Личный маг для Наследника. Эхо погибшей цивилизации (СИ)

Я предупредила друзей, но не впустила к ним Иво, хотя Эрик очень хотел увидеть его. Думаю, многие из них, вспоминая глаза херсира, догадывались, что он мог быть берсерком, и потому не удивились, когда я сказала что он сам считает себя небезопасным.
После всего увиденного и пережитого здесь, после смерти наших друзей, мало что могло их по-настоящему удивить.
В отряде царило возбуждённое ожидание — они на самом деле верили, что мы вернёмся живыми, кроме тех семерых, кто уже погиб по пути к Ашенхолду. Но теперь их жертва не казалась напрасной. Мы вернёмся победителями, обретём свободу, высокие позиции, будем приняты в клан, сможем перевести семьи в самый могущественный и безопасный клан Айзенвейла.
  
Все наши мытарства стоили того.
Иво ко мне не приставал и объяснил это тем, что после того, как мы забрали камни, их воздействие сильно ослабло, а все его инстинкты теперь были настроены на другое — он постоянно ожидал нападения, в основном из-за меня, и иногда рычал, слезал с лошади и даже дрался мечом с теми несчастными берсерками, которые подходили к нам с любопытством, принюхиваясь.
Вообще-то, они не были все настолько уж заинтересованы во мне как в «подходящей самке», но даже малейшего внимания было достаточно, чтобы в Иво побеждал территориальный инстинкт. И я совершенно не могла убедить его в том, что они не обязательно попытаются что-то сделать со мной.
Иногда мне приходилось хлопать его по щекам, чтобы привести в чувство, но разница по сравнению с безумством первых часов была огромной. Наверное, мы могли бы даже попытаться провести наш отряд назад, но если херсир говорил, что кровь Рея полностью излечит воздействие на всех берсерков, то стоило воспользоваться этим, а не рисковать понапрасну.
— Я буду ждать здесь, — Иво остановился до того, как мы приблизились к стене. — Как только Райлен исцелит камни, я больше не буду чувствовать такой агрессии к остальным мужчинам.
— Но ты же разговариваешь сейчас нормально? Можешь принимать логичные решения, — попыталась возразить я, успокоившись за эти часы, проведённые в его присутствии.
Мне даже казалось, что большая часть воздействия сошла на нет.
Но херсир в ответ только отрицательно покачал головой. На вид он совсем не уменьшился, пребывал всё в той же стадии третьего, взрослого берсерка, и нужно признать — это ему неожиданно шло. Казалось, мужчина совсем не чувствовал холода в своей разорванной одежде, но одновременно с этим я понимала, что жить вот так, полагаясь только на инстинкты, не чувствуя боли, вряд ли шло ему на пользу.
Подойдя к Иво, я забрала у него сундук с камнями и положила на колени — моя лошадь недовольно всхрапнула и повела ушами, почувствовав дополнительный вес. Мужчина, едва я приблизилась, тут же начал шумно и сердито вдыхать носом, учуяв «подходящую самку», а затем резко развернул лошадь и отошёл на несколько шагов.
— Они не нападают на меня потому, что я женщина? — наконец, спросила я то, что давно вертелось у меня на уме.
Иво лишь кивнул.
— Избегай этого вопроса, если тебя спросят. Говори, что не знаешь. Или скажи, что это из-за магии… Все эти берсерки уже родились такими, они вряд ли вообще могут что-то сказать. А кроме них и меня, никто не знает, — хрипло, низким голосом ответил он, отступая ещё дальше.
— Почему ты вообще связан с этим кланом? Твои родители были отсюда? — я обернулась к маленькой двери в стене, размышляя, как на той стороне отреагируют на то, что я вернулась одна. На то, что я вообще вернулась.
— Я не знаю. Я никогда их не видел. Почти всю жизнь я жил в рабском лагере в Хермадре, пока Райлен и я не сбежали. А потом Рей вернулся и убил их… всех, одного за другим…
Стоило ему назвать этот лагерь, как я вздрогнула, вспомнив всё, что слышала о нём. В ужасе обернулась на Иво, но он уже отошёл так далеко, что я почти не различала его фигуру сквозь густую пелену снежных осадков.
Что ж, пора.
