Седьмой царевич 2 (СИ)

— Лучше держи на сиденьях, чтобы не промокли, — решил я, направляя лодку по компасу и направлению парома. По звёздам я ориентироваться не учился, тем более что они часто разные от мира к миру. А сверяться с ЖПС пришлось только у берега, чтобы случайно не уплыть в Абхазию.
В результате швартовались мы почти в полной темноте, что очень соответствовало духу контрабандистов, но вообще неудобно. Надо обязательно поставить себе какой-нибудь маяк или, по крайней мере, освещение провести.
  
— Готово! — крикнул Саня, заканчивая привязывать судёнышко к пирсу. Я осторожно подал ему один из баулов, потом переложил два других на бетонную плиту, обесточил катер, и только после этого вылез сам. Разбирать сумки было решено уже в Сочи, а для этого Серебряный взял у отца машину, армейский неказистый УАЗ. Самое то по горам гонять.
Погрузились, доехали, выгрузились на хате. Всё заняло около полутора часов. Из-за серпантина, и потому что властям было явно не до того, чтобы освещать улицы. На всей дороге из Хосты в центр горело фонарей десять, от силы. Да и те уже в пределах условных городских районах.
Зато, когда приехали, с облегчением плюхнулись, я на кресло, Саня на диван. Надо сказать, домик ещё не развалили, но было уже близко, всё же общественный статус жилья делал приходящих безответственными, и только введённые правила позволили не превратить его в бомжатник.
Сумки теперь стояли, между нами, и я, наконец, решил заглянуть в одну из них. После чего нахмурился и начал перебирать содержимое.
— Твою дивизию, это что за фигня? — мрачно пробормотал я, глядя на непонятные символы на одинаковых некрасивых коробках. Открыл одну, вроде телефон, по крайней мере похож, но точно не кирпич, как у меня. Пришлось повозиться, чтобы найти соответствующие надписи, и те на самих устройствах. — Самсук… Нокиа… меня начинают терзать смутные сомнения относительно всего этого добра.
— Может, в других сумках иначе? — приободрил меня Саня, но когда он залез в самую тяжёлую, между коробок нашёл буквально пакет с мотками какой-то проволоки. Мелкие бусы, я вначале подумал, что золото и камни, проверил — нет, стекло и медь. — Вань, кажись, нас кинули.
— Погоди горячиться, вначале разберёмся. — остановил я одногруппника и набрал Ане домой. — Добрый вечер, Марина Геннадиевна, Аня с Петром Алексеевичем уже вернулись? Можно ей трубочку передать?
— Привет! Слушай, там так здорово, мы всего по двум городам проехали, базары там словно… — посыпалось на меня как из рога изобилия. Аня восторгалась песчаными пляжами, яркими вывесками, одеждой. Да так, что не давала мне и слова сказать.
— Я рад, что тебе понравилось путешествие. Только объясни мне, что вы привезли и сколько денег потратили на это? — сумел вставить я, когда у девушки закончилось дыхание. — Не хочешь же ты сказать, что в этих трёх сумках больше двенадцати тысяч?
— Ну, вообще-то, чуть больше, — обиженно ответила девушка. — Я уговорила папу и наши деньги все взять. Так что мы кровно заинтересованы в том, чтобы всё продалось и как можно быстрее. Если получится, через неделю ещё раз поедем.
— Ладно. Разберёмся завтра. Спокойной ночи, — пожелал я, и, дождавшись ответа и признания в любви, повесил трубку. — Итак, здесь все мои деньги, теперь надо понять, почему и что с этим делать.
— Прямо все? — уточнил Саня. — Да, попали…
— Посмотрим… — ответил я, решив не делать никаких поспешных выводов. Вообще, деньги ещё были, и не мало, но исключительно в рублях. — На сегодня всё. Я здесь буду спать, чтобы не спёрли. А завтра к себе перенесу.
— Так, может, сейчас? Потом я домой, — предложил Серебряный, и, подумав, я согласился. Тем более что после починки двери я её укрепил швеллерами.
Спалось мне не то чтобы плохо, но тревожно. А в понедельник утром…
— Ты издеваешься? Я столько всего сделала, цену сбивала до минимума, глазки строила, а ты… вы, обвиняете меня… неблагодарные! Всё! Я всё сказала! — фыркнула Аня, когда я потребовал объяснений.
— Слушай, может, они тебя с капдва кинуть решили? — спросил Саня.
