После предательства

Я крепче сжимаю руль и откидываюсь на спинку сиденья. Прикрываю глаза и даю себе несколько долгих секунд, чтобы унять жар, охвативший все тело.
Не свидание.
Ну конечно, черт возьми.
Я должен был догадаться, что этот вечер будет пыткой для меня.
Дверца с пассажирской стороны распахивается, и в следующее мгновение ее сладкий запах мягко обволакивает мои нос и горло, напоминая прикосновения ее тонких пальцев.
  
– Мы ждем кого-то еще? – раздается справа от меня равнодушный голосок, я поворачиваю к ней голову и прищуриваюсь.
Да. Огонь. Который ты усердно прячешь под маской холодного безразличия.
Но ничего не ответив, я завожу машину и трогаюсь с места, сильнее стискивая руль. Особенно когда ее аромат становится таким ярким, что проникает под кожу и касается моих наэлектризованных нервов.
 
Глава 6
 
Тишина между нами искрит недосказанностью, и даже играющая фоном попса не сбавляет напряжения.
Я заставляю себя сосредоточиться на дороге, светофорах, спидометре и приборной панели. Где угодно, лишь бы только, черт возьми, не смотреть на нее, иначе мое тело начнет выходить из строя.
– Вообще-то девушкам принято делать комплименты, – разрезает тишину брошенная Ясей шпилька.
Я медленно поворачиваю к ней голову, она же смотрит исключительно вперед.
То есть, блядь? Комплименты? Мы вроде договорились без сложностей? А теперь она обижается на мое хреновое напускное безразличие?
Покачав головой, я снова сосредотачиваюсь на дороге.
– Ты подаешь двусмысленные сигналы. Я всего лишь играю по твоим правилам и ничего не усложняю.
– Комплименты – это не усложнение, а элементарное приличие.
– Ты права. А вот твой наряд противоречит твоим же словам. Или думаешь, что можешь надеть головокружительные каблуки, юбку с чертовым разрезом и этот проклятый топ, который даже не в силах скрыть твои соски, и этим ничего не усложнишь?
Воздух начинает гудеть от ее молчания.
– Почему нет? – отвечает она после затянувшейся паузы. – Я планировала, что ты отвезешь меня в ресторан и мы мило поужинаем.
– Странно. Твой наряд вызывает у меня другие желания.
Я практически сразу жалею о своих словах, почувствовав тяжелый жар, приливающий в пах.
Твою мать.
Ее дыхание сбивается, я слышу это и ничего не могу поделать с собой.
Бросаю взгляд на ее приоткрытые губы, затем спускаюсь на вздымающуюся грудь и соски, которые с вызовом натягивают ткань топа.
Ярослава замечает это, резким движением запахивает пиджак и отворачивается к окну.
Ну а я, чтоб меня, поправляю стальной стояк, который начинает доставлять мне дискомфорт. Охренеть можно. Никаких сложностей.
Но к тому моменту, как я паркую машину напротив ресторана, мое напряжение смягчается. Ненадолго. Потому что, когда я переключаю внимание на притихшую Ясю, взгляд тут же падает на ее рот и жар снова пробирается мне под кожу.
Прикусив нижнюю губу, выдергиваю ключи из замка зажигания и выхожу первым, чтобы открыть Ярославе дверь.
Но эта гребаная неловкость между нами сопровождает нас до самых дверей ресторана.
Мы входим внутрь, как чужие, боясь не то что коснуться друг друга, а просто пройтись рядом. С каждым шагом сложности еще плотнее обступают нас.
Администратор выходит из-за стойки ресепшн и приветствует вежливой улыбкой. Мы следуем за девушкой, виляющей бедрами перед нами.
Она оставляет нас у нашего столика, положив меню и винные карты.
Ресторан небольшой, создает уютную атмосферу мягким светом, мраморными колоннами и хаотично разбросанными скульптурами по всему залу с множеством зеленых зон.
Обстановка располагает к интиму. И по идее должна расслаблять, но не в нашем случае, потому что первым же делом Яся сбегает в туалет, а я сажусь за стол в компании круговорота тяжелых мыслей.
Спустя пятнадцать минут я принимаю решение, что ждал достаточно.
