На грани (СИ)
- Разумно, - заметил Ариэль.
- Вы как-то будете участвовать? Думаю, ваша помощь в этих местах была бы не лишней, - спросил я.
- А чем эти места отличаются от всех прочих? – спросил Ариэль.
- Ну насколько я понимаю, мы с каждой верстой все ближе к архангельской вотчине ваших соплеменников. В условиях нынешней смуты они наверняка активизируются.
- Активизируются? – не понял Ариэль мое очередное слово из будущего.
- Будут стараться действовать быстрее, играть на опережение, - пояснил я.
- Понял вас, Андрей Борисович. Но хотел бы еще раз напомнить. Да, мы принадлежим со светлыми авалонцами к одному племени, но я принадлежу к другому роду – роду темных эльфов. Поэтому я не могу знать в точности, что светлые авалонцы затевают. Но я вас услышал, Андрей Борисович, и подумаю, как я могу поучаствовать во всем этом, - холодно заметил Ариэль.
- Да уж потрудитесь, милостивый государь, раз решили присоединиться к нам, - не менее холодно процедил я. Чопорно раскланявшись, мы отправились каждый по своим делам.
Комнаты по размеру были чем-то средним между камерами для одиночного заключения и пеналами капсульного отеля. Из обстановки – узкий топчан или скамья для сна, табурет с лоханью и кувшином воды.
Пахло в комнатах соответственно. Затхлостью и пылью. Впрочем, чтобы бросить вещи и отдохнуть пару часов вполне достаточно. Заняв несколько комнат, мы так и сделали.
Проснулся я спустя два часа. Было около девяти. Я спустился в трактир на первом этаже и сел за до блеска выскобленный стол. Заказал себе на завтрак перловку с мясом и кувшин клюквенного кваса и с удовольствием поел.
Мои друзья, а также Ариэль и Макар тоже подтянулись вскоре после меня и теперь я, попивая квас в ожидании пока, они закончат завтракать, разглядывал зал.
Трактир постепенно заполнялся. Сверху спускались какие-то коробейники, крестьяне, приехавшие на рынок. С улицы зашли несколько дьячков. Быстро перекусили какими-то немудрёными закусками и поспешили по своим делам. Судя по всему, присутственные места скоро откроются. Значит, и мне пора.
Мы все поднялись и вышли во двор. Сверившись с картой, я убедился, что до нужного места вполне можно дойти пешком.
Только мы вышли на центральную площадь городка, как с противоположного конца на площадь строевым шагом зашел отряд стрельцов. Вид их мне не понравился. Если одеты они в традиционные для стрельцов кафтаны и шапки, то вот вооружены они были странно.
Слишком много у них было оружия. Помимо традиционных пищали, бердыша и сабли, у каждого за поясом торчала еще пара пистолетов и какой-то странный стек. И этих солдат было много – минимум сотня. Возглавлял их сидевший верхом на коне грузный мужчина в кирасе и при шпаге. Ехал он медленно и скучающим взглядом обводил площадь.
Между тем те горожане, что оказались на площади, почему-то старались как можно скорее с нее убраться. Лучше всего заскочить в ближайшие дома или на крайний случай скрыться в ближайшем проулке.
Мимо меня, семеня быстрым шагом, почти пробежали две бабы. И это не смотря, на то, что у каждой была здоровая корзина, нагруженная свежевыстиранным бельем:
- Быстрее, Татьяна, а то черные стрельцы схватят! – шепотом прокричала одна своей замешкавшейся подруге, кидая испуганные взгляды то на нас, то на стрельцов. Через мгновение они уже скрылись за поворотом.
Такое отношение аборигенов заставило меня внимательнее взглянуть на отряд. Мои друзья тоже напряглись. До этого идущие позади меня и о чем-то беседовавшие Олег Сельвестрыч и Сергей, услышав слова прачек, прервали разговор и подтянулись ко мне.
Олег встал слева, Сергей справа от меня. Позади меня выстроились Янис, Федор Иванович и Макар. Ариэля я не увидел. Куда-то скрылся, гад.
Всадник в кирасе, наконец, задержал на нас взгляд своих равнодушных, почти пустых глаз и медленно направил лошадь в нашу сторону.
