Пламя Эгиды. Книга 2 (СИ)

В очередной раз одёрнув Ровера, который так и норовил что-то погрызть, я отправил его наружу. Дверь кабинета, безусловно была неплохо защищена, но сейчас артефакты находились в спящем режиме. Так что призрачный пёс спокойно выскользнул в коридор. Я же посмотрел на владельца игорного дома.
— Дополнительно, вы можете выразить благодарность господину Пересветову. Именно он рекомендовал обратиться именно к вам.
  
На лице барона снова появилось выражение недоумения — он явно не понимал, зачем я сам акцентирую внимание на знакомстве с мелким помещиком. А вот Кирилл отреагировал приблизительно так, как я предполагал.
— Вы спасли мою жизнь. Дважды. У меня не было иного выбора.
Если у нобиля существовал список поступков, порочащих дворянскую честь, то общение с Журавским точно находилось где-то среди верхних позиций. Так что, как бы странно это ни звучало сейчас мой спутник пытался оправдаться. А вот сам барон нахмурился, запутавшись ещё сильнее.
Тем не менее, пытаться выяснить при каких обстоятельствах я спас Пересветова не стал. Спустя же ещё секунд тридцать тишины, наконец заговорил.
— Хорошо. Но это будет стоить денег.
Услышав, как удивлённо хмыкнул Кирилл, сразу же продолжил.
— Если вы действительно сломаете Цурабовых, я найду способ вас отблагодарить. Такой, что устроит обе стороны. Но если говорить о нынешней сделке, она пройдёт в обычном формате.
Усмехнувшись, я согласно кивнул.
— Во сколько это мне обойдётся? Как всё будет происходить?
О том, что документы нужно предоставить уже завтра, Журавский прекрасно слышал. И на мой взгляд, должен был учесть это ещё до того, как заговорил. Так что в наличии у него возможности провернуть всё с максимальной скоростью, я не сомневался. В данном случае интерес представляли лишь технические детали.
Мгновение помолчав, барон снова потянулся к ящику стола. Внешне неотличимому от остальных, но на деле представляещему собой полноценный артефакторный сейф. Оформленный в виде компонента мебели.
Открыв его при помощи отпечатка силы, пропущенного через хитроумный артефакт, аристократ достал лист гербовой бумаги. Положив его на столешницу, взглянул на меня.
— Жалованная грамота монарха княжества Рейсс. Согласно которой вам был дарован титул барона.
Смерив меня взглядом, слегка прищурил глаза.
— Лет пятнадцать назад? Или десять? Лучше сделать так, чтобы титул вы получили в свои двадцать с небольшим.
Скосив глаза на бумагу, с усмешкой добавил.
— За спасение князя от нападения бандитов.
Сегодняшний поход в книжную лавку не пропал даром — стоило аристократу упомянуть княжество, как в голове всплыла информация. Крохотное германское государство, у которого постоянно были проблемы с финансами.
Нормы закона по поводу иноземных аристократов, я тоже помнил. Как правило, они признавались полноценными дворянами, а их титулы считались формальной ровней имперским. Собственно, если какой-то нобиль въезжал в качестве гостя, ничего подтверждать ему не требовалось.
В моём случае, такая необходимость возникла бы даже без конфликта с Цурабовыми. По той причине, что я не просто оказался тут проездом, но и владел землёй. И дело было вовсе не в требованиях закона — это требовались мне самому. Дворянская собственность располагала совсем иным статусом.
Сбоку от меня тихо вздохнул Пересветов, которому всё это явно было не по душе. Я же, после короткой паузы, озвучил ответ.
— Укажите, что титул мне даровали двенадцать лет назад. И хотелось бы услышать сумму.
Судя по тому, что Журавский ещё какое-то время подумал, стоимость титула он выставлял всем разную. Отталкиваясь от благосостояния клиента.
— Речь идёт о германском бароне, а не просто нетитулованном дворянине. Думаю, тридцать тысяч будут вполне адекватной ценой.
В банкнотах у меня сейчас оставалось около двадцати тысяч. Плюс, четыреста с лишним империалов — это ещё приблизительно двенадцать тысяч, если считать по номиналу. И приблизительно в семь-восемь раз больше, если отталкиваться от реального курса.
