Семьянин (СИ)
— Трудно сказать. С одной стороны, Эдмунд взял деньги не на гулянки и кутёжи, а на неотложные нужды герцогства. С другой… Не скажу — не знаю, какие отношения и договорённости у него были с женой. Постороннему человеку трудно понять отношения между супругами.
— Соглашусь. Положение в Айзенерде было аховое, приданое Лауры сильно помогло. Это показало её в наилучшем свете, тем более, что распускались самые лестные слухи про «государыню». Наши тоже не оставались в стороне, но герцогинюшка не соблаговолила ударить палец о палец, чтобы даже не развить, хотя бы закрепить результат. Сейчас мужа нет, сложилась репутация… скажем мягко… не политика, а потому кроме положенной вдовьей доли и титула великой герцогини-матери ей ничего не досталось. Это бы ничего, ведь доход от Зеленоземья во много раз превосходит содержание от великого герцогства. Содержанием стоило бы пренебречь и разменять золото на репутацию в Айзенерде, но… это не Лаурино. Не надо думать, что моя племянница жадная! Недавно полученная выплата от Зеленоземья уже хорошо так потрачена. Почитай!
— Кружева, бриллианты, аметисты, атлас, снова кружева… Что это?
— Суммарные траты с начала года, после того, как Зеленоземье выплатило своей герцогине положенную сумму. Посмотри число вверху страницы под заголовком «Приход». Как тебе? Солидно, да? В расходах не отражены траты на придворных, помощь Айзенерду или что-то подобное — на такое золота не нашлось. Зато остальные строки точно доказывают, что Лаура не жадина, а мотовка. На себя, любимую, она денег не жалеет.
— Соглашусь… тётя. Но зачем?.. Она даже балов не устраивает!
— Не устраивает, но и не носит подряд одинаковые наряды и украшения. Как думаешь, хорошо ли принимают подданные нищей страны такие расходы своей государыни? Пусть даже деньги её личные.
— Понимаю.
— Ещё не всё. Щедрому господину его люди прощают любые мелкие грешки. Средние не замечают, а следы крупных помогают скрывать. Но оно верно для сюзеренов, милостивых к вассалам.
— То есть, не к предмету нашего разговора.
— Именно!
— Значит, ей есть, что скрывать?
— У всех нас свои секреты. Ты не ревнуешь свою прошлую любовницу, потому скажу — Лаура беременна и собирается рожать.
— Свалить на покойного Эдмунда можно?
— Легко! Если бы было достойное пожертвование в казну герцогства. Но государыня упёрлась, а потому вклада не предвидится.
— Если проблему можно решить деньгами, это не проблема, а расходы.
— Именно так! Но Мариана за Лауру платить не хочет, у меня тоже есть куда потратить дукаты, а среди верхушки Айзенерда кое-кто знает о неспособности покойного герцога. Наследника признал лично муж и отец. Но он умер, сейчас козыри в других руках — можно подождать приноса новорождённого в Храм, а там потребовать проведения ритуала Испытания Крови. Супружеская измена великой герцогини станет известна всем подданным. Скандал!
— Скандал никому не нужен. Можно же как-то решить вопрос. Проще деньгами, но есть и другие подходы.
— Есть. Карл уже нашёл решение — герцогиня год не появляется в Айзенерде и не вмешивается в государственные дела. Тогда о её ребёнке официально никто не будет знать. После рождения найдётся достойная дворянская семья, признающая его своим. Не так дорого это будет стоить — приличное поместье родителям и небольшая рента младенцу. Если случится девочка, герцогиня случайно увидит малышку на прогулке, умилится и возьмёт в свой дом на воспитание. С мальчиком чуть сложнее, но Лаура не первая и не последняя — все варианты давно отработаны и известны. Однако для соблюдения приличий женщине требуется уехать из Айзенерда.
— Это её выбор.
— Хуже будет, если она завтра, через месяц или через полгода передумает, ведь поменять ничего нельзя.
— Да уж… Слишком многие в курсе уже сейчас.
