Жена неверного генерала, или Попаданка на отборе (СИ)

Агнесс зарычала, и в ярости опрокинула стол – изящный фарфоровый чайник, чашки и креманки со сладостями со страшным дребезгом оказались на полу, превратившись в месиво осколков.
– Теперь ничего не попишешь… – уныло пробормотал барон. – Я должен официально признать ублюдку своей дочерью и представить Надежду Империи императору Валериану и всему двору.
– С ума сошел? – сестрица вытаращила глаза. – Ты что, действительно хочешь ее признать?
  
– А разве есть другой выход?
– Как много людей уже знает, что в этой ублюдке открылась сила?
– Только ее мамаша и их управляющая, Липа Шиппи. Ей сказала об этом сама мамаша ублюдки. Кстати, эта убогая до сих пор по мне сохнет! Пронесла любовь через года, можно сказать, – похвастался Клифф.
– Та самая скотница, которую ты тогда трахнул? – пошло ухмыльнулась Агнесс. – Она хоть красивая?
Лицо Клиффа сморщилось, как гриб.
– Да не помню я ее лицо! Я был в стельку пьян. Помню, что это была большущая мясистая баба… И имя… Вроде Харита. Или Хельга… Не помню! Темное проклятье, нужно было тогда подкупить ее, дать денег, чтобы избавилась от приплода! Тогда сейчас не было никаких проблем.
– Но ты, как всегда, пустил все на самотек.
– Потом я опомнился, и велел Липе приглядывать за ними – мало ли, вдруг Харита решит явиться со своим приплодом ко мне и опозорить на всю Серинити. Но у этой скотницы и мыслей таких не было. Назвала дочь в честь Фионы Лианорской, гордилась, что родила от «высокого» человека, но особо об этом никому не болтала. Только своей подружке Липе. Я и успокоился…
– Какой же ты жалкий!
– Мы не можем ничего изменить. Прости, моя дочурка, но через неделю нам нужно будет провести Церемонию проявления силы, на которой Фиона покажет дар и станет Избранной…
– Нет, папочка. Это будет моя церемония, на которой я, как Избранная и Надежда Империи проявлю свой великий дар воды, – медленно сказала Агнесс и достала из своей вязаной сумочки с цветочками тетрадку в странном переплете.
Он был какой-то восково-желтый, в мерзких бурых и зеленоватых пятнах…
Я б к такому даже прикасаться не рискнула.
– О, святые духи… Откуда у тебя это, дитя мое?
– Из Башни Хаоса.
– Это же «Скрижали Ночи»! – взвыл Клифф. – Она сделана из человеческой кожи! Это темная, очень темная вещь! Ты что, ходила в Башню Хаоса?
– Кто-то же должен решить эту проблему, раз ты не можешь.
Агнесс раскрыла книгу на заложенной странице, и я увидела там черные символы, пентаграммы, какие-то чертежи на обветшалых истончившихся страницах…
А сверху большими готическими буквами были написаны два жутких слова.
Кровавое Иссушение.
Барон задрожал от страха.
– Ты что… Ты хочешь провести обряд хаоса?
Агнесс кивнула.
– Я иссушу магию этой ублюдки и заберу ее себе. Тогда справедливость восторжествует.
– Но это же один из самых страшных, самых жутких темных ритуалов, который требует…
– Я знаю, чего он требует, папуля, – криво ухмыльнулась Агнесс.
– И ты что, пойдешь на это? На ЭТО? Ты сошла с ума!
  
