Предсказанная Война (СИ)

  
Глава 16. Наследники
 
— Интересно, зачем отец мне приказал ехать именно с ними? — раздражённо спросил себя Влад уже который раз за весь путь. — Пришлось ведь сидеть в столице лишние несколько недель, пока все съедутся.
Праведный гнев императорского сына донимал решительно всех, включая его супругу, с которой они могли уже не скрываться, благодаря отъезду его родителей и её отца (хотя, по чести сказать, Анна всё знала о незапланированном браке сына). Но Елена мужественно терпела это, просто вздыхая и практически не слушая его возмущения по поводу того, что родители ему вечно поручают то, «за что не взялся бы ни один здравомыслящий и уважающий себя человек».
Когда пришёл день отъезда, наследник престола с трудом удерживал себя на месте — так ему хотелось поскорее вступить в битву с врагом и покинуть ставший уже ненавистным дворец. Единственное, что смущало его нетерпение — Елена. Мать говорила и не раз, что её сынок сильно поторопился со свадьбой, учитывая хотя бы то, что Елена была в разы спокойнее её новоиспечённого мужа. Теперь Влад разрывался надвое: одна его часть хотела остаться с женой, чтобы не разлучаться, а другая хотела сломя голову ринуться в бой. Но выбор сделан.
Сзади раздался жуткий скрежет. Кого иного бы это насторожило. Влад же только со вздохом закатил глаза.
— Опять что-то срубили. Царь, за какие провинности меня наказали родители, что доверили этих оболтусов? Они же даже года в армии не прослужили.
Но некому было подбодрить наследника престола. И потому ему ничего не оставалось, как мужественно терпеть эту пытку.
До лагеря оставалось немного: всего несколько часов пути. Они должны были достичь своей цели к утру. Сейчас же уже стемнело. В лесу, если не считать молодых бойцов, стояла полная тишина. Даже совы молчали, хотя в это время года их было не счесть. Но внезапно впереди раздался треск. Влад поднял руку вверх, призывая всех к молчанию. Как ни странно, эта негласная команда была исполнена тут же.
Треск всё усиливался. Влад положил руку на рукоять меча, готовясь к встрече засады, но тут из гущи лесных зарослей вылетел на полном скаку гнедой конь, на спине которого сидел мальчик. Увидев, что они вылетели прямо к отряду вооружённых до зубов солдат, скакун отпрянул назад, но тут ноги у него подкосились и он рухнул на бок, а мальчик вылетел из седла прямо на траву. Влад, крикнув «отставить!» солдатам, которые тоже схватились за оружие, и спрыгнул на землю, как и ещё несколько видевших всё молодых людей. Они подбежали к мальчику, который так дрожал, что даже на ноги не смог подняться. Но только сумев разглядеть его лицо в свете факелов, Владислав округлил глаза от удивления.
— Андрей?!
Бедный принц Фингарда с трудом смог подавить дрожь и, заикаясь, проговорил:
— В-влад…
— Царь, что с тобой произошло? Ты такой бледный… и, что это? — он осмотрел одежду кузена, заметив, что она заляпана чем-то. — Это кровь? Ты ранен?
— Н-нет, я… Влад, это… это она… Кора… она… замок… зверолюды… мама… — дальше пошло что-то невнятное и запутанное, и перепуганный до смерти принц ударился в слёзы. Князь тут же заключил его в объятия и поднялся на ноги, продолжая прижимать кузена к себе. Он отдал приказ позаботиться о коне, который успел подняться, но от усталости сам еле держался на ногах.
В ту же ночь они устроили кратковременный привал, чтобы новоприбывшие из замка Чаяния смогли отдохнуть. В лесу они развели костры. У одного из них уселись Влад и Андрей, а вокруг столпились те из солдат, кто был освобождён от дежурства и ухода за лошадьми. Принц ещё долго молчал, понемногу отпивая из налитого ему тёплого питья, дабы хоть немного привести мальчика в чувства. На плечи ему князь накинул свой плащ, боясь, что брат простудится по такой холодной погоде, а Андрей был одет довольно легко.
Спустя четверть часа он наконец смог говорить членораздельно и рассказал обо всём, что произошло в ночь, когда в замок ворвалась ведьма Кора с целой армадой зверолюдов:
 
