Мой горячий Север (СИ)

— Тогда ей правда лучше пойти прогуляться.
— Черт, я пошутил, Север. 
— Ты хочешь, чтобы она смотрела? — Север произносит вопрос с едва скрываемым презрением.
— Я хочу, чтобы ты был сговорчивым. Мы и так потеряли уйму времени, пока искали тебя, с меня хватит. Я пойду самым тупым и коротким путем, быстро выдрессирую тебя и предложу сделку на моих условиях. 
Уваров снимает с плеч пиджак и бросает его на пол, потом смотрит на наручные часы и недовольно хмурится.
— Десять секунд, Север.
Я не успеваю выдохнуть, как Север оказывается со мной лицом к лицу.
— Юля…
— Нет, пожалуйста.
— Пройди к той стене, — Север указывает в сторону окна. — Не упрямься, малышка. Не время.
Сбоку скрипят мужские ботинки. Я морщусь от противного угрожающего звука и чувствую резкий толчок, Север уговаривает меня силой и грубо встряхивает в руках.
— Юля! 
Его окрик действует. Я на автомате разворачиваюсь и быстрым шагом бреду туда, куда он приказал. Север остается у меня за спиной, и первый удар я слышу, а не вижу. Но в следующую секунду я порывисто оборачиваюсь и вижу, как он отталкивает от себя первого охранника, на помощь которому уже подходят еще двое.
  
