Мой горячий Север (СИ)

Так пусто…
Может, это временно, но сейчас тишина кажется пророческой. 
Я резко поднимаюсь на ноги, не давая себе развести депрессию на пустом месте, и все-таки иду в ванную. Потом переодеваюсь в спортивный костюм, который нахожу на крючке, и возвращаюсь на первый этаж. Мне нужно держаться людей, а не замыкаться на слезливой тревоге за Севера. Он вернется, он обещал мне, а я всего лишь должна вытерпеть несколько дней разлуки.
Должна.
Тем более мне повезло и здесь есть Анна. Я уже чувствую, что мы станем подругами. У нас схожие взгляды и даже, как будто, характеры, я тоже люблю играть в нежное и хрупкое существо, которое нужно всячески оберегать. В мирное время так точно, а вот в кризис я могу и сама подставить плечо второй половинке. Я, как и Анна, люблю говорить мягким голосом и окутывать ласковыми женскими интонациями. 
Я никогда не могла понять теорию, что мужики любят стерв и нужно знать себе цену, дрессировать бедняг под свои высокие запросы и повторять муштру день за днем. Я не видела ни одного случая, когда это работает. Зато видела безумно красивый и сексуально выверенный инстаграм знакомой девушки. Каюсь, я завидовала ее идеальной фигуре и тому, с каким мастерством рыжей ведьмы она умеет выбирать соблазнительные позы и игриво улыбаться, раскатывая чистый порок по пышным губам. 
А потом я заметила одну деталь и пролистнула половину ее профиля, чтобы натолкнуться на нее снова и снова. В смазанных отражениях на кадрах можно было заметить, что ее фотографирует ее малолетний сын. Вадик. Она прятала его, но одно поздравление сына с днем рождения затесалось на ее страничку. Как раз после видео, где она  идет по коридору, пошло покачивая бедрами, и опирается на поручень, прогнувшись в спине так, что в разрезе платья мелькает нижнее белье. 
Все это снимал Вадик.
Я не видела ничего, что бы выглядело столь жалко. Пронзительный крик женского отчаяния. Того самого одиночества, когда есть кого развлечь целый уик-энд, а потом в твоих услугах провинциальной хищницы не нуждаются. Богатые и успешные мужчины сами еще те хищники, с ними можно играть, но не стоит видеть в них идиотов, которые вчера родились. 
Я не могу ответить себе, чем заинтересовала Севера. Если я что-то умею, так быть щедрой с тем, кого выбрала. Мне даже кажется, что это все. Больше в моем списке завидной невесты ничего нет.
Я сворачиваю на кухню и помогаю Маргарите, которая раскатывает тесто для вареников. С ней час пробегает незаметно, а там появляется Анна и зовет меня к девочкам.
— У нас голубая детская, — говорит она. — Марк был уверен, что будет сын и… немного поторопился. А она мне так понравилась, что я не захотела переделывать. Только одну стенку переклеили, где были самолеты.
— Оу, теперь мишки, — я смеюсь, замечая плюшевых красавцев, которые нарисованы столь реалистично, что шерстка переливается как настоящая. — А кто тут у нас?
Два милых карапуза лежат в кроватках. Я подхожу ближе и попеременно заглядываю то в одну, то в другую, замирая от всем понятного восторга перед крохами. Потом прошу у Анны разрешение взглядом и после ее кивка беру малышку в красивучем розовом платьице на руки. Она так сладко пахнет и тут же выставляет ручки, которые тянет ко мне навстречу. Она заинтересованно смотрит на меня и чуть отодвигается, чтобы было удобнее меня разглядывать.
— Милашка, — шепчу зачарованно. — Со взрослым умным взглядом.
— Янка, — произносит Анна и проводит ладонью по юбочке, разглаживая складки. — Младшая любимица. Она у нас сама серьезность, еще чуть и переплюнет папку. Видишь? — Анна вспыхивает яркой улыбкой и указывает на дочку, когда та закусывает нижнюю губу. — Профессор. Ее Марк так называет, когда дурачится.
— И правда, — я киваю.
Янка смотрит на нас, как будто это мы тут малыши, а она воспитательница несмышленой группы. Я прижимаю ее к груди, замечая, что она не против моих рук, и целую в макушку. Вдыхаю детский сладкий аромат и чувствую, как во мне просыпается материнский инстинкт. Я хочу такую же кроху, хочу обычных хлопот и не имею ничего против, если порода Севера возьмет верх, как взяла порода Марка. Пусть ребенок будет похож на него, мы с Анной не прогадали и выбрали завидных красавчиков в отцы.
— А Лена хохотушка, — произносит Анна.
Она берет на руки другую малышку и легонько встряхивает, на что та реагирует коротким смехом. Мне тоже становится смешно от детской непосредственности, кристальной и абсолютно честной.
Я смотрю на женское счастье Анны и невольно примеряю его на себя. Я ощущаю невидимую связь с ней, хотя мы знакомы всего ничего. Что стоят минуты знакомства, когда мы родственницы не по крови, а по судьбе? Я видела Марка и знаю Севера, они не просто братья, а мужчины с одним стержнем. Это невозможно не заметить, они даже иногда говорят одни и те же вещи. И запросто могут изображать друг друга. 
— Спасибо, — я подаю голос и касаюсь плеча Анны. 
— За что?
— Не знаю, как сформулировать… Ты успокаиваешь меня. Я смотрю по сторонам и понимаю, что всё может получиться. Понимаешь, я же обычный человек, я даже триллеры не люблю! Я никогда не думала, что мне придется ехать в другую страну и ждать парня после допросов.
— О, я это прекрасно представляю. С Марком тоже было непросто.
— Да-да, но теперь у вас семья. Дети, свой дом, да тут есть охрана…
— К ним привыкаешь. Эти парни становятся как родные. Вот раньше я даже имен их не запоминала, они постоянно менялись и их были толпы. А сейчас их двое, Степан и Сережа.
— Степан привез меня.
— А завтра он отвезет нас в город. Я покажу тебе окрестности и любимые магазинчики. Да, точно! Тут неподалеку отличная выпечка, ты полюбишь и возненавидишь ее. Потому что остановиться невозможно.
— Анна, мне нельзя полнеть, — я смеюсь, —  я еще не замужем!
— Тогда мы поедем к моей знакомой, она держит шоу-рум. 
— О, это уже интереснее. Лучше тратить деньги на платья, чем калории.
— Согласна, — Анна уверенно кивает. — Время пролетит, а там Марк с Севером уже будут рядом.
  
