Влюбленный маркиз
– Простите, – произнес он, отойдя от двери и сделав шаг ей навстречу. – Я не знал, что тут кто-то есть.
Голос у него был глубокий и такой бархатный, что от его звуков у нее по спине побежали сладкие мурашки.
– Мне нельзя здесь находиться, – ляпнула Медди первое, что пришло на ум.
На каминной полке недалеко от нее стоял канделябр со свечами, и этого света было вполне достаточно, чтобы она могла разглядеть незнакомца. Это наверняка гость: в строгом вечернем наряде с белым жилетом, манишкой и широким галстуком. Вся одежда явно от дорогого портного, из ткани тонкой выделки. Как камеристка она привыкла подмечать это с первого взгляда. Его костюм, вне всякого сомнения, стоил гораздо больше, чем она зарабатывала за год. Джентльмен был высок, подтянут, с темно-каштановыми волосами и темными глазами. С ее губ непроизвольно сорвался вздох: именно с таким привлекательным мужчиной она всегда мечтала потанцевать.
– А почему? – спросил Джастин заинтересованно, выгнув темную бровь. – Вы что, тоже сбежали с бала?
Нет, как раз наоборот: ей очень хотелось на бал, но она вдруг задумалась. А что, если в бальном зале ее узнает кто-то из слуг? Всё знает только Энн. Медди рассчитывала на то, что другие слуги будут слишком заняты, чтобы рассматривать каждого из гостей, но ведь достаточно всего одного внимательного взгляда, чтобы ее план рухнул.
– Я прячусь, – призналась Медди, поскольку чувствовала, что джентльмен ждет объяснений.
– Почему? От кого? – уточнил он, сделав шаг ей навстречу и озабоченно нахмурившись.
– А почему вы здесь прячетесь? – спросила она вместо ответа.
Ей и вправду было очень любопытно. Такой привлекательный джентльмен должен быть нарасхват. Значит, у него есть веские причины скрываться.
– Я ненавижу подобные сборища, – заявил незнакомец, и губы его тронула легкая усмешка.
– Вы не любите танцевать?
Наверное, это неправильно, когда такой красавец мужчина игнорирует балы.
– Танцы – это для одурманенных любовью дурачков и пижонов, а также потенциальных женатиков, – ответил он, медленно качая головой.
– Ах вот как! Вам не нравится светское общество?
Ей вот очень хотелось бы побывать на балу, но, похоже, не все разделяют ее интересы.
– Совсем нет, – ответил он с усмешкой.
– А как насчет полакомиться деликатесами? – спросила Медди, постаравшись скрыть улыбку.
– Боюсь, это мне совершенно безразлично, – пожал он плечами.
– Выходит, вы не любите развлекаться?
Она едва не рассмеялась, но одернула себя.
– Ну почему же? Просто не таким образом, как на подобных мероприятиях, – протянул он.
– Но если вам не нравится танцевать, вращаться в обществе и лакомиться деликатесами, то зачем вы здесь?
О господи! Медди нахмурилась, когда ее вдруг осенило. А что, если он распутник?.. Может, у него тут любовное свидание, а она помешала. У нее даже дыхание перехватило от этой мысли, и в то же время она почему-то почувствовала укол ревности.
Лицо незнакомца расплылось в улыбке и стало еще более привлекательным. Джастин теперь стоял всего в двух шагах от Медди, и она ощущала аромат дорогого одеколона и чистого белья. Почувствовав, как затряслись колени, девушка поняла, что слишком увлеклась. Надо уходить, и поскорее.
– Я здесь из-за друга, – сказал вдруг маркиз.
А вот это уже интересно. Возможно, он все-таки не распутник, хоть и очень похож, но она солгала бы, сказав, что не испытала облегчения.
– Вы так близки с лордом Хезлтоном? – спросила Медди, наклонив голову.
Если он скажет, что это так, ей нужно немедленно уходить: нельзя общаться с теми, кто может обмолвиться об их встрече при случае с хозяином.
Джентльмен опять улыбнулся, и ей вдруг захотелось, чтобы он улыбался всегда.
– Нет, с ним я едва знаком.
Медди с облегчением опустила плечи и выпалила, прежде чем подумала, как всегда:
– Слава богу!
