Мой горячий Север (СИ)

Наоборот, можно чувствовать жизнь в полной мере. 
Я открываю термос и разделяю его крышку, из которой получается два стаканчика. Мы привезли эту находку из Швеции. Север долго подшучивал, как кардинально поменялись мои планы и вместо Испании я, в конце концов, выбрала северную страну. Сама не знаю, как так вышло. Хотя склонна винить в этом Севера, он дарит мне столько ярких красок, что мне вдруг расхотелось тратить время на корриду и фламенко. 
Мы провели чудесную неделю в Стокгольме, которой мне отчаянно мало и я мечтаю как-нибудь повторить вылазку в Скандинавию. 
—  Где твое кольцо? —  Север спрашивает с удивлением, подхватывая мою ладонь.
—  Осторожнее! Разолью же, —  я качаю головой, недовольная его нетерпением.
Надо же, заметил! И недели не прошло, как я сняла обручальное кольцо.
Я отдаю ему стаканчик, от которого уже идет ягодный аромат. С блаженством вдыхаю его, а когда открываю глаза, замечаю, что грозовые морщинки на лбу Севера так и не разгладились.
—  Выкинула, —  бурчу, наполняя второй стаканчик для себя. —  По твоей реакции можно подумать, что так. 
Молчит. Ждет нормального ответа.
—  Я захотела сделать гравировку. В среду уже можно будет забрать.
—  А почему мне не сказала?
—  А это секрет. Я, может быть, не собираюсь тебе говорить, что напишу на внутреннем ободке.
—  Как это не скажешь?
—  В этом смысл секрета, Север.
Он щурит взгляд, из-за чего я вспоминаю первые дни нашего знакомства, когда мне чудилось, что в его взгляде играют кубики льда.
—  Хватит прикалываться, Юля, —  от отмахивается и переключается на чай, делая первый глоток.
—  У меня такой серьезный муж, —  я подкалываю его и толкаю плечом. —  Ты замечал, что тебе напрочь отказывает чувство юмора, когда речь заходит о нашем браке? Ты ужасный собственник, Север.
Я могу долго подкалывать его, но останавливаюсь, когда мне неожиданно открывается удивительная правда. Он ревнует меня также, как я его. Что-то иррациональное, но обоюдоострое. Вот как я чувствую себя идиоткой, но ничего не могу поделать с желанием отгородить свою собственность в виде завидного мужа от длинноногих соискательниц. Так и он реагирует на мои глупые шуточки с кольцом.
—  Думаешь, имя любовника напишу на кольце? —  я снова толкаю его. — И его телефон, чтобы не забыть. Хотя, вряд ли, поместится.
—  Ты мне запиши, я его под асфальт закопаю. 
Я меняю тактику и льну к нему. Целую в шею, очерчивая ворот футболки, беззастенчиво мурчу и изображаю ласковую кошечку. 
—   Там будет твое имя, дурачок. То, которое у тебя было, когда мы познакомились. Андрей Викторович Рейтерн.
Мы поменяли фамилию, когда расписывались. Скромная церемония и острое желание начать с чистого листа. Север не стал спорить, а я тогда была одержима идеей отсечь беспокойное прошлое. Тем более Северу больше не нужно было прятаться и подписываться выдуманной фамилией. Он вернул свою родную, которую я тоже взяла. Мы теперь Ларионовы.
—   Мне захотелось, чтобы оно было со мной, —    шепчу примительно. — Хочу полную коллекцию. У меня же есть твой медальон, который ты мне подарил. 
Хотя я вернула его Северу. На его массивной груди солдатский медальон смотрелся слишком круто, чтобы прятать его в ящике. 
Я запрокидываю голову и вижу, как в сгущающихся сумерках разгораются звезды. Легкие искры набирают силу и, если приглядеться или включить фантазию, создают целые созвездия. Я рисую их, как хочу, не думаю о том, как записано в картах. И слышу, как мирно дышит Север. 
Он отставляет стаканчик в сторону и обнимает меня за талию. Молчит, что странно при его уровне красноречия, но кажется я попала ему в самое сердце со своей затеей с кольцом. Он ничего не говорит, но я чувствую по его пальцам, что прилив ревности сменяется приливом нежности. 