Глава 25
 
У меня года три не было полноценного отпуска. Наверное, именно это помогает хоть немного отвлечься, я усердно медитирую и убеждаю себя в простой правде, что вокруг солнце, морской воздух, а значит это курорт. А на курорте грешно не радоваться жизни.
И вообще плохие мысли имеют скверное свойство сбываться, если им отводить значительное место в своей голове. Только эта медитация дает сбой, когда дни начинают тянуться. Тянуться для меня, когда я в безопасности и рядом с хорошими людьми, а как их проводит Север мне даже страшно представить.
Я стараюсь не фантазировать. Не рисовать страшных картин и не давать им ярких сочных красок. Но как не думать совсем? 
Невозможно.
И в памяти же есть минуты, когда его били на моих глазах. Я так детально запомнила их, что они приходят ко мне по вечерам и выворачивают наизнанку. Я не сознаюсь Анне, потому что она так старается отвлечь меня. Показывает мне любимые места, знакомит с новыми людьми и готова посвящать мне каждую свободную минуту. Она становится для меня примером, ведь ее муж тоже сейчас вдалеке, тоже рискует и ведет опасные торги. 
Нужно просто подождать.
Вытерпеть и не унывать.
— Север говорил обо мне? — Анна касается темы, которая висит между нами на протяжении всего дня, и смотрит мне в глаза, проверяя, не против ли я завести этот разговор. 
Мы идем по небольшому парку, а сзади находят размеренные шаги Степана. Он молчаливым бодигардом ходит за нами и смотрит по сторонам. Анна оказалась права и я быстро привыкла к его присутствую, уже на третий день я на автомате потянулась к задней дверце, будто всю жизнь каталась с личным водителем. Сейчас же прошла почти неделя и Степан стал непременным участником моей новой жизни.
— Говорил, — я киваю и поправляю солнцезащитные очки. — По его разговорам я поняла, что ты нашла ключик к Марку.