Помимо этого, имелась целая груда ювелирных украшений. В своей основной массе — разнообразных колец, сережёк и колье с драгоценными камнями. Которые я успешно разделил при помощи Изначальной силы. Превратив золото и серебро в небольшие слитки, а камни ссыпав в небольшой мешочек. Не самое привычное занятие для Претора. Но чем только не приходится заниматься, оказавшись на задворках вселенной.
Впрочем, клеймо на слитках отсутствовало. Так что расплачиваться ими сейчас, я не планировал. Вместо этого спустился вниз и вернулся с сумкой из охотничьего магазина, в которую сложил те самые империалы. Если верить книгам, каждая монета весила чуть больше тридцати восьми грамм. Так что груз получился увесистым.
А вот лицо Журавского, когда он увидел, как я небрежно выгребаю золото, было достойным оказаться на фотографии. Которую можно было бы подписать «безмерное сожаление». Объём золотых монет тот оценил. И судя по всему, жалел, что не запросил хотя бы раза в полтора больше.
Когда я отсчитал необходимую сумму, отталкиваясь от стоимости каждого империала в двести двадцать рублей и добавив для ровного счёта несколько купюр, барон подтолкнул лист бумаги в мою сторону.
— Впишите своё имя. И герб надо какой-то изобразить.
С первым, понятное дело, проблем никаких не возникло. Но вот с рисунками у меня была извечная проблема — хорошо удавались только прямые линии. Желательно начерченные при помощи инструмента.
Владелец игорного дома, который всё ещё косился в сторону моего мешка с золотом, заминку расценил верно.
— Они там всегда от руки рисуют. Иногда такое получается, что потом долго приходится объяснять портным.
Глянув на него, я взял в руки предложенный тёмный карандаш. Секунду подумал. И определившись, нарисовал щит с выгравированной на нём мордой пса. Поместив позади скрещённые мечи. Похоже на герб Корпуса Эгиды. С той лишь разницей, что вместо символа вечности, был изображён зверь.
Журавский подался вперёд, с интересом приглядываясь к рисунку.
— А на щите, это что такое? Горный тигр?
Покосившись на свой рисунок, я усмехнулся.
— Золотистый ретривер.
Мужчина кашлянул. После чего кивнул.
— Хорошо. В описании так и укажу. Позвоню им сегодня же — внесут ваше имя в книги княжества. Когда придёт запрос от нашего Дворянского Собрания, всё будет готово для подтверждения.
Тот факт, что в княжестве Рейсс имелся человек, готовый принять подобную информации в вечернее время, указывал на серьёзный подход к делу. А ещё — на стабильную и масштабную торговлю дворянскими статусами.
Взяв в руки лист бумаги, заверенный подписью монарха и его личным отпечатком силы, рядом с которым добавили ещё и оттиск артефакторной печати княжества, я задумчиво посмотрел на Журавского.
— Много таких в империи?
Тот пожал плечами.
— Не думаю. Может быть кто-то ещё и продаёт бумаги, но за Уралом я такой точно один.
Глянув на документ в моих руках, добавил.
— Вам ещё понадобится фамильный перстень. Одежду бы тоже неплохо пошить, но портного, который бы сейчас работал, у меня нет. А вот мастера по артефактам, подскажу.
Сразу же продолжив, действительно порекомендовал местного артефактора. Указав адрес, имя и даже сообщив фразу, по которой тот должен был понять, что я прибыл именно от Журавского.
Заодно отрекомендовав специалиста, как имеющего крайне надёжную репутацию. Мол, беспокоиться по поводу того, что он расскажет кому-то о странном заказе, не стоит.
Спустя ещё пару минут, мы уже благополучно покинули его кабинет. А на выходе снова столкнулись с гусаром. В этот раз Бестужев был в расстёгнутом мундире, со следами губной помады на лице и с зажатой под мышкой шпагой.
  
Выскочив сразу за нами, слегка притормозил, поворачиваясь в нашу сторону.
— Когда спросят, куда я побежал, скажите налево. Они сразу поверят.
Коротко кивнув, сам свернул направо. Но спустя несколько шагов, остановился. С горечью вздохнул.