– Позвольте узнать ваше имя, – с прищуром посмотрел Джастин на Медди.
О нет! Ей надо выбираться отсюда. Может, он и не распутник, но вызвал переполох у нее в мыслях, и ей нужно не терять головы, если собирается выполнить свой безумный план. В какой-то момент этого странного разговора с потрясающим мужчиной она взяла себя в руки, и теперь Медди не терпелось двинуться дальше.
– К сожалению, это невозможно! И вообще мне пора…
Она метнулась к двери и, приоткрыв ее, выглянула наружу, стараясь не обращать внимания на соблазнительный аромат сандала, исходивший от незнакомца.
– Вы так торопитесь? – Голос маркиза прозвучал у нее прямо за спиной.
– Да, у меня очень мало времени, а мне еще кое-что нужно сделать.
Слава богу: путь свободен. Она проберется по коридору и смешается с толпой гостей. Там, конечно же, никто и не заметит еще одну даму. Она открыла дверь пошире.
– Всего доброго, мистер…
– Мистер? – явно в недоумении повторил Джастин.
О нет! Если он не мистер, то… лорд? Боже праведный! Ей и вправду нужно исчезнуть как можно быстрее: ни к чему связываться с лордами, хотя, несомненно, в бальном зале их пруд пруди.
– Прошу прощения: я думала…
– Мистер Уитленд, – ответил он быстро. – Но подождите! Куда же вы? Чего вы хотите?
Она остановилась и взглянула на него. Конечно, он очень хорош и наверняка не из верхушек общества – слава богу! Очень-очень жаль, что он не любит танцевать. Ей же нужно было найти кавалера, который любит танцевать, и побыстрее.
– В отличие от вас я мечтаю потанцевать на балу с симпатичным джентльменом! – Она не смогла удержаться от улыбки, но мгновение помедлила, прежде чем похлопать себя по щеке пальцем и добавить: – И, возможно, съесть парочку деликатесов.
Медди подмигнула ему и выскользнула из комнаты, пусть и очень хотела остаться.
Глава 4
Джастин смотрел туда, где только что стояла прекрасная незнакомка. Несколько мгновений он гадал, а не был ли весь разговор плодом его воображения. Так все странно. И он не был уверен, что правильно ее понял. Она ведь сказала, что ее желание – потанцевать на балу с симпатичным джентльменом, ведь так? Это что-то небывалое. Маркиз не слышал, чтобы кто-то из дам говорил нечто подобное, кроме разве что его сестры Джессики, которая буквально одержима замужеством и с нетерпением ждет своего дебюта в обществе.
Но если эта леди – дебютантка, то что она делала здесь одна? Где ее мать, компаньонка? К тому же все дебютантки отлично знали, кто он такой, и мечтали, чтобы он стал их партнером, но незнакомка понятия о нем не имела: ее, похоже, интересовали только танцы.
Джастин рассеянно почесал подбородок, все еще глядя на дверь. Кто она? И точно хороша собой. Густые светлые волосы, привлекательные ямочки на щеках и васильковые глаза с пляшущими в них чертенятами, голос приятный и полный жизни. Ему никогда не хотелось продолжать знакомство с дебютантками, но сегодня, пришлось признаться, он испытал разочарование, когда она исчезла. Странно. Все очень странно. И досадно… Она даже имени своего не назвала… отказалась назвать.
Ему захотелось броситься за ней, и это тоже нечто небывалое. Эта мысль удивила его. Конечно, до танцев ему не было дела: Джастин никогда не любил танцевать, но по какой-то необъяснимой причине ему захотелось увидеть, как танцует она.
Маркиз покачал головой и потер лоб костяшками пальцев. Вот ведь абсурд. С какой стати его должно волновать желание молодой хорошенькой девушки потанцевать? Он вообще-то здесь по делу: нужно найти Эджфилда, распустить слух о якобы приболевшей сестре и смотаться с этого сборища алчных матрон и жеманных девиц.
Однако странное дело: эта молодая незнакомка не вызвала у него скуки, а вот интерес пробудила, и это тоже что-то небывалое. Она выглядела чуть старше обычных дебютанток. Но если она не дебютировала, то не могла быть и на балу. И потом, почему ей нельзя находиться в гостиной? Возможно потому, что она должна быть среди гостей, под неусыпным наблюдением матери?