Мой милый бродячий кот (СИ)
— Держи свой мохито, – сказал он, подавая стеклянный стакан с трубочкой. - Чего это тебя так долго не было?
— Да, нам тоже интересно, – тут же поддержал того сидящий рядом парень.
— Гулял, – туманно ответил Джин, беря напиток и начиная неспешно потягивать его из трубочки, даже не морщась.
— Писец, я всегда удивлялся, как ты можешь пить мохито через трубку, – хмыкнул тот же парень, в два глотка опустошая бокал с непонятной красно-сиреневой жидкостью. – Эй, Джош, хочу ещё!
— Марк, ты можешь перестать пить хоть сегодня? – бармен посмотрел на него, как на лабораторную мышь, на которой вот-вот должны поставить какие-то опыты. – Хотя я уверен, что без алкоголя ты не протянешь и дня.
— Заткнись, я тут, между прочим, твой клиент, – парень несильно стукнул кулаком, старательно изображая злость.
Марк, он же Марко, был итальянцем. Хотя, со своими пристрастиями и поведением, скорее помесью итальянца и русского. Все знали, что он имеет приличное количество денег и может позволить себе купить даже какую-нибудь виллу на море. Марк постоянно ходил в лохмотьях, делающими его похожим на какого-то бомжа - ведь потрепанные, скорее всего и вообще безразмерные джинсы да непонятно какого цвета спортивная футболка из любого бомжа сделают. Единственное, что выделялось из этого бардака, была огромная золотая цепь с таким же огромным медальоном в форме «М», и более-менее приличная реперская кепка с черными шузами, полностью подходящая по цвету к его глазам и волосам. Марко просто обожал алкоголь и, что самое странное, совершенно от него не пьянел.
— Ладно, ладно,– прекратил их спор Джин, обращаясь к Джошу. - А у тебя как? Как дела, как бар?
— Отлично, – улыбка во все тридцать два, а может и больше, кто его знает, – наши всё такие же идиоты, как и были. Им хоть мочу вместо пива налей, всё равно не поймут.
Все, кто слышали его слова, сразу же начали подозрительно осматривать свои бокалы, прекрасно зная, что Джошу сделать такое ничего не стоит.
— Да успокойтесь вы, – тут в их разговор включился четвёртый человек, – ничего он не подливал, я уверен.
Он был негром, одетым в обычные обтягивающие джинсы и полупрозрачную майку, через которую было видно, что вся спина полностью покрыта одной огромной татуировкой. Немало человек догадывались, что эта тату идёт по всему телу.
Большинство посетителей издали коллективный вздох облегчения и вернулись к прерванным разговорам.
— Сволочь, – со вздохом обозвал негра Джош, облокачиваясь на стойку и подпирая щёку рукой,– такое испортить!
Тот только хмыкнул и завязал с Марко разговор, к которому постепенно подключились и остальные посетители. Они разговаривали так долго, что совершенно не заметили, как перевалило за полночь. В конце концов Джош заявил, что у него слипаются глаза, поэтому “хватит трепаться и пора закрывать лавочку”. Многие протестовали, но хозяин был непреклонен. Он знал о «жилищных проблемах» Юджина, поэтому и предложил ему переночевать в баре. Была очень заманчивая мыслишка - оказаться одному в заведении, полном спиртного, но парень тут же отбросил её, сказав, что с этим лучше обратиться к Марку. Джину нужно было подумать на относительно трезвую, свежую голову, а если бы захотелось поспать на мягкой постели, он без проблем пошел бы к Шейну.
И парень тут же поймал себя на мысли, что за прошедшее время почти не скучал об уличной жизни, с её проблемами и неприятностями.
Джош на это только хмыкнул и ушел вместе с остальными, оставив парня наедине с мыслями.
*
Джин задумчиво поглядел на звездное небо. Скучно. Сегодня было слишком скучно, чтобы идти по ночному городу в поисках развлечений. Мимо проходила стайка проституток, почти бесплатно продавая себя, а где-то в углу, явно не с благими намерениями, три амбала зажали маленького хрупкого мальчика. Как примитивно. Наверно, Джин слишком привык к светлой, тёплой комнате на пятом этаже, что размышляет так. В конце концов, он тоже один из тех, кто ошивался здесь ради наживы.
