Доктор Крюк 3 (СИ)

— Ладно. Иди отдыхать. Найди Стива, он обустроит тебе место, — сказал я, не поворачиваясь к нему. — Завтра приступим. Посмотрим, какой из тебя командир.
Он кивнул и направился к люку, ведущему в кубрик. Я остался у борта, прислушиваясь, как его шаги затихают. Ветер развевал волосы, соль оседала на губах, а я стоял и размышлял: кто ты, Филипп? Такой же носитель, как я? Или нечто большее
  
Филипп ушел, а я остался ни с чем — ни с информацией о Веже, ни со спокойствием. Пора было что-то предпринимать.
Я оттолкнулся от перил и направился к своей каюте. Луна висела низко, освещая палубу серебристыми бликами, крики чаек пронзали воздух. «Принцесса» покачивалась на волнах, поскрипывая такелажем, и я внезапно осознал, что этот корабль — единственное, что есть у меня в этом мире.
Дверь каюты скрипнула, когда я открыл её. Внутри было тепло, пахло деревом. Морган, Стив и Марго уже покинули помещение. Свет от фонаря освещал стол, подчеркивая царапины на поверхности, тени двигались по стенам. Я опустился на стул, откинулся на спинку и потер виски. Голова раскалывалась, мысли путались, сосредоточившись на Филиппе. Этот юнец обещал возглавить абордаж, но что он задумал? И почему он так привязан к Марго? Любовь? Или нечто иное?
Я решил, что утром необходимо все урегулировать. Филипп хочет остаться — пусть остается, но на моих условиях. Марго свободна, я дал слово, а он пусть докажет свою состоятельность. Нужно выделить ему место в кубрике, устроить, как члена команды. Не вечно же в клетке держать. Это пиратский корабль, а не яхта для прогулок! Я заметил как боцман проходит мимо моей двери и крикнул:
— Стив!
Дверь сразу же приоткрылась, в проеме появилась голова Стива. Его рыжие волосы торчали в разные стороны. Он вошел, скрестив руки на груди, и спросил:
— Слушаю, капитан.
— Стив, Филипп остается. Пусть будет в кубрике. Найди ему место. И чтобы все было справедливо, без жалоб. Где сейчас обитает Марго?
Стив почесал затылок, усмехнулся и ответил:
— Маргарет уже обустроили, угол ей выделили. Занавеску повесили, койку поставили — все как положено. Для Филиппа, значит, тоже? Хорошо, сделаю. Только он, вероятно, будет недоволен.
— Пусть будет недоволен, — фыркнул я. — Хочет остаться — пусть живет, как все. А начнет капризничать — за борт, и все дела.
Стив кивнул и направился к двери. Но на пороге остановился, обернулся и добавил:
— А Марго что? Она ведь теперь свободна?
Я задумался. Марго…
Она спасла меня. Она, пленница, оказалась единственной, кто смог остановить мою смерть. Долг платежом красен, и я это понимал. Но теперь она свободна, и что дальше? Останется с нами? Или уйдет, как только появится возможность?
— Свободна. Спроси ее, — ответил я, глядя на Стива. — Пусть сама решает. Но место в кубрике ей оставь. Если захочет — пусть живет у нас пока.
Стив хмыкнул и вышел, закрыв за собой дверь. Я остался один, прислушиваясь, как его шаги удаляются. Тишина окутала каюту, и я внезапно ощутил тяжесть на плечах. Усталость навалилась.
Я поднялся, прошелся по каюте. Остановившись у иллюминатора, вдохнул морской воздух. За горизонтом, во тьме ночи, я ощущал корабль — свой дом. А теперь здесь еще Филипп со своими секретами и Марго с ее непроницаемым взглядом. Как же все усложнилось! Я вспомнил начало — кораблекрушение, пиратский корабль, умирающий пират с картой и словами «в глазах святого Бернара». Тогда все было проще — выживание, поиск сокровищ, борьба за жизнь. А сейчас я капитан с множеством нерешенных вопросов.
Дверь снова скрипнула и я обернулся. Вернулся Стив, вошел в каюту и сообщил:
— Все выполнено, Крюк. Маргарет в кубрике, сказала, что пока останется. Грит, свобода — это хорошо, но идти ей некуда. Филиппу койку установили рядом, занавеску повесили. Он уже там, недоволен, но молчит.
Я кивнул, уголки губ дрогнули в усмешке. Недоволен? Ну и пусть. Главное, что оба моим контролем. Марго осталась — это хорошо, ее навыки еще понадобятся, а Филипп… Посмотрим, что он из себя представляет. Если обманет или сбежит — я лично его поймаю и выброшу за борт.
