Личный маг для Наследника. Эхо погибшей цивилизации (СИ)

И впервые за всё это время это смутило меня. Будучи почти постоянно одетой в мужскую одежду, я не привыкла к такому вниманию, тем более настолько мягкому. Меня не раз пытались изнасиловать, и почти всегда это заканчивалось плохо для нападающих, за исключением того случая, когда Иво сам передумал, очевидно, придя в себя.
К счастью, Рей не задерживал на мне взгляд слишком долго, не пытался трогать, не пытался больше флиртовать. Он просто… пришёл поговорить.
  
— Когда и как ты научилась сражаться? — спросил он, глядя в горизонт, и я заметила, что остальные тоже прислушиваются к нашему разговору.
— Когда мне было девятнадцать. Мой учитель был зловредным старикашкой, таким же, как Халвэ, с его дурацкими речами.
— Что он сказал тебе? Халвэ? — в голосе ярла прозвучал неподдельный интерес.
— Чтобы я перестала трусить. Но он не назвал меня женщиной. Обращался ко мне так, что я могла быть любого пола, — задумчиво произнесла я. — А что он сказал вам?
Я вдруг поняла, что до этого момента так и не узнала, о чём Райлен говорил с мудрецом и как тот объяснил ему, что я женщина.
Рей некоторое время молчал, словно решая для себя, стоит ли мне об этом рассказывать.
— Откровение за откровение, — наконец сказал он. — Он сказал, что рад, что я наконец-то постиг мудрость древних и допустил женщину к битве. Что всё должно вернуться к тому, как было раньше. Что берсерки не трогают женщин. И тогда я сразу понял… Хотя я уже давно к тебе присматривался.
Я удивлённо посмотрела на него, и в ответ поймала всё тот же любующийся взгляд.
— К слову, я не считаю тебя трусливой. Ты одна из самых храбрых женщин, что я встречал… — он задумчиво уставился в даль, между бровей залегла тяжёлая складка, словно он задумался о чём-то своём. Или о ком-то другом.
Глупо, наверное, но почему-то мне показалось, что он мог вспоминать меня — Дани, ту, что выросла с ним. Стоит ли мне напомнить ему о прошлом? Судя по словам Иво, Райлен злился, когда кто-то пытался это сделать, но его спокойное и мягкое поведение сейчас говорило совершенно об обратном. Однако Иво уже спрашивал его о друге детства, Дане…
— Я отлучусь ненадолго, — предупредил Райлен, хотя совершенно не должен был этого делать, и ускакал вперёд, навстречу ярлу Ярвену, который звал его для разговора.
А я резко выдохнула, понимая, что только что чуть не совершила огромную тупость. Какой смысл сейчас рисковать, если скоро я буду свободна и принята в клан? Тогда можно будет волноваться куда меньше о гневе ярла.
Хотя, конечно, ни в коем случае не стоит делать его своим врагом.
Но я и не хотела этого.
В глубине души я желала, чтобы он вспомнил меня. Чтобы мы стали друзьями. Чтобы могли рассказать друг другу, как жили все эти десять лет.
И в глубине души я надеялась, что это позволит ему определить меня в мой собственный отряд, или любой другой, тем более зная, насколько сильна моя магия. Надеялась, что он назначит мне приличное жалование и найдёт мне роль, может, даже в одном из своих вассальных кланов, пока сам будет строить семью с Бриджид.
Занятие для себя я нашла достаточно быстро, хотя иногда слезала с телеги — размяться, вместе со всеми, зная, что долгое сидение не может быть полезным для здоровья. Промокшие ноги не были пределом моих мечтаний, и я без возражений забиралась назад в телегу, стоило Рею или Эрику указать мне на это. Там, в телеге, острым ножом я готовила колышки для наших временных ограждений, которые постоянно терялись или ломались, и даже чистила овощи перед ужином.
Почему мы не делали этого раньше? Какая глупость — заставлять всех рабов идти пешком лишь для того, чтобы указать им на их место, когда их можно занять делом, которое значительно сократит время подготовки лагеря вечером.
Впрочем, кто я такая чтобы решать как обращаться с рабами.
Райлен часто оказывался рядом, разговаривая со мной на отвлечённые темы, и это общение казалось мне почти дружеским… если бы не его жадные взгляды, что он порой бросал украдкой, и редкие комплименты. Его интересовало всё: каким оружием я владею, каким нет, что наш отряд предпочитает на ужин, кто в нём спит крепче всех, кого чаще приходилось спасать.
