Ускользающая любовь

– Нет, я возьму что-нибудь напрокат. Нам все равно понадобится машина, чтобы доехать до аэропорта. Ведь, в конце концов, нельзя же оставлять твой «Порше» ржаветь на автостоянке в аэропорту неизвестно сколько недель. – С этими словами он направился к выходу. – Ты уверена, что успеешь к субботе закончить свои дела?
Кейт кивнула.
– Ради тебя я готова свернуть горы.
– В четверг я заеду за тобой в семь вечера, – пообещал Блейк.
  
– Ты можешь меня и не узнать, – кокетливо заявила она. – Ведь ты видел меня только в обрезанных джинсах да в старых юбках твоей матери. Недаром ты все время повторяешь, что я похожа на мокрую крысу.
– Ты была единственной соблазнительной крысой, каких мне доводилось встречать в своей жизни.
Он решительно захлопнул за собой дверь, и наступившая в квартире тишина наполнила оглушительным звоном ее уши.
Кейт испытала облегчение, когда, сбежав из гулкой пустоты своей квартиры, оказалась в упорядоченной сутолоке, царившей в конторе Бетти Бергдорф. Мисс Бергдорф, низкорослая молодая женщина с шапкой буйных волос, совершенно не походила на ставший уже привычным стереотип преуспевающей финансовой волшебницы. Впрочем, выразительное подвижное лицо и особенно проницательные глаза свидетельствовали о незаурядном уме. Тепло поздоровавшись с Кейт, она сразу же приступила к сути проблемы, сведя до минимума требующуюся правилами хорошего тона прелюдию.
– Юридическая сторона вопроса об основании фонда почти завершена. Кейт, если вы уже передумали и не хотите направлять на благотворительность столько денег, еще не поздно все переиграть.
– Нет, я не хочу ничего менять, – ответила Кейт. – Стивен умер слишком молодым, и мне неприятно получать какую-то финансовую выгоду от его гибели. – Слегка поколебавшись, она продолжала. – Стивен был настолько здоров, что не мог терпеть возле себя больных людей, – сказала она. – Однако он проявлял большой интерес к моей работе с детьми в Центре и несколько раз жертвовал большие суммы на исследование причин врожденных дефектов. – Искренний интерес Стивена к ее работе с детьми, страдающими аутизмом, – это единственное, что их объединяло к моменту его гибели.
Она почувствовала на себе внимательный взгляд Бетти Бергдорф и быстро добавила:
– Стивен давно уже планировал сделать крупное пожертвование в пользу Центра, и я лишь выполняю его волю.
– Я уверена, что совет директоров Центра будет счастлив узнать, что вы не переменили своего решения. Я следовала вашим инструкциям и постаралась, чтобы директриса Центра ничего не узнала о ваших планах. Но, Кейт, все равно она скоро узнает. Директриса всегда принимает участие в обсуждении бюджета, поэтому ей неизбежно станут известны и ваши намерения.
– Я понимаю, – ответила Кейт. – Когда мы впервые обсуждали с вами это пожертвование, я опасалась, что мне будет неловко работать с другими преподавателями и докторами, если они узнают, что получают жалованье из денег Стивена. Но недавно мои планы переменились. Я намерена уйти с этой работы.
Она невольно покраснела и ощутила прилив безудержного счастья, подумав о предстоящем замужестве.
На обманчиво равнодушном лице Бетти Бергдорф зажегся неожиданный интерес.
– Могу я узнать, каким образом и почему меняются ваши планы?
Кейт смущенно улыбнулась.
– В пятницу я выхожу замуж, – ответила она. – А на следующий день мы с мужем улетаем из страны, вероятно, на несколько недель. Да и вообще, его постоянный дом находится в Лос-Анджелесе.
– Какая чудесная новость! – воскликнула Бетти с явной искренностью. – Не стану говорить поздравления, потому что поздравлять надо не вас, а вашего будущего мужа. Ему явно повезло. Я его знаю?
– Нет, мы познакомились совсем недавно. Его зовут Блейк Коулер.
– Что ж, я желаю вам обоим огромного счастья. Может, после того как вы вернетесь из поездки, познакомите меня с вашим супругом? Я с удовольствием бы пообедала с ним.