— Отлично, Стив, — сказал я, похлопав его по плечу. — Отправляйся спать. Завтра предстоит трудный день.
Он кивнул, зевнул и ушел. Я снова сел за стол, глядя на фонарь. Пламя колебалось, тени двигались, а я размышлял о сложившейся ситуации.
Тишина в каюте сгустилась. Я погасил фонарь и лег на койку, не снимая одежды. Сон наступил быстро, но был беспокойным. И во сне я слышал голос Вежи.
Я проснулся от скрипа половиц и глухого стука за переборкой. Утро наступило внезапно, свет проникал через иллюминатор. Рана на груди ныла уже не так сильно — Марго свое дело знала. Я сел на койке, потер лицо, прогоняя остатки сна, в котором голос Вежи шептал что-то невнятное. В каюте было тихо, только море шумело за бортом. Нужно было вставать.
Я надел сапоги и встал, ощущая легкое покачивание палубы. «Принцесса» жила своей жизнью, и я вдруг подумал, что этот корабль похож на меня: потрепанный, но надежный. Вчерашний разговор с Филиппом все еще беспокоил. Он замкнулся, спрятавшись за своей тайной, и я ничего не смог из него вытянуть.
Дверь каюты скрипнула, когда я вышел на палубу. Утро было влажным, ветер приносил мелкие брызги, запах моря смешивался с дымом от камбуза — кок, видимо, уже начал готовить. Команда работала: кто-то мыл палубу, кто-то проверял снасти, а юнга Пит тащил ведро воды. Я глубоко вдохнул, прогоняя туман в голове, и решил, что пора собрать своих. После всего пережитого — дуэли, ранения, бегства от Роджерса — нужно было их поблагодарить. Морган, Стив, да и кока за компанию.
Я увидел Стива и передал возникшую идею. Боцман расплылся в улыбке. Он отправился выполнять поручение. Я вернулся в каюту, сел за стол. Через час дверь распахнулась и вошли Морган, Стив, а за ними — кок Джейк, присоединившийся к нам в Портобелло. В руках у него была корзина, от которой исходил аромат жареной рыбы, специй и чего-то острого. Морган опустился на стул напротив, ухмыляясь.
— Чего звал, Крюк? — спросил он. — Или решил угостить нас ромом за то, что мы спасли тебя?
— Ром позже, — хмыкнул я. — Сначала еда. И разговор. Ты не оставил меня, когда Педро чуть не лишил меня жизни. За это — спасибо.
Стив прислонился к стене, кок поставил корзину на стол и начал доставать еду: рыбу, лепешки, похлебку с перцем. Морган потянулся к лепешке, отломил кусок и отправил в рот, жуя с видом человека, который давно не ел.
— Да брось, Крюк, — сказал он с набитым ртом. — Куда бы я без такого капитана? Кто бы еще научил меня «параду»? Без тебя я бы до сих пор махал саблей, как неумелый юнга.
Я не смог сдержать улыбки. Стив хмыкнул, качнув головой, и даже кок хрипло рассмеялся, доставая из корзины кувшин с чем-то мутным — вероятно, ромом.
— Может и научу тебя этому приему, — кивнул я, беря кусок рыбы, — если прикроешь меня в бою.
— Прикрою, — ухмыльнулся Морган. — Только ты сам не бросайся под клинки. Мы же не можем постоянно тебя вытаскивать.
Стив громко заржал, и я тоже рассмеялся. Рыба была горячей, специи обжигали язык, но это было именно то, что нужно. Мы сидели, ели, шутили, и я вдруг почувствовал, как напряжение спадает. Морган болтал, Стив поддакивал, а кок молча разливал ром, и я подумал, что, возможно, все не так уж плохо. Может быть, мы еще справимся с этой задачей — с картой Дрейка, с Эльдорадо, с Вежей.
Но тут Морган замолчал, прожевал и сказал тише:
— Кстати, Крюк, в Портобелло неспокойно. Слышал от людей, которые приходили с берега утром. Город словно готовится к осаде. Губернатор, видимо, что-то затевает. Или испанцы, или еще кто-то.
  
Я замер, кружка с ромом остановилась на полпути. Неспокойно? Что это значит?
— Что значит «к осаде»? — спросил я. — Кто там зачинщик?
— Точно не знаю, — пожал плечами Морган, но взгляд его был серьезен. — Говорят, на стены поднимают пушки, собирают людей. Может, англичане, может, внутренние беспорядки. Но спокойно там не будет, это факт.