ГЛАВА 31
 
– Я пойду на все ради достижения своих целей, – прищурилась сестрица.
– Даже на…
– Даже на человеческое жертвоприношение, – спокойно закончила Агнесс.
Возникла долгая пауза, в течение которой Клиф кусал ногти, а невозмутимая Агнесс с презрением за этим наблюдала.
– Не простое жертвоприношение… – робко начал папаша.
– Да-да, кровное. Я в курсе.
– В ходе ритуала должна быть принесена кровная жертва кого-то из его участников. Близкий родственник, связанный с этим участником узами любви… – прошептал Клифф, который уже стал белее простыни и мелко-мелко трясся. – Ты что, хочешь принести в жертву кого-то… из нас? Меня, твою маму, или… Дебору?
– Идиот! Нет. Разумеется, нет. Никого из вас, – по кроткому лицу юной Агнесс блуждала слабая улыбка. – Для Кровавого Иссушения принесем в жертву мамашу этой Фионы. Хариту, или как там ее… Ты же не будешь против, ведь так? Или остались к ней чувства, па?
Клифф выглядел уже не таким растерянным, скорее, задумчивым.
– Ты что, издеваешься, какие чувства? Одной свиноматкой больше – одной меньше, кто их считает? Но как ты вообще… Вообще собираешься все это… Осуществить? Это же убийство, а за убийство следует наказание.
– Не переживай, папочка. Твоя умная дочурка уже все продумала. Нас никто не поймает. После Иссушения мы сотрем ублюдке память, она и не чухнет, что владела силой. К тому же у нее появится безграничное доверие ко мне, как к своей собственной части – жалкая доярка в жизни ничего не заподозрит. Мы будем связаны магией на крови ее мамашки. А убийство ее скроем очень просто – заразим труп мареновой чумой. Она поднимется – селяне же сами ее и прикончат, и не поймут, что уже была мертва до этого.
– Святые духи, Агнесс! – пораженно вымолвил Клифф. – Как все это вообще пришло тебе в голову? Тебе всего шестнадцать!
– А я способная, папочка. И у меня много планов на будущее, – веско проговорила девушка.
– Планов?
– Я планирую стать императрицей и править страной, папуля. Меньшее меня не устроит. Сила Избранной поможет мне сесть на трон.
– Невозможно, дочь моя. Невозможно!
– Почему это?
– Если ты при помощи темного ритуала похитишь силу Избранной светлым духом Сэй Дзеном, то навлечешь его гнев на себя, и на всю нашу семью!
– Не навлеку. Всем известно, что больше всего на свете духи любят подарки. Я принесу Сэй Дзену великие дары, а еще построю храм в его честь. Он увидит, что я гораздо более подхожу на роль Избранной, нежели эта… ублюдка. Ты же поможешь мне, папочка?
И Агнесс так мило захлопала своими пушистыми ресницами, что у Клиффа на глазах выступили слезы умиления.
– Ах, дочурка, моя ненаглядная дочурка… Разве я когда-нибудь отказывал тебе?
Темный дым в кристальоне Агнесс заклубился, и я смутно увидела большую темную залу, нарисованную мелом на полу пентаграмму, красные свечи, растерянную Фиону в центре круга и очень полную женщину без сознания у ее ног – ее мать. Вообще-то Фиона была младше Агнесс, но за счет лишнего веса и рослости выглядела даже старше.
Кажется, Фиона была в трансе и не понимала, что происходит. Полная женщина слабо застонала и открыла глаза.
Вдруг к ней подошла Агнесс и вскинула руки с занесенным кинжалом…
На круглом румяном лице женщины отразился ужас – в этот момент Агнесс опустила кинжал и подставила под хлынувшую из горла Хариты кровь серебряную чашу.
Я смотрела в раскрытый кристальон Агнесс, который поверял мне самую страшную из ее тайн, и меня трясло.
Подняла руки – они не просто дрожали, они ходили ходуном.
Вот почему Агнесс с такой лёгкостью убьет меня в будущем.
Ведь она уже убивала раньше. С абсолютно каменным и хладнокровным лицом она провела темный обряд и перерезала горло матери Фионы.
Агнесс – не мелкая поганка. Она – самое настоящее исчадье ада.
Я была настолько взволнована, что даже не обратила внимания, как кристальон Агнесс начал светиться тревожным красным светом…
  
ГЛАВА 32
 
– Кристаль чувствует, что находится в руках не своей хозяйки. Нужно вернуть его на место. Если сигнализационная магия сработает – то этот вой и мертвецов во всей округе поднимет. Не говоря о живых.
Тонкий писклявый голосок заставил меня вздрогнуть.
Я повернула голову и увидела крысу.
Она выбралась из шкафа, куда я ее посадила, и замерла на полу, глядя на меня блестящими глазками-бусинками.
Вроде бы я уже привыкла, что нахожусь в волшебном мире, где возможно многое, но почему-то факт того, что крыса оказалась разумной и разговаривающей, поверг меня ни в меньший шок, чем увиденное в кристальоне Агнесс.
  
– Кто ты? Как тебя зовут?
– Ну, ты уже назвала меня Черничкой, – фыркнул крыс. – Все это время я наблюдал за тобой, поэтому хм… чутка в курсе твоих дел.