— Я тогда татуировку сделаю…
— Даже не думай! — выворачиваюсь из его  объятий и всем видом показываю, что против. — Ты и так слишком привлекателен, если ты еще наделаешь стильных татуировок, я с тобой разведусь! 
— Сделаю на заднице. Только ты будешь ее видеть.
— Хочешь набить мое имя на заднице?
— Черт, — он прикрывает глаза, справляясь с приступом смеха. — Там только “малышка” будет в тему.
— Пуговка, — подсказываю.
Это добивает Севера и он клонится ко мне, все-таки разливая чай к черту. К счастью, он уже остыл и только пачкает край пледа. Но это неважно, потому что Север добирается до моего лица и терпко целует, стирая все мои усмешки. Я подставляюсь под щедрую ласку и обхватываю пальцами край его джинсовой куртки, чтобы быть ближе. Он ласкает меня и улыбается из-за моих шуток, и как-то незаметно притягивает к себе, устраивая на своих коленях.
— Чтобы сразу прояснить, — произносит он, отодвигаясь на пару сантиметров. — Я готов набить ”пуговка” на заднице.
— Какие жертвы для одной женщины.
— Да, в душе я страшный романтик. Ты можешь вить из меня веревки.
— Веревки — это, конечно, классно, но мне нечем дышать…
Я пытаюсь сдвинуть его, но романтики так просто не сдаются. Север лишь пересаживает меня на другую сторону и я оказываюсь с ним лицом к лицу. Обнимаю его бедрами, а ладони кладу на покатые плечи. Север же зажимает мою талию и приподнимает, играясь. Я, как ребенок, взмываю вверх и закрываю наши лица длинными волосами.
— А так? — спрашивает он с серьезным видом. — Так есть, чем дышать?
— Только если тобой.
Я проигрываю ему и больше не ищу свежий воздух. Пусть будут его горячие выдохи и горячие руки, я люблю это больше всего. Я распахиваю рот и позволяю целовать себя глубже, ведь нам повезло сегодня и вокруг никого. 
Нам повезло с первого дня, когда Север попал на меня в кабинете клиентского менеджера. В мой первый рабочий день в новом офисе. Если бы он пришел на день раньше, то застал бы сорокалетнего мужчину с зеленым корпоративным галстуком. Не думаю, что такая встреча стала бы отправной точкой интересной истории, а вот со мной у Севера сложилось.
Так что ему определенно повезло зайти в банк в правильный день. 
Даже удивительно, с каких совпадений и мелочей судьба решает взять разбег. 
— Мне иногда жутко представить, что ты мог заехать в другой банк, — признаюсь ему, делясь пришедшими в голову мыслями. —  Ты же мог зайти в другой, они на каждом шагу натыканы…
— Я кстати заходил в другой, но там оказалась табличка “закрыто” на двери.
— Ох.
—  Я выматерился и поехал в другой.
— В мой?
Север кивает.
— Со второй попытки попал в нужный. Я еще пропустил свою очередь, чтобы попасть к тебе. Я тебя через стеклянную дверь приглядел.
— И только сейчас признаешься?
Север смотрит на меня с хитринкой. В его взгляде я читаю подсказку, что у него еще много разных сюрпризов и откровений, которые он оставил до лучших времен. Будет интриговать и испытывать мое любопытство, чтобы жизнь мне медом не казалась. Мне чертовски хочется встряхнуть его, чтобы он перестал издеваться, а потом думаю - да пусть. Пусть искушает. Мне же это нравится.
— Почему предложил мне придумать тебе имя? В банке, помнишь? 
— Конечно, помню, — он усмехается. — Знаешь, так в казино красивым женщинам дают сделать главную ставку. Или подуть на кубики.
— Был уверен, что моя ставка сыграет?
— Был уверен, что мне станет плевать на куш, если ты согласишься сыграть. 
— Ты мастер метафор.
— Не только метафор, малышка, не только метафор.
Север нажимает корпусом и утягивает меня вниз. Его поцелуи и прикосновения смешиваются в сладковатый коктейль, который действует на меня безотказно. 
— Давай вернемся в машину, — произношу над его ухом. —  Там будет удобнее. И не придется торопиться.
Я не имею ничего против быстрого секса. Север умеет заводить за мгновение, рядом с ним я почти всегда в нужном настроении. Иногда ловлю себя на развратных мыслях, которые идут фоном, и меня только нужно поманить пальцем. И он же манит, гад.