Жена неверного генерала, или Попаданка на отборе (СИ)

Девочка ничего не ответила, но в ее глазах появились слезы. Я осторожно протянула руку и погладила ее по персиковым волосам, точно таким же, как и у Агнесс.
У меня сердце кровью обливалось при виде этого несчастного брошенного ребенка.
– Я приготовила тебе подарок, смотри…
Я протянула Деборе сверток. Она с неохотой развернула его, но когда увидела что там, ее лицо просветлело.
  
– Это же акварель Горбейн! У-у-у какая, настоящая! – в восторге закричала она. – Где ты ее достала? Откуда ты узнала, что я о ней мечтаю?
– Я просто немного ясновидящая. Вот и увидела во сне, что моя младшая сестренка обожает живопись, – обрадовалась я, что мне удалось ее расшевелить.
– О-о-о! – живо отреагировала Деби. – Может, ты тогда подсмотришь в своем сне, что нужно, чтоб меня взяли в Академию Художеств?
– К сожалению, этого я во сне увидеть не могу. Но я обязательно съезжу туда, и узнаю об условиях приема.
Дебора опешила так, что выронила краски.
– Что? Ты правда-правда это сделаешь?
– Конечно. Ты обязательно будешь там учиться – даю слово, Дебора.
Девочка наивно смотрела на меня васильковыми глазами – с одной стороны, ей так хотелось верить в свою мечту, но с другой – она явно боялась.
– Но как это возможно? Папа и мама против… Они хотят отправить меня вовсе не в Академию Художеств, а в какой-то Пансион воспитания послушных будущих жен…
Не выдержав, Деби зарыдала в голос.
А я не выдержала и крепко обняла ее.
– Послушай меня! Я – твоя сестра и ни за что этого не допущу. Ты будешь учиться в Академии Художеств, а Пансион воспитания будущих послушных жен пойдет лесом!
– Обещаешь?
– Клянусь на мизинчиках!
Внезапно Дебора отстранилась, глядя мне в лицо.
– Знаешь, ты правда похожа на Фиону. Ты очень красивая.
– Благодарю за комплимент, – поклонилась я.
– Будешь позировать мне?
– Что?
– Я хотела нарисовать Фиону, но не успела. А по памяти не могу – черты ускользают. Я хочу написать твой портрет. Пожалуйста, Ева! Станешь позировать мне хоть по полчасика в день?
И Дебора умоляюще сложила ладошки.
Я даже смутилась от ее порыва.
– Идет – я буду тебе позировать по часу в день. Но с одним условием.
– С каким?
– Ты кое-что для меня нарисуешь. Но никому про это не скажешь. А я прикрою тебя перед родителями.
Девочка пришла в неописуемый восторг.
– Рисовать! Твой портрет и еще кое-что! Ты ангел, Ева! Неужели, неужели это правда? Мне кажется, я сплю!
Дебора никак не хотела отпускать меня, мы проболтали с ней почти до вечера, а на следующий день она с огромным энтузиазмом принялась за мой портрет.
– Ты – идеальная натурщица, – с серьезным видом заявляла мне девочка. – Обычно все крутятся, вертятся, а ты восседаешь с истинно королевским спокойствием.
Я и сама тянулась к ней, не меньше, чем она ко мне.
Общение с этим доверчивым, чистым, искренним ребенком было для меня, как глоток чистой воды в этом доме.
Я твердо была намерена защитить ее от ее ужасных родителей и горестного будущего, и знала, что для этого нужно делать!
  
