На грани (СИ)

Не получив никакой поддержки от крючковатого носа, Алексей повернулся к нам и уже с гораздо меньшим апломбом спросил:
- А что вам это не известно?
- Мне интересно, откуда вам это известно? – спросил Шереметев, делая ударение на обращении «вам».
- А что это не так? – совсем сбился с толку Алексей.
- Мне об этом ничего не известно. Но если вы так считаете, то боюсь, мы вам в любом случае ничем не сможем помочь. Тогда вам с вашей просьбой, надо искать того, кого вы будете считать настоящим государем. Мы же продолжим заниматься своим делом, - произнес Шереметев, и в его глазах промелькнула искра сожаления.
  
Мне даже показалась, что сожаление было настоящим.
- Каким? – выдавил из себя Алексей.
- Подавлением мятежа! – жестко ответил Шереметев, развернулся, сделал приглашающий жест нам, и мы пошли назад.
Мы уже отошли на несколько шагов, когда нас окликнул голос, уверенного в себе человека:
- Граф Шереметев, и вы, милостивые государи. Не могли бы вы еще не намного задержаться.
Борис Петрович, обернулся и, опершись на трость, замер в ожидании. Повернувшись, я увидел того самого роскошно одетого мужика с крючковатым носом. Он стоял рядом с Алексеем, внимательно смотрел на нас. Глаза смотрели умно и слегка отвлеченно. Лицо выражало понимание и сожаление:
- Милостивые государи, царевич Алексей не до конца выразил свою мысль. Видите ли…
Шереметев, выпрямился, поднял трость, как бы останавливая говорившего, и спросил:
- Не соизволите, для начала представиться, милостивый государь.
- Ах да, конечно, извольте. Авраам Павлович Веселовский – мужик приподнял шляпу и поклонился.
- Слушаем вас, Авраам Павлович.
- Видите ли, граф, Алексей Петрович, в силу нервного напряжения не смог до конца сформулировать свою мысль. Он хотел сказать, что он слышал о неких событиях, которые ему внушили сомнения в том, что здесь присутствует подлинный государь всея Руси и его дядя Иван Пятый. Но если, вы граф, подтверждаете, что позади вас царь Иван Алексеевич Пятый, тогда, безусловно, Алексей Петрович будет исходить из этого, - с этими словами крючковатый нос покосился на Алексея.
- Безусловно, милостивые государи – пробормотал Алексей с кислой миной.
- Хорошо, господа, я однозначно утверждаю, что сюда подавлять ваш мятеж пришел сам царь-император Иван Пятый. Вы удовлетворены? И если да, то будьте любезны изложить вашу просьбу к государю, а то мы уже и так потратили слишком много времени – Шереметев замолчал.
Веселовский строго взглянул на Алексея. Взгляд этот, был похож на взгляд строгого отца на нашкодившего сына, чья выходка сорвала затеянное родителем важное дело.
- Граф, судари, я как царевич Алексей, требую от царя Ивана Пятого, справедливости.
- Какой? – нетерпеливо спросил граф, так как я в это время показывал ему на сопровождение Алексея.
Там началась какая-то суета. Сначала один из офицеров долго и внимательно разглядывал через подзорную трубу наше расположение. Потом жестами стал отдавать команды, кому-то, кого я не видел за высокими стрижеными кустами.
Одновременно на другом фланге противника накапливалась пехота с ружьями с примкнутыми штыками. Что это была за мятежная часть, я разглядеть не мог, да и не знал, честно говоря. Не разбирался еще до конца в цветах местных полков.
Главное, что их было не мало, не менее двух сотен. Я обернулся к нашему расположению, чтобы понять, что могло заставить противника предпринять такие активные маневры.
Обернувшись, я, мягко говоря, был обескуражен. Оказывается, царь и человек десять дворян удалилась от нашего основного расположения метров на двести и сейчас находилась ближе к дворцу, чем к нашим позициям.
Теперь мне был понятен маневр противника. Ударив большими силами на одном фланге, они должны были связать наши основные силы боем. В это время на другом фланге, ближнем к царю, небольшая группа диверсантов могла легко захватить Ивана Пятого.
