Наследница кровавой памяти (СИ)
Мы снова встретились, когда нас обоих вытеснили из цехов на открытую площадку в окружение зданий, где крыши и окна идеально подходили для снайперских позиций. Мы отбивались, как могли: то стреляли, подкрепляя оружейные запасы взятыми у павших врагов трофеями, то шли в рукопашную, но чувствовали, что долго не продержимся.
Вертолет быстро снизился. Из него начали стрелять.
"Отдел!" — не думала, что можно так одновременно испугаться и обрадоваться.
Пришла ли помощь, или вместе с Толяном и компанией, нас тут прикончат как угрозу для человечества?
Мои коллеги покосили стрелков на крышах, из верхних окон вампирюшники убрались. Для нас расчистили пространство безопасности. Похоже, мой телепатический сигнал достиг цели и был правильно расшифрован.
Анатолий заметил главного врага, мелькнувшего в окне здания напротив, и рванул за ним.
C вертолета на крышу того же здания прыгнул Вася.
— Лера! Держи и оглянись наверх! — он бросил мне заговоренный меч Марьи.
Поймав оружие прародительницы за рукоять, я обернулась и увидела в темном окне сияющий огненный шар.
Вася стрелял в колдуна, но пули, отведенные магической защитой, пролетали мимо.
Колдун метнул огонь в меня, и снова мысли раздвоились. Одна часть сознания в ужасе ждала, что я сгорю заживо, а другая в спокойной уверенности напоминала, как я нейтрализовала злые чары темного мага на драгоценностях из ломбарда.
— Твои чары не властны надо мной, — я вскинула меч, наперекрест им заслонив лицо.
Пламя шаровой молнией врезалось в лезвие, раздался легкий треск. Я не почувствовала ни жара, ни ударных волн. Огонь растаял.
Мы с Васей погнались за колдуном, но я настигла негодяя первой. Темный маг успел открыть портал в волшебный мир, почти шагнул туда, но я его смела в прыжке, и, не раздумывая, словно заговоренный меч мной управлял, а не наоборот, снесла его седую плешивую голову.
Портал закрылся и зеленый туман рассеялся.
— Надеюсь, меня не осудят за превышение служебных полномочий, — я улыбнулась Васе.
— Не должны. Ты ликвидировала крайне опасного злодея, — он посмотрел с грустинкой, словно и у него двоились мысли. — На международный совет великих магов, руководителей тайных спецслужб, тебя могут вызвать для беседы о побеге с вампиром. Но заседает совет редко, к тому времени о твоей неожиданной выходке могут и забыть.
Вася и рад был, и не рад нашей встрече. Словно предчувствовал не новую разлуку коллег, а разрыв отношений влюбленной пары. Понимал, что я душой не с ним.
— Вампир, с которым я сбежала… Он людей не убивал, — я поспешила отвести любые подозрения от Анатолия. — Мы должны ему помочь. Идем.
Вместе с присоединившимся к нам питерским волком прочесали пару зданий. В бывшем столярном цеху виднелись свежие следы недавней драки: сломанные увесистые деревяшки, пятна крови.
Толян был мертв. Погиб от смоляного концентрата. О том свидетельствовали полосы потемневших выжженных вен на его руках и лице.
— Некому помогать… Поздно, — брезгливо сморщил морду обогнавший нас волк, трогая лапой задыхающегося Анатолия.
Мой друг лежал на спине, раскинув руки. Его грудь резко вздымалась, из уголков рта текла пена. На шее я увидела потемневший след от смазанного осиновой смолой лезвия.
— Дело пары минут, — беспощадно продолжил волк, остановившись передо мной и легонько толкнул мохнатым боком по ногам, побуждая развернуться и уйти.
— Ему никто не поможет, — Вася взял за плечи и тоже потянул назад. — Чувствуешь запах? Новый концентрат быстрого действия. Он победил врага. Его битва окончена.
Я вырвалась из бережно слабой хватки Васи, прыгнула через волчью спину, рухнула на колени, приложила теплые ладони к остывающим щекам Анатолия и выпалила рваным полукриком-полушепотом:
— Я не отпущу тебя! Никогда! Ты слышишь? Не верю, что шанса нет. Он должен быть! Ну же, не исчезай. Держись, — слегка встряхнула голову нового напарника. — В моей жизни за короткое время произошло столько чудес! Нужно еще одно! Хотя бы одно-единственное! Ну, где же оно?