Глава 20
 
Север один против троих мужиков. Высоких, массивных и явно зарабатывающих на жизнь кулаками. Их главный остается в стороне, он тоже делает шаг к стене и становится безучастным наблюдателем. Мне же за эту чертову стенку приходится цепляться, чтобы не сползти на пол. Я зажмуриваюсь, пугаясь очередного хлесткого удара, что разрезает воздух и кажется тяжелым, как молот, но заставляю себя открывать глаза. Смотреть на Севера и молиться за него. Он не успевает реагировать на все выпады, пропускает удары в корпус и начинает рычать как хищное животное. На это больно смотреть, сердце бьется у горла, а перед глазами мутная пелена из выступивших слез.
Кристальная жестокость…
Прямо здесь. Я не готова к ней и повторяю про себя слова Севера, чтобы я оставалась в стороне и не старалась помочь ему. Я сама понимаю, что не могу ничего сделать, но после каждого тычка хочется кинуться и обнять его, закрыть, черт возьми!
— Ах ты, сука! — кричит один из охранников, стирая кровь с разбитой губы. — Огрызаешься, мразь?
— Вломите ему по хребту, он сразу успокоится, — задумчиво бросает Уваров. — У него старая травма там.
— Боже, не надо! — я все-таки делаю шаг к мужчинам, хотя все рефлексы зовут назад.
Мужское лютое мельтешение подсказывает, что женщине там делать нечего. Сомнут и не заметят.
— Пожалуйста…
Я осекаюсь, когда Север хрипло вскрикивает. Он замирает на мгновение, а потом падает на грязный пол. Случается секундная заминка, громилы словно сами не верят, что им удалось повалить соперника на пол, и я ей пользуюсь. Слепо кидаюсь вперед и падаю рядом с Севером. Я боюсь дотрагиваться до него, решаюсь лишь нависнуть сверху, чтобы вцепиться в его плечи, если меня начнут оттаскивать в сторону.
Он ранен и тяжело дышит. Хотя уже пытается перевернуться и продолжить махаться.
— Юля, — он нервно выдыхает, когда замечает меня. — Уйди, ты с ума сошла?
Он хрипит из-за скопившейся во рту крови. Но хуже всего ему из-за спины. Я не знаю, о какой старой травме говорил Уваров, но Севера явно достали в слабое место. Он злится, но не может прийти в себя молниеносно, он все-таки не железный. 
— Чего вы хотите? — я поднимаю глаза на Уварова, который размеренным шагом направляется к нам. — Просто скажите, не надо больше бить его. Я умоляю вас…
— Юля, хватит, — Север крепко сжимает мою ладонь.
Он рывком разворачивается и садится рядом со мной, привычно загораживая меня крепкой спиной. Он не может спрятать меня ото всех сразу, но половину пространства отсекает. Я же прижимаюсь к нему, чтобы он мог облокотиться на меня, только вот Север упрямый и по-мужски гордый. 
— Верная подруга, — Уваров кивает на меня с легкой улыбкой, но через секунд переводит взгляд на Севера. — Бабы всегда тебя любили, Север, я твое дело от корки до корки изучил.
— Я уже понял, — Северу до сих пор трудно говорить после поставленного удара по позвоночнику, он выдыхает с рычащим эхом и делает глубокие глотки воздуха. — Мы уже переходим к нормальному разговору?
— Мне нужны твои активы. Всё, что успел спрятать и заныкать по уголкам планеты. И, когда я говорю “всё”, я имею в виду каждую копейку. Даже итальянские пиджаки.
— Я не ношу итальянские.
— Ты меня понял.
Уваров садится на корточки, чтобы быть ближе, и расслабленно бросает руки на свои бедра. Смотрит то на меня, то на Севера, зажигая усмешку всё ярче.
— Черт, я ждал этого момента, — добавляет он, растирая подбородок широкой ладонью. — Дрочил на твою фотку в наручниках.
Меня передергивает от его чувства юмора, и Уваров примирительно поднимает ладони, извиняясь перед дамой.
— Не думал, что вы так сильно увязли в этом, — говорит он мне, неожиданно переходя на вы. — Я вообще-то собирался спасать вас, Юлия. Думал, Север использует вас вслепую, левые паспорта рано или поздно заканчиваются и нужны живые люди.
— Например, для чего?
— Переоформить фирму, заключить сделку. Он не просил вас о таком?
— Нет.
— Тогда что? — Уваров вновь обращается к Северу. — Крутой секс? Задолбался трахать однодневок и решил завести постоянную девчонку?
— Что будет, когда я передам активы?
Уваров задумывается на мгновение, а потом поднимается на ноги. Я впервые замечаю, что под его пиджаком есть оружие. Полы раскрываются, и я вижу кожаную наплечную кобуру. 
— Твоему брату разрешили выйти, — бросает Уваров с пренебрежением. — Он выполнил свою часть сделки, и на него закрыли глаза. Я разрешу тебе свалить к нему… где он засел, в Грузии? … если ты не доставишь мне проблем. Я хочу закрыть твое дело и забыть о твоем существовании навсегда, как ластиком стереть к чертовой матери.
— Тогда мне нужен телефон.
— Будешь звонить брату?
— Брату?
Север так органично удивляется, что даже я на мгновение верю ему. 
— Мои люди перехватили его заказ чартера. Не кривляйся, Север, я в курсе, что он помогает тебе. 
Уваров отдает сигнал одному из своих людей, тот отлучается в коридор и возвращается с аптечкой в руках. Он бросает ее мне на колени и смотрит так, словно я лично его предала, связавшись с плохим парнем. 
— Девушка может уехать? — подает голос Север. — Ей незачем торчать в холодном ангаре… вообще участвовать в нашей сделке.
— Нет, девушка уже участвует. 
— Что это значит? — Север скрежещет железными интонациями.
Я поспешно обхватываю ладонью его плечо, чтобы он не натворил глупостей.
Мужчина уходит в сторону, проигнорировав вопрос Севера. Вскоре они все покидают комнату, Уваров вместе с охранниками ныряет в дверной проем и исчезает из поля зрения. Только скрипит замок напоследок.
— Север, — я зачем-то зову его и сжимаю аптечку, которую мне бросили. — Ты как?
— Не беспокойся за меня. Тут пара царапин, только выглядит херово.
Он подтягивается ближе ко мне и сцепляет зубы. Черт, ему все-таки больно… 
— Что за старая травма?
Я сжимаю его запястье, чтобы он перестал шевелиться. Куда он всё рвется? Ему бы отдохнуть хоть пару мгновений и прийти в себя после драки, которая больше напоминала избиение. Хотя он отлично держится и, если бы не кровь на лице, можно было поверить, что он действительно отделался легкими царапинами.
— Ты рассказывал, что был в инвалидном кресле. Это, да?
Я нервно сглатываю и перевожу взгляд на аптечку, чтобы не расплакаться. Это не просто старая травма, а очень серьезная и опасная. И я ведь видела с какой жестокостью охранник пнул его. Мне больно от одних воспоминаний, как будто это на мое тело обрушился лютый поставленный удар. Здесь точно умеют делать больно, настоящие профессионалы, чтоб их!
— Давай я сам, — Север перехватывает мои пальцы и подвигает аптечку ближе к себе.