Вместо того чтобы деликатно постучать, я несколько раз пнула дверь, не зная, насколько далеко люди находились по другую сторону. А что если они уже ушли или отправились в ближайшую деревню?
— Откройте! — очень хотелось закричать во всю глотку, но я всё ещё не была свободна, я всё ещё была «мужчиной», и занимать место Розины мне совершенно не хотелось. Поэтому я хрипела, как и всегда.
Ответа не последовало, и я вновь начала бить закрытую дверь ногой, а потом, вздохнув, обернулась туда, где растворился в снежной буре Иво. Я не ела больше полутора суток и столько же не спала, и если они не откроют, возможно, нам придётся здесь заночевать… Хотя хорошо было бы вернуться к пожиткам, которые мы бросили, если, конечно, берсерки не сожрали всё, что нашли там.
А затем за моей спиной скрипнула дверь.
— Дан… — хриплый голос Касона был полон недоверия. — Не может быть…
Я выдохнула и, подняв тяжёлый сундук, поспешила навстречу открытой двери, спиной ощущая взгляд херсира, которого ни я, ни Касон уже не могли разглядеть.
Как только воин понял, что я одна, он тут же закрыл за мной дверь.
— Ярл Райлен! Ярл Ярвен! Это Дан! Вместе с камнями Равинора!
Крик Касона разнёсся по всему лагерю, люди передавали его дальше, выходили из-за деревьев, из-за телег, даже слуги и домашние рабы бросали свои занятия, подходя ближе ко мне, громко шепча, иногда споря.
Я слышала, как упоминались имена Эрика и «остальных», как кто-то спрашивал, действительно ли это камни клана, как гадали, как мне удалось выжить, и что на самом деле находится за той стеной.
Люди благодарили Кхимеса за то, что хоть кто-то сумел вернуться.
— Как это возможно? — спросил кто-то.
— Никто никогда не возвращался живым из-за стены!
— Он весь в крови… — пробормотал кто-то другой, и я подумала, что большая часть этой крови наверняка осталась на мне после слишком близкого контакта с кожей и одеждой Иво. Но они-то этого не знали…
— Расступились! — громкий голос Рея разорвал тишину.
Он вышел вперёд, мой друг детства, широкими шагами направился ко мне и остановился всего в двух шагах. В его серых глазах горело неверие, но одновременно с ним — некое праведное признание, словно Рей видел перед собой не раба, а воина. Почти ровню себе.
Ярл быстро взял себя в руки, отошёл на шаг и лишь затем перевёл взгляд на сундук в моих руках, который всё это время оттягивал мои плечи вниз.
— Ты выжил, мальчишка-маг… — тихо прошептал он.
За его спиной, в толпе слуг, появилась Розина — в меховой богатой накидке, которую обычная служанка никак не могла бы себе позволить. Её рот раскрылся в идеальной букве «О», когда она увидела, что из всех, кто ушёл за стену, вернулась именно я — та, с кем у неё точно не получится подружиться.
— И я принёс тебе камни клана! — хрипло, но громко ответила я, с грохотом ставя сундук между нами, а затем выпрямилась, чувствуя, как позвоночник отозвался хрустом. — Озари их своей кровью, даруй долгожданный покой этим настрадавшимся землям и сотням, тысячам безумцев за этими стенами!
На самом деле мне было жалко всех, кто оказался там — и тех, кто пришёл в поисках камней клана, и тех, кто случайно попал за стену, и тех, кто родился уже сумасшедшим.
Все они были жертвами землян, которые почти полностью подорвали способность Айзенвейла сражаться в самом начале войны с иными.
Ярл Ярвен, отец Бриджид, подошёл ближе и теперь смотрел на камни такими же растерянными глазами, как и все остальные, а затем поднял взгляд на меня.
— Как ты выжил? — спросил он, пока Рей молчал, словно пытаясь найти что-то в моём лице.
Но я не смотрела на него.
  
Я вообще хотела привлекать как можно меньше внимания, особенно внимания ярла, который мог решить избить меня до полусмерти в любой момент.
— Они не тронули меня… возможно, потому что я маг. Остальные тоже живы, — хрипло воскликнула я, поднимая глаза.
Вокруг вновь раздались удивлённые возгласы, благодарности Кхимесу, молитвы другим богам.
— Они прячутся в Ашенхолде. Все, кроме семерых, кто погиб в первую же ночь. И херсир… он тоже там, но он…