Мы стояли и просто ждали развития событий. Это внешне. На самом деле каждый из нас готовился. Пока никто не понимал к чему, но судя по напряжению, все понимали, что ничего хорошего нас не ждет.
Я был занят двумя вещами. Разглядывал стрельцов и старался аккуратно разжечь в себе магию. Так чтобы со стороны было не очень заметно колебания магического эфира. Я прям чувствовал, что без магии не обойтись. Потому как над отрядом стрельцов колебания магического эфира были уж очень заметны.
Пожалуй, я впервые за время, проведенное в этом мире, так отчетливо почувствовал волнение магического эфира. Что это? Обострившееся в результате использования Дара чувство магии? Или просто волнения магии были настолько сильны, что даже я почувствовал? Не знаю. Да и неважно сейчас.
И еще мне очень не понравились выражения лиц стрельцов. Такие я уже видел: одинаковые оловянные глаза, смотрящие в никуда, плотно сжатые губы, неподвижные черты.
- Столько лицедеев сразу, я еще не видел, - услышал я голос Олега Сильвестрыча.
- Да, тяжеловато придется, - согласился я.
- Они еще мастерами заклятий вооружены, - добавил орк.
- Это те палки, что у них за поясом? – спросил я. Олег молча кивнул.
- И что они могут? – снова спросил я.
- Не знаю. Никогда не сталкивался. Слышал только, что могут не менее чем в течение получаса создавать три разных заклятия. Например, магический щит, огненный шар или там магическая молния.
Пока мы так переговаривались, мужик в кирасе подъехал к нам и остановился в шагах пяти от нас:
- Кто такие! – одновременно повелительно и будто нехотя, с ленцой спросил он, даже не глядя на нас.
Не люблю таких типов, осознающих и навязчиво демонстрирующих свое превосходство. Поэтому слова для ответа особо не выбирал, тем более что драки точно не избежать:
- Прохожие. Идем по делам своим, а сам то, кто будешь?
По-видимому, не ожидавший такого ответа, всадник на автомате ответил:
- Я ландрат Важской доли! – было видно, как, отвечая мужик в кирасе, сам себе удивлялся, что снизошел до ответа непонятно кому.
- Кто такой ландрат и что за доля такая? – не поворачивая головы и почти не понижая голоса, спросил я у друзей.
- Государь наш, Петр Великий лет пять назад поделил Архангельскую губернию на доли, а начальников долей назвал ландратами, - просветил меня Сергей Шереметьев.
Между тем, судя по всему, мужик в кирасе перестал удивляться и перешел к действиям. Он выхватил шпагу и двинул коня на меня, попутно отдав приказ стрельцам взять нас.
Недолго думая, я с помощью магии произвел вспышку, которая ослепила и коня, и всадника. Коньпопятился, всадник прикрыл глаза рукой со шпагой.
Я метнулся к мужику и одним движением сдернул его с лошади. Убивать не стал – представитель власти все же, да и мне вреда причинить не успел. Я его вырубил ударом эфеса его же шпаги по темечку. Обмякшего районного начальника я передал на руки Яниса с наказом как следует его связать и сделать все, чтобы тот не смог колдовать.
Сам же устремился на поддержку остальных друзей, которые вчетвером пытались сдержать натиск вдруг озверевшей после потери начальника сотни стрельцов.
Олег и Макар держали магический щит, а Сергей и Федор Иванович заливали ряды напирающих стрельцов боевой магией. Я тоже с ходу запустил в стрельцов с десяток сгустков магической энергии, которые нанесли вред минимум десятку стрельцов.
Без командира стрельцы не сразу сообразили, что против нашей магии надо использовать мастеров заклятий. Когда до них это дошло, они уже потеряли от наших заклятий минимум полтора десятка человек. Точнее, лицедеев.
Я четко видел, как убитые или смертельно раненные стрельцы сгорают словно факелы, предварительно потеряв все свои личины, накопленные за жизнь.
Однако армия есть армия, пусть даже стрельцы не лучшие ее представители. Тем более не настоящие стрельцы, а лицедеи. Десятники навели порядок, выровняли строй, и вот уже в нас полетели залпы заклятий. Да так, что мы не имели возможности выглянуть из-за магических щитов, чтобы ответить.