— Это крайне глупо, пытаться кинуть того, кто приносит деньги, да ещё и регулярно, — ответил я, глядя вслед Ане. — К тому же… нет, сомневаюсь. Может, мы просто что-то не так поняли. Надо будет после занятий спросить.
Пары сегодня были несложные, я с интересом слушал местную современную историю, копался в своей головушке, сравнивая с тем, что помнил, и в целом оно было плюс-минус километр рядом с одним из первых моих миров. Там мне даже удалось дожить до старости. Правда, пришлось уехать из страны и жить в горах в поисках возвышения. Но это сейчас к делу не относилось.
После большого перерыва, на уроке танцев меня ждал настоящий сюрприз. Нас поставили парами и начали показывать па, которое предстояло выучить так, чтобы отскакивало от зубов, когда я чуть не выругался вслух.
— … и шаг назад, кисть вперёд. На меня смотрим! — рявкнула преподавательница. — С места не сходить. Вот, так! Назад влево, чуть вперёд… в одной плоскости, на меня смотрим!.. чуть назад вправо, вперёд, назад! И, повторить.
Ну кричит и кричит. Бывает. Только вот стоя на месте, нам предстояло выписывать движения точь-в-точь как в черчении символов. Я даже зажёг первую золотую линию, прежде чем символ сломался. А ещё в аудитории находился Филипп, часто выступающий в роли партнёра для нашей преподавательницы. И он очень, ОЧЕНЬ, тщательно смотрел за каждым движением и реакцией учеников.
— Могу я поинтересоваться, что за фигнёй мы занимаемся? — спросил я, подойдя к нему в перемене. — Это уж очень напоминает начертание.
— Думаешь? — улыбнувшись, ответил СИБ-овец. — Даже не знаю, не могу сказать ничего конкретного. Нам просто спустили инструкции, и мы их исполняем.
— Не могу сказать, что я вот вообще ни в одно слово не верю. Приказ есть, как скажешь. Но разве могут те, кто «не приносил императору клятву», творить их?
— Мне о подобном ничего не известно, — прямо сказал Филипп. — Но ты же понимаешь, что наше государство не единственное не планете?
— Значит, попытка вычленить шпиона, у которого символ начнёт работать? И как вы это определите? Умеете видеть творимые символы?
— А ты умеешь? — тут же переспросил преподаватель, но я покачал головой. — Вот и я нет. Но прекрасно могу отслеживать реакцию. И если бы среди вашей группы был хоть кто-то способный сотворить стрелу, даже просто начать её, я бы это отметил. А так, обычное студенческое раздражение и скука.
— Почему стрела? Разве не у каждого свой символ?
— Ты спрашиваешь больше, чем я знаю, — пожав плечами, ответил Филипп. — И вообще, не хотите ли рассказать о давлении на вас со стороны МВД?
— О каком ещё давлении? — нахмурился я, но потом сообразил. — А, тот случай на кафедре. Разве вы такие вещи не санкционируете?
— Проще сделать и просить прощения, чем просить разрешения и получить отказ. Стандартное правило, которое действует безотказно. Так что нет, они успели осуществить свой план, пока я был в отъезде. К слову, мы выяснили, что за получением вами конкретных участков рядом с горным заповедником и в Хосте стоит верхушка МВД. Что вы им пообещали взамен?
— Сказал, что так они могут насолить Баранову, и что не буду выкидывать их визитку. Вот она, да, — протянул я кусок картона. СИБ-овец, достал из внутреннего кармана пиджака телефон, чем тут же привлёк моё внимание.
— Не смотри на меня так, у тебя свой есть, — спокойно проговорил он, вбивая номер в книгу контактов. — Ещё и новее.
— Значит, мой новее? Сильно? — уточнил я.
— У тебя новинка этого года, а моему уже три. Да в чём дело-то? — спросил он наконец. — Какие-то проблемы?
  
— А сколько такой телефон стоит? — уточнил я.
— В Москве около сотни долларов, в Питере чуть дороже, может, сто двадцать. А… вот вы за чем плавали.
— Я за территорию города не выплывал, — тут же ответил я. — Находился в прибрежной зоне.
— Спорный вопрос, где считать морскую границу именно Сочи, а где России. Но пусть будет так. Хотя в следующий раз, если понадобится, советую всё же согласовывать такие путешествия заранее. Чтобы нам не приходилось в спешке отслеживать телефон и высылать пограничников.