ГЛАВА 70
 
– Посылка для леди Адлер.
Курьер протянул мне грубо сколоченный деревянный ящик, весивший весьма и весьма прилично.
И нагло раскорячился прямо в проеме, явно ожидая больших чаевых и при этом пялясь в вырез моего халата.
– Благодарствую, – ласково улыбнулась я и захлопнула дверь перед самым его носом, едва он успел отскочить.
Поставив ящик на ковер, я уселась перед ним, с сомнением его разглядывая.
– Может, выкинуть его подобру-поздорову? Вдруг там что-то опасное? Бомба от Агнесс?
– Или подарок от Эдриана, – заметил крыс.
– Рановато пока еще для подарков – я показалась ему всего лишь раз.
– Зато он успел на тебе полежать.
Я скривилась, а Фобос черной верткой тенью подскочил к ящику и обнюхал его со всех сторон.
– Открывай, – коротко сказал он.
Кое-как отогнув доски ящика, в ворохе бумаги я обнаружила картонную коробку, а в ней – сундучок с пристегнутым к нему ключом.
В сундучке на зеленом атласе обнаружилась какая-то непонятная штуковина сложной геометрической формы. Ее грани состояли из материала, напоминающего разноцветные куски стекла, на которых были выбиты золотом непонятные руны и символы.
– Если это подарок от Эдриана, то он меня не впечатлил, – я покрутила в руках штуковину, которая была прохладной на ощупь. – Лучше б цветы прислал.
– То не подарок, а головоломка, темная хозяйка, – сообщил Фобос, блестящими глазами рассматривая штуку. – Надо перекрутить ее таким образом, чтобы одинаковые цвета и символы сошлись.
– Кубик-рубика на максималках. И ты знаешь, что нам обязательно нужно его собрать.
Крыс кивнул, и тут в дверь снова постучали. На пороге возникла Мод. Она все еще страшно смущалась передо мной, но старалась так, что из кожи вон лезла.
– Госпожа, все готово для вашей поездки.
– Лучше пройдемся пешком.
В теле Фионы я настолько привыкла к пешим прогулкам, что очень по ним скучала, когда их пришлось прекратить из соображений безопасности после фальсификации моей смерти.
Сегодня в Серенну пришла зима – выпал первый снег, покрыв тонким слоем крыши домов и мостовые, а листья деревьев в городском парке окрасились в красный цвет.
Мелкие снежинки кружились в воздухе, напоминая мне о моем мире, и о Новом Годе. На мгновение даже показалось, что ничего не произошло, и я – все та же самая Фаля с фисташковыми глазами, и ни в какую Серинити я не попадала.
Я с трудом стряхнула с себя это чувство ностальгии по былому.
Никакого проку от него точно не было.
По дороге мы заглянули на улицу Лалавалан – я прошлась по парочке магазинов, где продавались мои крема, и осталась довольна. В одной из лавочек «Крем Азазеллы» даже выставили на отдельный стенд, около которого как раз собрались покупательницы.
Я удовлетворенно кивнула – значит, выручки будет еще больше. Надо сделать новую партию кремов. Пора выходить на новый уровень!
После мы зашли в небольшой магазинчик женской одежды и я купила Мод несколько симпатичных платьев взамен ее старых, штопанных-перештопанных. И еще шляпку с бантом.
Приодевшись, девушка стала очень хорошенькой. Впервые увидев себя в зеркале в новом наряде, Мод аж дар речи потеряла. Хоть платье было простое, без изысков, но оно очень ей шло. И она явно такого никогда не то, чтобы не носила, даже не примеряла.
– Теперь по мне и не скажешь, что прачка… – прошептала Мод.
– Бывшая прачка!
– Те служанки в доме ваших родственников стали надо мной потешаться…
– Никому не позволяй издеваться над тобой. Ты слышишь меня, Мод?
– Раз у меня теперь такая красивая, добрая и смелая госпожа, то я буду ей соответствовать! – решительно вымолвила девушка. – Этим злобным воронам не поздоровится!
– Вот и правильно.
– О, госпожа Адлер, вы – настоящая волшебница!
– Ну, если только самую малость… – хитро улыбнулась я.
Но на самом деле мне было приятно видеть горящие глаза девушки и ее искреннюю радость от покупок.
Когда мы вышли с модной улицы на проспект, я обратила внимание на всеобщее оживление, царящее среди горожан. Люди шли колонной и о чем-то громко переговаривались.
– Сегодня разве какой-то праздник?
– Госпожа Адлер, а вы разве не читали утренние новости в кристальоне? – округлила глаза Мод.
– Не успела.
– Его Высокопревосходительство темный генерал Данте Сальваторе разбил огромное стадо чумных на границе с Лиманским королевством! – с воодушевлением сообщила девушка. – Угроза ликвидирована, и генерал со своей Дикой Охотой возвращается в Серенну! Все сейчас только об этом и говорят!
  
– Вот как?
Я посмотрела на огромный кристальон, установленный в центре площади и увидела там черных всадников на улицах города.
Прохожие бросали им цветы и конфетти.