Вперед в прошлое 10 (СИ)

— И еще. Звонил Алексей, ну, который автомастерская. Просил передать, что у него для тебя важные новости, он перезвонит в восемь вечера. Ничего не уточнял.
Интересно, что у него? Наверное, срочно понадобились какие-то запчасти. После пережитого потрясения мысли были будто чужими и очень далекими.
— Спасибо, мама, — поблагодарил я и вспомнил я про компаньона: — Василий Алексеевич дома?
  
Она покачала головой:
— Нет еще. И не звонил.
— Есть что поесть? — Я посмотрел в сторону кухни.
Она улыбнулась в ответ.
— Конечно есть, проходи.
За столом Наташка без аппетита четвертовала вилкой котлету. Увидев сестру, я кое-что вспомнил, вернулся в прихожую, достал из испорченной куртки записку Тимофея, положил перед ней на стол.
— Держи, это тебе.
Сестра сразу воспрянула, ее глазки заблестели.
— От кого? Что там?
— От Тимофея. Что там, не знаю, видишь: запечатанная.
Бросив есть, Наташка вскрыла записку и вгрызлась взглядом в буквы. Улыбнулась, еще улыбнулась, закрыла лицо рукой, вся не покраснела, но уши ее заалели.
— Господи, он в любви мне признается! — то ли радостно, то ли возмущенно воскликнула она. — Говорит, что я самая-самая: красивая, умная, талантливая, он станет для меня лучшим. Просит дать надежду.
Мне подумалось, что бедный Тимофей! Даст ведь надежду, это на ее лице написано. Что ей душевные терзания какого-то подростка⁈
— Не мучай парня понапрасну, — предостерег ее я.
Вот теперь она вспыхнула.
— Что я, сволочь какая-то, у меня Андрей есть! Что мне какой-то толстый пацан, который меня младше. Пф-ф!
— Ответишь Тиму? — спросил я.
— Нет! — отрезала она и сразу же передумала. — Не по-человечески это, он будет ждать… А если сразу откажу, вдруг он расстроится? Разжиреет опять, спорт бросит. Как правильнее?
Я принес фотографию Тима.
— Вот он какой сейчас. Правильнее мягко отказать. Так мне кажется.
Вспомнились последствия моего мягкого отказа Инне. Лучшего выхода я тогда не видел и не вижу сейчас. Нечего взращивать вредоносные иллюзии: когда они лопнут, разлетающиеся ошметки небыли могут покалечить.
— Напиши, что он хороший, молодец и все такое, но сердце твое занято. Если хочет, пусть надеется, но на многое не рассчитывает.
— Ок, так и сделаю.
Не доев котлету, Натка взяла записку и пошла писать ответ — видимо, там был обратный адрес.
Я положил себе в тарелку две котлеты, пюре, пару маринованных помидоров и принялся наслаждаться едой. В зале мама возмущалась, что Наташке надо учиться, готовиться к поступлению, а не ерундой маяться, на что сестра возразила, что для нее главное — творческое задание не завалить, а она не завалит!
И снова подумалось, что одно дело провинциальный театр, другое — столица, там требования совсем другие, неплохо бы ей съездить в Москву и обратиться к кому-то, кто разбирается в театральном мастерстве. Наверняка и говор у нее не тот, и речь не поставлена, и много чего еще не отработано.
Ничего, если не поступит, возьмет нужные уроки, подтянет то, что у нее слабо прокачано… Но год терять нежелательно. Главный, если не основной козырь актрисы — молодость и красота.
Удивительное дело: есть хотелось, но я не мог, запихивал в себя вкуснейшую котлету маленькими кусочками, проталкивал чаем. В голове снова и снова вертелся недавний бой. Кто? Зачем? Что делать? Может, и правда недоразумение?
Получается, что, подарив пистолет, Толик, возможно, мне жизнь спас? В этом деле ему помогла забывчивость. Не забудь я выложить пистолет из кармана перед походом в администрацию, непонятно, как все закончилось бы. Пришлось бы Василию завтра ехать на сделки одному.
Время уходило, а отчим все не возвращался. В свете сегодняшних событий за него было тревожно: вдруг эти гопники по его душу приходили, а я за компанию попался? Например, бывшая жена его заказала, от такой что угодно можно ожидать. Или мент-напарник, чтобы не иметь проблем в будущем. Хотя нет, для мента — слишком тупо. Он нашел бы исполнителей получше.