— Когда я выехал за границы столицы, меня заметили. Зверолюд-сокол за мной погнался почти сразу, я пару раз, по-моему, головой ударился о ветки дерева, — он поморщился, потерев лоб с посиневшей шишкой и содранной в кровь кожей, закрытой отросшей чёлкой. — Только, потом он не смог перепрыгнуть следом за Совраном, — он кивнул на коня, который мирно пил из ведра воду и выглядел вполне счастливым, — мы прыгали через расщелину, где на дне текла река. Зверолюд сорвался вниз. Я видел, как он… голову разбил о камни. Правда Соврана я потом остановить не смог, да и к тому же мы в дождь попали и я, по-моему, замёрз.
Владислав слушал его с возрастающим возмущением. Ему нетерпелось броситься на Кору и срубить ей голову, но на данным момент это было неразумно. Рядом с ним находился его брат, который находился на грани, судя по его нездоровому виду, да ещё и отряд неопытных солдат, которых надо было довезти до… точно, отец. Значит, решено.
— Ладно, Андрей. Ты не волнуйся. Всё будет хорошо. Ты пей-пей, — тебе согреться надо, — а потом отправимся в лагерь. И тебя доставим, и пополним армию.
* * *
Вот начался очередной день в военном лагере. Как обычно, в пять утра звучала труба, и лагерь просыпался ото сна практически посреди ночи, так как темноту нарушал лишь свет факелов и костров по всей территории стоянки. А около шатра второго императора находились четверо: Эдан, Володар и царевич Александр стояли и разговаривали, а рядом у подножья дерева сидела Надежда и напряжённо теребила кончик своей толстой косы.
Тут из шатра вышел Александр Робертович фингардский с перебинтованной рукой, возложенной на перевязь, и окликнул племянницу.
— Надь!
Принцесса несколько опешила, так как думала, что этот дядя ещё не знает о её присутствии в лагере, но встала и подошла к нему.
— Иди, тебя отец зовёт.
У девушки брови невольно взлетели на лоб. Она, опешив, обернулась к царевичу, но тот лишь удивлённо пожал плечами. Ей ничего не оставалось, как исполнить желание отца. Когда она зашла, полог шатра закрыл за ней вход. Они с отцом остались наедине.
Баш сидел за столом, просматривая карты. Он был немного бледен после продолжительного лечения, а сквозь рубашку прогладывали бинты, но лицо его было на удивление спокойно. Принцесса поморщилась, чувствуя, что незаконное пребывание в военном лагере ей не сойдёт с рук.
— Итак, Ваше Высочество, я жду объяснений, — вполне спокойно начал король. — Мы же договорились, что ты будешь дома с братом и матерью.
— А ты как думаешь? — вздохнула девушка. — Ну не могу я…
— Вся в мать, — вздохнул император и, положив карту на стол, морщась, поднялся на ноги. — Я не сержусь, Надь. Меня убивает твой эгоизм. Ты о матери подумала? Если она, конечно, не была в курсе твоей выходки. Хотя… в этом смысла нет, она изначально была против.
— Нет.
— Так и знал. Послушай, ты подумала о том, что она будет волноваться?
Принцесса стыдливо опустила глаза, стараясь не смотреть на отца. Ей стало и правда неприятно. А ведь она и правда о матери не подумала. А Андрей? Мама её своей помощницей называла по отношению к младшему брату. Она ведь ему часто обоих родителей заменяла, пока король с королевой занимались государством. А сейчас. У Марии ведь дел даже больше будет, чем обычно. А кто принцем будет заниматься, следить за его обучением? Но…
— Но, пап, мама ведь тоже за тобой пошла в логово колдуна Дранга. Разве ты её ругал тогда?
Баш с улыбкой задумался. Да, тот момент он помнит великолепно. Когда младшая, тогда ещё, принцесса вылезла из люка в потолке, вырубив стражников у Хранилища Магии колдуна, тем самым обеспечив беспроблемную вылазку королевскому воспитаннику и магу Горму. М-да, в тот момент Баш был, мягко говоря, в шоке. Он был готов её убить за такое безрассудство, но, когда Горм их разнял во время словесной перепалки, это желание куда-то пропало.
 
— Не то чтобы… Точнее, ругался не я один. У твоей мамы очень острый язык — как был, так и остался.