Кейт засмеялась.
– Бетти, ваше невинное предложение меня не обманет. Я знаю, вы хотите выяснить, что он за человек и каково его финансовое положение.
Казалось, Бетти Бергдорф слегка смутилась, если она была вообще способна на это.
– Даже передав на благотворительные цели все состояние Стивена, вы все равно остаетесь очень богатой женщиной, Кейт. Я ваш финансовый консультант и должна следить за соблюдением ваших интересов.
Кейт поднялась и тепло пожала руку Бетти.
– Конечно, я понимаю, и Блейк, несомненно, с удовольствием приедет к вам и даст себя проинспектировать, скрывать ему нечего. До свидания, Бетти! Если бы мы не решили обойтись без празднования нашей свадьбы, вы были бы на ней самой главной и желанной гостьей.
Провожая Кейт через лабиринты своей конторы, разгороженной на множество клетушек, Бетти сказала как бы невзначай:
– Кейт, это никак не повлияет на ваше собственное финансовое положение, поскольку после вашего брака со Стивеном все ваши средства были вложены в компании его семейства. Однако здесь, в Милуоки, в финансовых кругах появились слухи, что на предприятиях Форсбергов не все идет так, как хотелось бы.
– Вы имеете в виду отцовские компании? – Кейт не могла скрыть удивления при этом сообщении, ей казалось, что дела у него всегда шли в гору.
– Да, Кейт. – Бетти говорила нарочито небрежным тоном, который, однако, не мог обмануть Кейт. – Я слышала из нескольких надежнейших источников, что у вашего отца крупные проблемы со здоровьем. А он всегда был человеком, не желающим упускать из рук власть, и поэтому не подготовил себе преемника, готового продолжить его дело.
Кейт почувствовала приступ страха, но затем здравый смысл одержал в ней верх.
– Бетти, я видела его десять дней назад и уверяю вас, что он выглядел не хуже обычного – такой же энергичный и громогласный. – Она горько усмехнулась при этом воспоминании. – Поистине громогласный, иначе не скажешь.
– Рада слышать ваше уверенное заявление и надеюсь, что эти слухи беспочвенны, – ответила Бетти и тут же переменила тему. – Так не забудьте, Кейт. Мы должны пообедать с вашим супругом сразу же после вашего возвращения.
Кейт не стала объяснять, что ее поездка с Блейком носит деловой характер, что это не настоящее свадебное путешествие. Она уехала от Бетти удовлетворенная. Ей было приятно сознавать, что хоть одно стоящее дело оказалось спасенным из-под обломков их рухнувшего брака со Стивеном. Его смерть была безвременной и трагической, однако оставшиеся после него средства смогут дать по крайней мере нескольким детям надежду на необходимое лечение и приличное образование.
В свою квартиру она вернулась уже к вечеру, но рассчитывала, что еще сможет застать миссис Кирсни, директрису Центра, на рабочем месте. В июле и августе закрывались все специальные отделения, так что у Кейт и остальных инструкторов получалось нечто вроде отпуска. Однако некоторые отделения продолжали функционировать, так что дети, находящиеся в критической фазе лечения, могли получать квалифицированный надзор. И миссис Кирсни наверняка еще работала в своем крошечном кабинете. С чувством вины Кейт подумала, что ее неожиданный уход незадолго перед началом нового учебного года может поставить Центр в затруднительное положение. Больные дети нуждаются в постоянном надзоре и индивидуальном обучении, если хочешь добиться какого-то прогресса, поэтому присутствие каждого инструктора было жизненно важно. Кейт попыталась успокоить свою совесть, понадеявшись, что хотя бы часть денег Стивена придет вовремя и даст возможность нанять дополнительного квалифицированного специалиста ей взамен. И все-таки ей было не так-то легко снять трубку и набрать номер директрисы.
Миссис Кирсни вовсе не стала обвинять Кейт в дезертирстве. Наоборот, ее так обрадовала новость о предстоящем замужестве сотрудницы, что Кейт почувствовала себя еще более виноватой. Запинаясь, она что-то мямлила насчет денег, которые скоро получит Центр, намекая, что деньги будут распределяться согласно воле Стивена. И когда положила наконец трубку, слова благодарности директрисы все еще звучали в ее ушах.