— Все в нашем отряде надёжны, взаимозаменяемы и отлично сработаны, — сразу же ответила я, за что получила благодарные взгляды друзей и хитрый — от Райлена.
Его вопросы не были простыми. Конечно же, нет. Он пытался не просто узнать больше об отряде, но и по возможности вывести меня на эмоции. Однако как только это происходило, я тут же замыкалась, напоминая себе, что мы не друзья.
Я — рабыня, а он мой хозяин. Пока.
Но, чёрт возьми, как же я понимала тех женщин, что сдавались сразу же, под натиском молодого, ласкового, красивого ярла. Он действительно интересовался моей жизнью, по-своему заботился, с ним было интересно разговаривать, и он откровенно отвечал, если я задавала вопрос. Только когда это не касалось разговоров о возможной битве или моей роли воина.
К моему удивлению, был и тот, кто совсем со мной не разговаривал — Иво. Я часто искала его глазами, но он держался в самом конце колонны или уезжал с патрулём и никогда не присоединялся к нам за ужином, хотя формально мы были именно его отрядом, а Эрик являлся лишь заместителем.
На пятый день после разговора с отрядом я почувствовала движение теней — далеко-далеко, но они приближались невероятно быстро. Всадники. В самом начале колонны факелы людей ярла предупреждали и о другой группе — впереди, как раз там, куда направился патруль.
— Справа! — крикнула я, понимая, насколько это проще, чем шептать и хрипеть, когда я изображала мужчину. — Всадники, не меньше пятнадцати! И прямо по дороге тоже!
Адреналин тут же забурлил в крови, я вскочила на ноги, широко улыбаясь, и положила руку на рукоять меча.
— Сгруппироваться! Йорд, забирай десятерых в конец колонны, патруль встретит тех, кто впереди. Эрик, твой отряд со мной, распределитесь по двое, рассредоточьтесь вдоль колонны. Лучники — на телеги!
Я спрыгнула на землю, обнажая меч, но прежде чем успела рвануть к Эрику, меня за воротник схватила сильная рука.
— Ты будешь сидеть за телегами, со слугами и домашними рабами, Элла! — голос Райлена прозвучал резко, без следа мягкости, он развернул меня к себе, навис надо мной и медленно, с нажимом произнёс: — Это приказ твоего ярла.
Я сердито выдохнула, стиснув зубы, чувствуя, как кровь закипает в груди, требуя броситься туда, к своим.
Я знала, что могла быть полезной. Могла спасти чью-то жизнь.
— Это приказ, Дан, — процедил за моей спиной Эрик, и вся моя решимость тут же исчезла, испарилась, словно что-то вытянуло её изнутри вместе со всеми теми новыми эмоциями, что я недавно начала испытывать по отношению к Райлену. Этому новому, взрослому Райлену.
Мой отряд подчинится приказу ярла.
Сидя за телегой, слушая грохот ударных волн магии ярла, что разносились над полем боя, я тоскливо смотрела в серое, затянутое облаками небо, понимая, что Рей не согласится просто так оставить меня воином. Я недооценила его непримиримость. И, если честно, в этом он был так похож на себя тогда, в исследовательском комплексе. Тогда он считал, что я должна быть его послушной, нежной женой, ждать его с горячими объятиями после охоты, готовить самую сытную еду и согревать постель. И раз за разом повторял, что никогда, никогда не позволит мне оказаться в опасности.
Глупая, идеализированная версия жизни, которую он сам придумал, выцепив отдельные элементы из разговоров коренного населения.
Райлен словно чувствовал меня, даже с такого расстояния — стоило мне высунуться из-за телеги, как он резко обернулся, его взгляд был тёмным, страшным.
  
— Спрячься! — рявкнул он, и, чёрт возьми, я спряталась. Потому что не хотела подвергать никого опасности, а Рей явно уделял слишком много внимания одной конкретной рабыне.
Бой закончился почти неожиданно — грохот схватки стал отдаляться, и, выглянув снова, я увидела, как несколько воинов, включая Рея, Эрика и Иво, присоединились к преследованию нападавших, видимо, намереваясь добить их или схватить кого-то живым и после допросить.