— Есть и ещё одно слабое звено — Лаура легко поддаётся влиянию и весьма порывиста в решениях. Кое-кто решил этим воспользоваться. Охранителям стало известно, что у наших заклятых друзей появились планы на отделение Зеленоземского герцогства от королевства. Кстати сказать, остроумные и имеющие шансы на успех. Отделить не получится, однако нервы нам попортить могут. Но Зеленоземье слишком важно для Хаора, чтобы полагаться на благоразумие герцогини! Проще предотвратить бунт, чем позже тратить силы на его подавление. Кое-кто придумал выход, который устроит всех. Лаура получит стабильную ренту, королевство — спокойствие и продолжение поступлений налоговых платежей с богатых земель, Тихий — титул и существенный дополнительный доход.
— Я сразу понял, что с передачей герцогства не всё так просто. Чем буду обязан за него?
— Службой. Верной службой.
Мариана
На доклад к её величеству меня позвали в пробковую комнату. Быстро проговорив неизбежные вводные слова и выслушав приветствие, королева начала разговор:
— Стах, хочу кое-что объяснить про твоего бывшего сюзерена. Я, ты и Шарлотта пришлые для королевской семьи. Но Силестрия, глава семьи, не поддержала Лауру, хотя та, как и она, потомственная. Знаешь почему? Силестрия — государственница. У неё на первом месте интересы Хаора и Синедолья. Не будем проверять, какое государство ей ближе, но ГОСУДАРСТВО! А даже не семья. Я тоже государственница. Ты с супругой пока нет, но это только пока. Оботрётесь, наберётесь опыта, заматереете и тоже станете мыслить в масштабах страны. А вот Лаура не смогла подняться до такого уровня и потому стала опасной для королевства. Увы и ах! Но личные интересы не должны мешать государственной необходимости.
— Понимаю, ваше величество.
— Может быть умом, но пока не сердцем. Однако инстинкты у тебя правильные, вы с женой немного поплаваете в политических реалиях и лет через пять сможете войти в круг кормчих Хаора. Но до того придётся сбросить с себя сковывающие цепи признательности. Это я про Лауру, твоего бывшего сюзерена. Она сама сняла с тебя все клятвы и обеты. Частью из-за того у неё нет ближников или хотя бы доверенных придворных. Потому её удел — сытая жизнь без особых тревог и волнений. Пусть так оно и остаётся.
— Ваше величество…
— Ты должен запомнить мои слова, а если Лаура захочет вернуться к кормилу власти, не делать глупостей, не помогать ей в этом. Поверь, результат ей точно не понравится, ведь из круга правителей редко удаётся выйти без существенных потерь.
— Ваше величество…
— Не отвечай. Подумай, упомяни о нашем разговоре Шарлотте. Позже вернёмся к обсуждению. Теперь расскажи, зачем просился на приём?
Сейчас я испытывал двойное недовольство своих самых близких существ — жаба с хомяком хором и наперебой уговаривали бросить глупую затею. Зачем нужно показывать тайник, если там и так всё уже наше? Но мне показалось важным ещё более укрепить фундамент доверия королевы. А потому задаю вопрос:
— Ваше величество, возможно вы удивились, когда я попросил официальное разрешение заниматься кладами?
— Пожалуй, да. Это несколько необычная просьба.
— Тогда хочу сказать, ваше величество, что реально большие ценности в кладах редко встречаются. А в гробницах такое вообще редкость. Почему? Живым деньги нужнее. Даже если что-то дорогое и было положено вместе с прахом покойного, то оно слишком долго в склепе точно не задержится.
— Понимаю. Было бы просто глупо, оставлять что-то ценное умершему.
— Согласен, ваше величество. Я знаю о трёх старых тайниках. В одном хранился трёхлетний запас зерна. Сейчас там здание Гильдии. Второй — мой Чёртов Камень, в котором сохранено изрядное количество бронзового оружия. Реально никому не нужно, и даже будучи переплавленным, едва ли может принести сколько-нибудь ощутимый доход. Есть и третий тайник. Я его нашёл, когда по приказу его величества Лагоза проверял катакомбы и подземелья. Жалко, что уже после его смерти. В тайнике нет материальных ценностей, зато имеются интересные магические вещи. Одна позиция может заинтересовать лично вас.
— И что ты предлагаешь?