Ровно в восемь зазвонил телефон, и я бросился к нему, снял трубку.
— Да!
— Младший лейтенант милиции Глазычев! Здравствуйте, — отчеканили на том конце линии, и я оцепенел, мысленно перебирая причины звонка.
Говорящий не дал разгуляться воображению:
— Испугался? Стыдно не знать героев советского кино! Это Алексей.
Только сейчас я узнал Каналью и вскипел гневом праведным.
— Неудачный момент для шуток, очень неудачный.
— Надеюсь, ничего серьезного? — встревожился он.
— Уже нет. Что у тебя? Нужны запчасти? — предположил я
— Не. После нового года все деньги пропили, работы немного, и того, что привез Шевкет Эдемович, более чем достаточно. Помнишь, ты просил узнать про аренду земли под автомастерскую?
Я сделал стойку, потасовка мгновенно выветрилась из головы, и я поинтересовался:
— Узнал? Так быстро?
— А как иначе. Мужик, у которого мы арендуем гараж, в Израиль собрался, дом продает. Так что надо суетиться.
— Покупателя нашел? — спросил я.
— Выставил на продажу, а это дело такое: могут завтра купить, могут — через два года. А землю обещали оформить за две недели, представляешь?
— Сколько? — сообразил я, что к чему. — Аренда или собственность?
Знатоки рассказывали, что в девяностые был момент, когда почти всю арендованную землю можно было легко перевести в собственность, так что без особой разницы.
— Аренда на сорок девять лет! — выпалил он. — Предложили несколько вариантов, все сладкие. Покажу на карте, надо обсудить.
— А ты расскажи на словах.
— На словах — не то. Смотреть надо. Когда сможешь?
— У нас тут с отчимом торговые дела, без понятия, когда освобожусь, — честно признался я, — так что рассказывай.
— Пустырь на въезде со стороны Васильевки, пустырь на въезде с юго-востока, площадка в центре, небольшая, правда; площадка ближе к Васильевке, площадка недалеко от вокзала, в промзоне.
— Первый и второй вариант самые сладкие, — сказал я. — Но ты прав, надо смотреть. Что со светом и водой?
— Все решаемо. Цена вопроса — двести пятьдесят баксов на лапу и текущие расходы. У меня сто восемьдесят. Есть свободные средства?
— Бери два участка, условия — пятьдесят на пятьдесят.
— Есть нюансы, — траурным голосом проговорил Каналья. — Надо это официально оформить, а если есть соучредители, должно быть акционерное общество зарытого типа. Чтобы ты или твой представитель официально были в доле, а не все держалось на мне. Ну и оформление займет… у-у-у… долго.
— Узнай, сколько берет тот, кто может это сделать быстро — раз. Два — резервируй участки. Это подарок просто за такие деньги-то.
— Подключение коммуникаций — адская волокита, оформление АОЗТ — тоже, соприкосновение с бюрократами — просто ад, представлю — волосы дыбом. — Каналья словно пытался меня отговорить. — Ну и потом всякие менты начнут нас доить! Сам же понимаешь. Я против этой аферы.
Я тяжело вздохнул и потер виски. Попытаюсь его переубедить.
— Как думаешь, долго ли нам дадут работать в тени? Мой прогноз — в лучшем случае три года. Потом все равно к нам придут менты, ОБЭП или налоговая, все равно придется оформляться, с одной только разницей: на тех самых участках построятся другие люди, будут предлагать качественные услуги и сервис, и все владельцы иномарок переметнутся туда. Так почему бы не быть первыми? Сделать все качественно, красиво, и чтобы вне конкуренции. И снимать сливки дольше трех лет, потому что нас точно долго никто не переплюнет.
Каналья посопел немного и пожаловался:
— У меня с работниками беда. Женю на новый год похитили инопланетяне, и с концами. Олег когда хочет, тогда ходит. Типа, я человек творческий, обязаловка меня убивает. Выгнал его к чертям. Вчера до полуночи ковырялись с узбеком, чтобы сдать работу в срок. Сегодня паренек приходил вроде неплохой. Короче, только Алишер и нормальный.
— Рабочих новых набирай, до открытия новых мастерских еще полгода минимум, нужно же еще ангары строить. К тому времени толковые мастера найдутся. А землю резервируй. АОЗТ будем регистрировать на маму, деньги есть, об этом не переживай. Ищи того, кто поможет с оформлением. Повторюсь, деньги есть.