Поднявшись из-за стола резче, чем следовало бы, собираюсь отправиться на поиски своей спутницы, но практически сразу застываю на месте, стискивая спинку стула так крепко, что она грозит превратиться в щепки под мягкой обивкой.
Ярослава общается с парнем, он высокий и сухощавый, по возрасту – ее ровесник, и, не стесняясь, пускает по ней слюни. То, как близко они стоят и как она расплывается в жемчужной улыбке, также говорит о давнем знакомстве.
Он притягивает ее к себе, чтобы обнять, и Яся, разумеется, с радостью позволяет ему это сделать и сама обнимает в ответ.
В этом вроде бы нет ничего криминального, но я все равно не могу с собой справиться: жар подступает к горлу, потребность придушить придурка, который сейчас поглаживает ее по спине, зашкаливает.
Иррациональная потребность. Но от понимания не становится легче.
Твою мать, мне действительно хочется ударить совершенно незнакомого человека, который не сделал мне ничего плохого, просто имел неосторожность заговорить и обняться с девушкой, которая со мной держится как чертова Снежная королева. Ну или пытается таковой казаться. В любом случае, встретив меня впервые после долгой разлуки, она не то что не улыбнулась, даже не поздоровалась, пройдя мимо, будто я пустое место.
Медленно втягиваю в себя воздух и задерживаю его в легких, затем выдыхаю, в попытке остудить свою неустойчивую нервную систему. Получается не особо, но это хотя бы помогает мне скрыть эмоции, чтобы они не отразились на лице, когда Ярослава все же возвращается за наш стол.
Я пристально наблюдаю, как она приближается, не переставая улыбаться и поправляя свои охренительные волосы, но, когда ее взгляд встречается с моим, разгоряченные от улыбки щеки мгновенно покрываются инеем, замораживая ее губы в строгой прямой линии.
Когда она все-таки старается мне сдержанно улыбнуться, будто чувствуя неловкость, оттого что я стал свидетелем их встречи, выходит скованно. Прочистив горло, Яся пододвигает стул и, вздохнув, распрямляет плечи.
– Старый знакомый, – поясняет она, подцепляя салфетку и избегая смотреть на меня. – Извини, что задержалась. – Взмах ресниц – и она все же поднимает свои графитовые глаза, которые сейчас выглядят темнее от эмоций. – Не думала, что спустя десять лет встречу парня, которого отчислили с третьего курса. Теперь он весьма успешный айтишник, недавно прилетел из Америки.
Ярослава замолкает и мотает головой.
– Прости. Не думаю, что тебе это интересно. – Вскидывает ладони и выдыхает ободряюще: – Так, ты уже сделал заказ?
Она открывает свое меню.
– Я не голоден, буду только кофе. Твоих предпочтений, увы, не знаю. Разве что мог бы заказать лапшу удон. Насколько я помню, тебе понравилось.
Ярослава замирает с не до конца перевернутой страницей в подрагивающих пальцах, а потом, тяжело дыша, поднимает на меня взгляд.
Мой следующий вопрос застревает в горле, потому что возле нашего столика появляется официант. Смотрю на бейджик: «Олег».
– Добрый вечер. Рады видеть вас в нашем ресторане. Выбрали что-нибудь?
Не отрывая от меня глаз, Ярослава отвечает:
– Цезарь с креветками, пожалуйста.
Официант быстро записывает.
– Могу я предложить вам вина?
– Я буду просекко.
– Кофе. Американо, – выдаю резко, не дожидаясь, когда официант повернется ко мне. – На этом пока все, Олег, напитки подать вперед.
Немного растерявшись, он с запозданием кивает, делает быструю пометку в блокноте и уходит.
– Необязательно срываться на официанте из-за…
– Из-за чего? – требовательно смотрю на нее, а мускул, дергающийся на челюсти, сигнализирует о пределе терпения. Притворство. Вот чем мы занимаемся сегодня весь день. И меня оно конкретно заебало.
  
Я вижу, как она нервно сглатывает и опускает взгляд, признавая свое поражение. Так и ничего мне не ответив, принимается водить пальцем по салфетке.
Облокачиваюсь на стол, накрывая костяшки своих пальцев ладонью, сжимаю ощутимо, чтобы побороть потребность коснуться ее.