочет испортить тебе жизнь? То Карпян в колледже, то Мирон, братец Лидии. Воронцов, ненавидящий меня, непонятно почему. Здесь вот Аксеновы. Лицо у меня такое, что ли?
Хотя, желавшие мне добра люди встречались. И не так уж редко. Кир вступился за меня, не раздумывая, просто потому, что я оказался его соседом по комнате. Настя вела себя, как старшая сестра. До поры, до времени. Лидия, не смотря на то, что я прибил ее братца, проявляет заботу. Хоть и не дружно они жили с Мироном, по ее же словам, но все же осознать, понять и признать, что твой родственник — чудовище, надо иметь и мозги, и сердце.
Наталья. Не знаю почему, но она единственная, кто оказался на моей стороне. По своим причинам, неизвестным мне. Но все же. И Илья, ставшим для меня, сейчас, еще одним другом.
Зря я расклеился. Впал тут в жалость к себе. Несчастненький, видите ли, все ему зла хотят. Просто мозг запоминает плохое, лучше хорошего. Хорошее, ведь жизни не угрожает.
О памяти, кстати! Мне очень захотелось поговорить с Натальей. Если бы под рукой был телефон, я бы сразу позвонил ей. Она ведь назвала меня Рокотом! Да, это мне не показалось. Откуда она знает это имя?
С этого момента я потерял покой. Никак у меня в голове не укладывалось, откуда наследница князей, может знать имя метало-синтетического гладиатора из другого мира? Бред какой-то. Может, все же показалось? А Наталья сказала что-то другое?
Я раз за разом прокручивал в голове тот момент, когда она склонилась надо мной. «Досталось же тебе, Рокот!». Да, именно так. И с ней был кто-то еще. Кто-то ведь ударил Мощью, так, что все вокруг затряслось. В самом деле, не пилот же в Доспехе там был.
За такими мыслями меня навестил Илья. Я был рад, что с ним все в порядке.
— Меня сразу же известили, что ты здесь. Как ближайшего родственника.
— А чего пришел последним?
Он смутился, потом сообразил:
— Каким последним? Как будто, еще кто-то приходил!
— Где Наталья?
— Хе-хе, решил просить ее руки?
— Иди на фиг! Ты видел ее?
— Видел, конечно, мы же вместе учимся.
Я привстал и сел, опираясь на изголовье кровати.
— Что там было?
— Да ничего. Пришел вовремя, ждал того типа, с информацией, и вдруг, как жахнуло! Площадку, как ветром сдуло. Я чуть не оглох, чуть не ослеп, кишки, кажется, перевернулись! Я, недолго думая, в бега! Только не знаю теперь, что было-то. Это меня хотели убить?
— Хотели бы — убили. Я же тебе говорил не ходить.
— А ты чего там оказался?
— Вспышку увидел, к тебе поспешил, вдруг тебе водички захотелось. Ты вот, что. Телефон Натальи у тебя есть?
— Нету.
— Ладно. Когда вернешься, найди ее, и скажи, что я очень ее увидеть хочу.
— Точно, жениться решил. Благословляю тебя!
Я кинул в него подушку, но Илья ловко поймал ее.
— Выздоравливай. И спасибо, что помчался ко мне на помощь.
Наталья навестила меня, но через неделю. Хотя, чего от нее ожидать, бездушной эгоистки. Она ведь бросила меня истекающего кровью. Просто порекомендовала «не окочуриться».
К тому времени, я уже поправился, и врачи разрешали мне гулять по территории возле больницы. Мы шли по асфальтовым дорожкам, между газонами, усеянными весенней травой. Солнце ярко светило, воздух полнился теплом и запахом зелени.
За газоном, на приличном расстоянии друг от друга, расположились беседки, похожие на сказочные избушки.
Наталья подстраивала свой шаг под мой. Я шел медленно, организм еще не креп и передвигался я с трудом.
— Распустил слюнки, едва Эмили с тобой полюбезничала?
Ехидный голос Натальи раздражал.
— Она симпатичная.
Я взглянул на ее лицо, надеясь, обнаружит следы неудовольствия. Но Наталья только презрительно фыркнула. Ничего такого, о чем говорил Илья, Наталья ко мне не испытывает.
— Может, тебе понравилось?
Она указала мне на голову. Я не ответил.
— Легко тебя провести, оказывается. Всего-то стоило, глазками похлопать! Но тебя можно понять, такой подлянки от Аксеновых ожидать трудно. Они даже своего старого слугу вызвали, чтобы разделаться с тобой. У него прям собачья преданность к Демьяну с Эмили. С детства за ними присматривал. Вояка какой-то бывший.
— А чего они, просто не приказали слуге убить Илью? Все куда проще бы вышло.
Наталья тяжко вздохнула, словно ей приходилось разговаривать с идиотом:
— Не Илья им нужен был, а ты. Ты Мощью ослам угрожал?
Я кивнул.
— Вот, все об этом знали. И то, что с Ильей вы потом разругались, тоже знали. Вы же не разговаривали неделю.
— Пару дней всего.
— Ха, дней! Тоже мне, мужики-обиженки! Вот на этом Аксеновы и решили сыграть. Илюше приманку подсунули, опять же, все знают, что он надеется жирный кусок у Рюриковичей отхватить. Зря, конечно, не выйдет у него ничего.
— Почему это?
— Да, не важно. Не это сейчас главное. Илюша, такой же пень, как и ты, голову потерял. А то, богатство ведь само в руки идет! Вот и решили, братик с сестренкой: пока Эмили тебя улыбочками одаривает, Демьян его по-тихому Мощью ударит. А шлюшка Эмили тебя поближе подманит к месту, не зря же вы на Нахимова толклись. Заодно, и свидетели подтвердят, да, был ты здесь. Рядом с местом убийства.
Наталья покрутила головой.
— Где тут кофе можно достать?
Я пожал плечами:
— Вроде в больнице, на первом этаже, автомат стоял.
— На обратном пути возьму. Так вот, их слуга поджидал вас в условленном месте, а Эмили тебя туда завела. Ты же, как теленок, наверное, за ней топал?
— Топал, топал, — раздраженно бросил я. — Вырубили, притащили бы к площадке и все, картина ясна, снова мы с Ильей поругались, да и покромсали друг друга.
— Ты после сотрясения, таким умным стал?
— Скажи, лучше, — я остановился. — Откуда ты все это знаешь?
В глазах Натальи мелькнуло лукавая искорка:
— Я же княжна, я все могу узнать. Если мне надо, конечно.
Княжна она, так ее за ногу.
Я двинулся к одной из беседок и уселся на скамейку. Все же ходить тяжело. Наталья села напротив. Я посмотрел ей прямо в глаза:
— Ты меня Рокотом назвала.
Кривая улыбка скользнула по лицу девушки:
— Точно, обмолвилась. Думала, ты забыл.
Не отрывая взгляда от ее лица, я требовательно спросил:
— Откуда знаешь?
Она тихо засмеялась:
— Ты как был дурачком, так и остался! Деятельным, но все равно, дурачком!
— Отвечай!
Я постарался, чтобы мой голос прозвучал грозно. Кажется, получилось. Наталья перестала хохотать. Ее лицо приняло серьезное выражение. Без веселья, напускного или настоящего, выражение ее лица стало строгим. Мрачным каким-то. Даже пугало немного.