Он широко зевнул и засунул руки в карманы. Поздно. Может, и правда стоит пойти обратно? Мысли лениво ползли в голове, а ноги уже поворачивали к нужному дому. И всё-таки он ещё понежится в тепле, прежде чем уйдёт окончательно. Нельзя же вечно оставаться на одном месте. Иначе можно легко дать себя вычислить. А этого совсем-совсем не хотелось. Получить «привет» от родственничков, или, что ещё хуже, побывать у них в гостях, энтузиазма не вызывало. И если предположить, что появление Джина в новой округе прошло незамеченным, то недельки через три-четыре его уже будут искать здесь. Скрыться в заведении Джоша не проблема, но подставлять друга совершенно не хотелось. Он всё-таки кот, а не какая-нибудь скотина. Так что оставалось только исчезнуть и замести следы, а ещё лучше - навести ищеек на ложный след… если, конечно, такое вообще возможно.
Даже не заметив как, парень дошел до нужной двери и только хотел постучаться, как увидел, что дверь приоткрыта. Лицо тут же осветила лёгкая улыбка: «Надо же, меня ждут». Он почти бесшумно проскользнул внутрь и разулся. Сквозь неплотно закрытые двери можно было увидеть, что в спальне до сих пор горит свет. Зайдя туда, парень увидел одежду, в которой он ходил по дому, бережно свернутую и висящую на стуле, и хозяина этих самых вещей, спящего на кровати в обнимку с книжкой.
— Ты слишком добрый, – прошептал парень, наклоняясь и нежно проводя ладонью по щеке спящего, – приютил у себя кота, хотя совершенно не знаешь, какой он породы. И, наверно, тебе лучше не знать… хотя бы до тех пор, пока я не уйду.
Джин поднялся, и легко улыбнувшись, принялся переодеваться. Его одежда, как и в прошлый раз, была положена в шкаф, а сам парень, сладко зевнув, выключил свет и примостился под боком у спящего. Приближалось утро.
Шейн проснулся на полчаса раньше, чем обычно. Он выключил будильник и, закусив губу, задумчиво посмотрел на спящего Юджина. Во сне он выглядел таким невинным и довольным: на губах открытая весёлая улыбка, которую так редко можно увидеть, когда он бодрствует, веки прикрыты, и совсем нет того полуленивого-полухитрого выражения, что почти всегда присутствует на лице парня.
Наклонившись, шатен убрал сбившуюся прядь и запечатлел целомудренный поцелуй на гладком лбу. Потом выровнялся, потянулся и широко зевнул, наблюдая, как лучи яркого солнца проникают в комнату сквозь закрытые шторами окна. Немного подумав, мужчина быстро оделся и, взяв пакет, вышел из дому. Он вернулся ровно через двадцать минут, и, ещё десять потратив на то, чтобы повозиться в кухне, ушел на работу.
Юджин проснулся где-то в десятом часу. Он лениво потянулся и, в таком же полусонном состоянии посмотрев на часы, снова завалился спать. Свет из окон неприятно резал глаза, поэтому парень просто накрылся одеялом и в такой позе пробыл ещё полчаса, пытаясь заснуть. Впрочем, безуспешно. Поэтому, бормоча что-то о несправедливости жестокого утра и такого же жестокого Шейна, открывающего шторы так рано, он поплёлся в туалет. После протёр глаза и умылся, сполоснув лицо холодной водой.
Дальше на очереди была кухня. Джин, как обычно открыл холодильник, но то, что там лежало, заставило его брови поползти вверх: на одной из полок стояла тарелка, подписанная черным маркером «Джину». А в этой самой тарелке лежало ни что иное, как кошачий корм. Whiskas, если быть точным. Брюнет взял тарелку и сквозь зубы выругался. Но потом всё-таки не удержался и попробовал несколько подушечек.
— Ммм, а вкусно…
Критично оглядев содержимое, парень забрал тарелку с собой, тихо бурча себе под нос:
— А вот за это, ты ещё поплатишься, Шейн.
*
— Как продвигаются поиски?
— Наши люди нашли район, в котором он отсиживался прошлый раз.
— Новости?
— Местные говорят, что его сильно избили, а после этого он будто исчез.
Синеглазый старик мрачно оглядел своих подчинённых:
— Я уже говорил вам, что если он помрёт, то с ним сдохнете и вы все? Мне нужен наследник, а не куча дерьма, которую вы называете новостями! Поняли?! А теперь прочь отсюда! И чтобы без него я вас здесь не видел!