Во всем этом бардаке в меня успокаивало только несколько вещей.
Во-первых, это то, что среди тех, кто был рядом с царем, мелькала огромная фигура орка Олега.
Во-вторых, ни наступающие, ни царевич Алексей с Веселовским не видели, что мне, Шереметеву и Сергею было видны их маневры. Всему этому мешали кусты регулярного парка, в котором мы вели переговоры.
- Я требую, чтобы царь Иван Пятый признал меня наследником престола! – тем временем произнес Алексей.
- Чего? - хором произнесли мы втроем.
- Именно, то, что вы услышали, господа – вклинился в разговор Веселовский. - У Ивана Алексеевича ведь только дочери, а они наследовать не могут.
Дальше я дослушивать не стал. Сделав очень озабоченное лицо и едва заметно пританцовывая, откланялся и стал быстро уходить, вызвав сочувствующие и надменные улыбки у Алексея и Веселовского. В общем, выглядел убедительно и подозрений не вызвал.
Быстро петляя между кустами, я как раз успел к моменту, когда враг напал на царя и его сопровождающих.
Вылетев из-за очередного куста, я увидел, как Олег, выхватив меч, встал во главе клина дворян, внутри которого стоял царь и его четыре боевых мага.
Навстречу им вылетело около полусотни молодых людей с пистолетами и обнаженными шпагами. В большинстве своем – офицеры.
На то, чтобы сообразить, что делать, было буквально мгновение. Шум подымать было нельзя. Это могло привлечь еще больше врагов или дать им повод подумать, что их дело провалилось, и спровоцировать делать глупости.
Я метнул зеленую энергию в ближайшие к врагу растения и представил, как из них поползли лианы и опутывают ноги и руки наступающих. Получилось.
Пока противник выпутывался и рубил лианы, Олег со товарищи рубил противника. Ну и я присоединился. Через несколько минут дело было сделано.
Частью разгромив, частью разогнав мятежников, мы без потерь отступили в расположение.
Все прошло достаточно тихо. Когда мы пришли в расположение, нас там уже ждали Шереметев и Сергей.
Государь внимательно выслушал графа и задумался. Он расхаживал туда и обратно между кустов, и беззвучно о чем-то беседовал сам с собой.
Потом вернулся и отдал приказ штурмовать Монплизир. 
- Но сделать надо так, чтобы ни один волос не упал с головы этого так называемого царевича и этого кривого носа. Живьем брать демонов.
Оглядев всех вокруг, Иван под номером пять остановил взгляд на мне и произнес:
- Андрей Борисович, штурм вражеских позиций, я прошу возглавить вас. 
Как по мне, так весьма странное предложение, с учетом того, что в окружении царя сейчас было немало офицеров и даже несколько генералов, пускай и специфических.
Короче, это командование, неслабый шанс завести себе на ровном месте впечатляющее количество могущественных врагов.
Увидев, как я сквозь зубы произнес: «Слушаюсь, Ваше Величество!», царь подозвал меня поближе и едва слышно произнес:
- Ермолич, я вас прекрасно понимаю, в данной ситуации для меня важны преданность, а не регалии. Идите, выполняйте и обсуждайте.
Сейчас спорить с царем, я был не готов, поэтому возглавил штурм. Как и указывал наше ясно солнышко царь-государь, штурм провели со всей возможной деликатностью. Все-таки кругом наши люди, хоть и заблудшие, так что особо не лютовали.
Положили только половину супостатов. А если бы царь не просил сделать штурм нежно, могли и меньше. Однако того, кто считал себя царевичем Алексеем и Веселовского мы сберегли.
Нашли в дальнем углу, прятались среди какого-то хлама. Под белые руки доставили перед светлейшие очи Ивана Пятого.
Император долго прохаживался мимо стоявших с поникшими головами царевича Алексея и Веселовского, по бокам от которых стояло двое солдат конвоя.
  
Иван Пятый остановился перед командиром караула и рявкнул:
- Кто распорядился взять под караул царевича Алексея?
Услышав это, царевич Алексей и Веселовский приободрились, а, услышав следующую фразу царя, воспрянули духом.
Подозвав кого-то из вельмож, Иван Пятый распорядился: