Барон Дубов 6 (СИ)

Девушка она красивая. Тёмные волосы, зелёные, колдовские глаза, аккуратные пухлые губки и правильные черты лица с чуть высокими скулами. И фигурка — просто загляденье.
— А ты что? — спросил я, поняв, что её гнетёт.
— А я… Я пока не хочу… — она подняла на меня взгляд, сверкнув изумрудными глазами, и чуть виновато улыбнулась. — Никого, кроме тебя.
Баронесса Морозова не так давно пережила много очень неприятных событий. Такое так просто не забывается. Я был тем, кто спас её и Лакроссу от этого маньяка Карнавальского. Мне она доверяла. Но довериться кому-то другому ей наверняка было очень тяжело. И я это понимал.
  
— Ты моя управляющая, Марин. А не рабыня. Вольна уйти, когда захочешь. — При этих моих словах улыбка сползла с её лица, а щёки побледнели. — Вольна вовсе не уходить. Но я не тот человек, с которым будет спокойно жить. Ты хорошая девушка, Марина, потерпи, и за тобой выстроится огромная толпа женихов. Среди них ты сможешь найти достойного человека.
Плечи Морозовой опустились, руки соскользнули со стойки. А я продолжил:
— Но я не хочу, чтобы ты искала.
Девушка вздрогнула, будто её током ударило. Она взглянула на меня, на губах появилась нерешительная улыбка, а на щёки вернулся румянец.
— П-правда?
— Ты меня не слушала, что ли? — нахмурился я, пытаясь спрятать улыбку. — Я же сказал. Ты моя… управляющая.
Она перегнулась через стойку, обвила мою шею руками, подтянулась и страстно поцеловала в губы. Её дыхание пахло вином и облегчением.
— Ну и гад же ты иногда, Дубов, — прошептала она.
Мы ещё с час просто болтали, пока Марину совсем не отпустило. Обсудили её планы по ремонту поместья, поговорили о винодельне, о строительстве памятника на месте особняка Михайловых. В общем, о разном. Альфачик успел вернуться в комнату — усталый, но довольный.
А девушки всё сидели, так ни разу и не пошевелившись. Разве что Агнес начала храпеть. Но оно и неудивительно. Если всю неделю она забивала на сон, понятно, что медитация пойдёт немного не по плану.
— Слушай, а они долго так будут сидеть? — тоже удивилась Марина.
— Вообще, время там идёт по-другому. — Я отпил вина из бокала и задумчиво поболтал остатки на донышке. — Здесь прошла пара часов, а там может и неделя. Чем дольше, тем лучше. Если подумать, и правда как-то подзатянулся их визит в Духовное пространство. Но давай подождём ещё немного.
Девушка спрыгнула со стула и сладко потянулась, разминая мышцы, отчего в её спинке появился очень соблазнительный прогиб. Она поставила бокал на стойку и прошлась между девушек. Наклонилась над Лакроссой и потрогала её лоб, затем подошла к Веронике и так обошла всех девушек.
— Странно. У всех будто жар, кроме Агнес и дриады. Агнес, понятно, просто спит. А Маша опытный Духовный практик. Наверно, тоже нормально, что у неё лоб тёплый?
Девушка вопросительно взглянула на меня, а я вскочил со стула, чуть не сшибив висевшую на крючке над стойкой сковородку.
— Насчёт жара не знаю, но дриада и не должна быть тёплой.
В следующий миг мою голову пронзила ужасная боль, свалившая с ног. И в ушах зазвенел отчаянный крик дриады:
«Коля, спасай!»
А вот это точно не к добру.
  
Глава 18
 
Я лежал на полу, глядя на белый потолок с большой хрустальной люстрой. Вечернее солнце врезало по ней закатными лучами, раскидывая причудливые оранжевые блики. Трещал камин. Если не считать этого, в комнате стояла абсолютная тишина.
А вот в моей голове надрывалась дриада:
«Коля!.. *непереводимый древнерусский мат* Где ты там? Нас сейчас сожрут!»
Я тут же сел в позу лотоса. Она считалась самой лучшей для медитаций, а я считал её издевательством. Но, как ни странно, она работала! Видимо, сильное неудобство от сидения на собственных скрещенных ногах затмевало все остальные внешние раздражители.
Закрыл глаза, перед этим подмигнув Марине, мол, всё будет хорошо, и сосредоточился. Удалось мне это далеко не сразу. Потому что дриада продолжала вопить и ругаться. Пришлось её угомонить:
«Маша, если не успокоишься, получишь по своей пушистой заднице!»
«Она не пушистая!!! — взорвалась девушка в моей голове, а губа, в которой находилась семечка, заболела. — Но получить по ней я не против… Ладно-ладно! Умолкаю!»
Головная боль ушла, голос Маши смолк, и я смог сосредоточиться. И опять в самый ответственный момент, когда наконец почувствовал, что отделяюсь от своего тела, меня отвлекли. Альфачик встревожился и стал лизать мне лицо. Очень вовремя, спасибо.
Я приоткрыл один глаз и цыкнул на него. Лютоволк пришипился.
Хм, а ведь мы с ним связаны… А что, если?.. А, чего рассусоливать, пробовать надо!
Это будет моё первое самостоятельное погружение в Духовное пространство.
Снова закрыл глаза и сосредоточился на нашей связи с Альфачиком. Нашёл внутри себя сферу души и нить связи, представил, как аккуратно тяну её к себе, вытягивая, будто леску на зимней рыбалке. Чем ближе к моей сфере души была сфера души волка, тем толще становилась нить.
Трудно описать, на что это похоже. Будто в безразмерном сером тумане висят два мерцающих энергией шара. Один — зелёный, мой, другой — огненно-красный Альфачика. Но они не идеально круглые. У каждого сверху или сбоку какие-то помпончики. По одному на каждом.
«Инсекты», — догадался я.
По нити туда-сюда перемещались сгустки энергии. Зелёные и красные. В конце концов, наши сознания начали совмещаться. Я одновременно ощущал, как сижу на полу в позе лотоса и что у меня четыре лапы, а мир полон запахов и магических аур. От Марины тянуло страхом, а от девушек — тревогой за свою жизнь и адреналином.
Что ж такое у них там происходит?
Затем я сосредоточился на семечке в губе. Это моя связь с дриадой. Если она смогла из Духовного пространства пробиться ко мне в голову, то возможен и обратный эффект. Наконец, почувствовал, как покидаю тело и меня увлекает древесно-травяной аромат семечка.
Глаза я открыл уже в Духовном пространстве. На этот раз это были джунгли. Густые, высокие и душные — аж дышать тяжело было.
Альфачик стоял подле меня и принюхивался к запахам. Мы оба выглядели так же, как и в реальном мире, только я был без одежды. Ладно, сейчас не до соблюдения норм этикета.
А вот девушек рядом что-то не увидел. Видимо, не совсем моя идея сработала. Я оказался среди деревьев с широкими сочными листьями. С них свисали вытянутые плоды, похожие на толстые бананы, только более сочные. Часть плодов оборвана, а на вытоптанной площадке валяются огрызки. Кто бы ни напал на девушек, всё началось именно здесь.
Я сорвал один из плодов и впился в него зубами. Вкусно! И много духовной маны! А затем услышал громкий визг откуда-то справа. Нечеловеческий. Альфачик рыкнул и бросился в ту сторону, я — за ним.
Вскоре мы оказались возле небольшой пещеры в корнях огромного дерева. Её осаждали разнообразные монстры, а внутри держали оборону мои барышни. Лакросса с дриадой отбивались деревянными копьями, а Вероника с княжной кидались камнями. Небольшую поляну окружали густые зелёные заросли, и на ней царил зеленоватый полумрак.
За долю секунды оценил ситуацию. Три мощных чудовища по очереди пытались достать девушек, но в прореху между корнями влезть не могли. Однако и девчонкам деваться некуда. Монстры попались разнообразные. Лев с куриными лапами и хвостом скорпиона, зубастая черепаха с шипами и гигантский муравей с большими жвалами.
— Коля! — выкрикнула Маша, увидев меня. — Мы здесь!
А то я не заметил… Ну и, конечно, после её крика монстры заметили меня! Пока нас не окружили, мы с Лютоволком сами напали на чудищ. Он схватился со львом-мантикорой-курицей, и они покатились по земле, кусая и царапая друг друга. Мантикора пыталась ударить ядовитым хвостом, но Альфачику раз за разом удавалось увернуться в последний момент.
  
На меня с неожиданной прытью бросился муравей, а черепаха осталась у пещеры, пытаясь длинными лапами достать девушек.