— Поверь. Шанса действительно нет. Ни малейшего. Идем. Нам пора возвращаться в Москву, — тихонько позвал Вася.
— Я буду менее категорична, — надо мной проплыл властный женский голос, тяжелым вязким эхом разносившийся в руинах. — Шанс может быть.
Малюсенький, процентов пять, не более. Но его нельзя отрицать. Гостья нашего города права, чудеса имеют место, и приходят на выручку тем, кто в них верит.
— Тамара Ивановна, великий маг, — волк отступил с почтением, представив начальницу территориального подразделения.
Оглянувшись, я отметила, насколько подошедшая женщина не похожа на телеведьму Матильду. Вместо всклокоченной черной копны — аккуратно уложенные короткие волосы, темные с тонкими редкими паутинками проседи. На лице минимум макияжа, только выразительные темно-карие глаза были слегка оттенены, и на губах поблескивала почти бесцветная, бледно-розовая помада. Ни перстней, ни ожерелий, ни даже самодельных амулетов… Тонкое обручальное кольцо на пальце и рунная татуировка на запястье, ее я заметила, когда Тамара подняла руку, жестом повелевая ребятам отойти в сторону.
— Ты знаешь, Валерия, что сила любви потомственного охотника способна помочь обращенному вампиру вернуть человеческую сущность. С ним так не выйдет. Он человеком не родился. Но твою искру можно попробовать использовать иначе, нейтрализовать действие яда и сохранить ему жизнь.
— Скажите, что мне нужно сделать? Я на все готова! — воскликнув, я чуть не заплакала.
Пробившиеся сквозь подсознательный барьер крошечные слезинки застыли на ресницах.
— Прежде всего понять, что ты его любишь. Искренне, — Тамара склонилась ко мне, тронула татуированной рукой за плечо. — прислушайся к себе.
— И слушать нечего, и некогда. Я знаю, что люблю его.
Вася горько вздохнул и поплелся к выходу из полуразрушенного здания.
Мне стало стыдно перед ним, но времени на раскисания и самобичевания не оставалось.
Анатолий слабел. Его дыхание стихало.
— Магия сработает лишь если ваша любовь взаимна, — проинформировала Тамара. — Он тебя любит?
— Не знаю, — честно призналась я.
Понятия не имела, что чувствовал ко мне Анатолий. Он старался заботиться обо мне, но кого видел рядом: бестолкового ребенка, напарника или привлекательную девушку?
Тамара положила меч Марьи на лоб Анатолия, прижала мои ладони к холодному лезвию:
— Нам пригодится связь времен.
Магиня стала шепотом произносить древнее заклинание. Меня пробрал озноб, я почувствовала то же, что испытывал упрямый, но любимый вампирюшник: слабость, боль и ломоту во всем теле, головокружение, тяжесть в груди, мешающую сделать полный вдох.
Не знала, что будет со мной, если обряд пройдет не так, как надо, и не хотела знать. Если Анатолий меня не любит, мы погибнем оба? Признаюсь, я сама не верила в его любовь. Считала, что уж к Детенышу Отдела, кем он меня считал, вампир не может испытывать настолько теплых чувств, чтобы позволить стать частью его жизни. Неизвестно, как он поступит, если я погибну, а он останется в живых… Вряд ли согласится заменить меня на службе. А если рискнет, от него будет намного больше пользы, чем от неугомонной и непослушной дилетантки.
Будь, что будет. Его жизнь ценнее моей. В глухой тайге, и то, наверное, он больше пользы принесет, чем я в эпицентре опасных приключений.
— Живи, прошу тебя, — прошептала, роняя слезы ему на грудь. Смотрела, как они протекают сквозь майку и думала о том, что Марья привела меня к нему, но чувства, которые я сейчас испытывала, были моими собственными, настоящими, не иллюзией, не эхом чужой любви.
Моя любовь, и этот мужчина — только мой навеки. Не отпущу его ни на том, ни на этом свете.
ГЛАВА 26. Огонь в камине
Нарядные пары мельтешили перед прищуренными глазами Марьи в веселой мазурке. Вампирша замерла, крепко держа мужа под локоть.