Истории той стороны — Скрытый Мир (сборник) (ЛП)

— Дорогуша, приличней некуда, — раздался изнутри комнаты знойный голос. Заходите, мальчики. Чем больше, тем веселее, так я всегда говорю.
Питер тяжело сглотнул, бессмысленно улыбнулся мистеру Катберту и полностью доверился особой природе Дома. К счастью, когда они с мистером Катбертом вошли в комнату, все казалось совершенно нормальным, хотя и немного мрачноватым.
Стройная и очень бледная девушка-подросток-гот полулежала на неубранной кровати, одетая в тёмные джинсы и чёрную футболку с надписью: “Я ношу это только до тех пор, пока не придумают более тёмный цвет”. На запястьях и горле у неё были чёрные кожаные браслеты со стальными шипами. Её нездорово бледное лицо могло похвастаться более тёмным макияжем глаз, чем у панды, и кроваво красными губами.
  
Стены спальни были увешаны постерами с изображением: The Cure, The Mission и Fields Of the Nephilim. Девушка неторопливо поднялась на ноги, каждое её движение было плавным, элегантным и чуть тревожным, а затем она медленно улыбнулась мистеру Катберту. Питер инстинктивно переместился, чтобы встать между Ли и человеком из Совета.
— Просто представляю мистера Катберта гостям, Ли, — быстро сказал он. Он не может остаться надолго. Он должен вернуться. Ведь люди могут заметить, если он пропадёт.
Ли надулась. — Не понимаю, почему ты всё время об этом говоришь. Это было всего лишь раз.
— Вам… комфортно здесь? — спросил мистер Катберт, видимо, потому что чувствовал, что должен что-то сказать.
— О да, — сказала Ли. Очень комфортно. Она широко улыбнулась мистеру Катберту, и за тёмными губами мелькнули очень острые зубы.
Питер быстро вывел мистера Катберта обратно в коридор. Человек из Совета был достаточно взволнован, чтобы позволить Питеру сделать это, хотя и не совсем понимал, почему.
— Она платит ренту? — спросил он неопределённо.
— Нет, — ответил Питер. Она — гостья.
— Надо будет записать, — сказал мистер Катберт. И он записал.
Следующая дверь открылась, когда они подошли к ней, и из неё вышел тихий, нервный молодой человек в чистой белой футболке и потёртых синих джинсах. Он был достаточно красив, но красота эта была с изъяном. Он засунул руки в карманы, потому что не знал, что ещё с ними делать, и скорбно посмотрел на мистера Катберта.
— Здравствуйте. Вы ведь не из таблоидов?
— Нет, Джонни, — быстро сказал Питер. Он из местного Совета.
— Я вас откуда-то знаю? — с сомнением произнёс мистер Катберт. Я почти уверен, что где-то видел вас раньше…
— Я участвовал в телевизионном шоу талантов, — неохотно ответил Джонни. Всё это стало чересчур, поэтому я приехал сюда, чтобы… отвлечься от всего этого на некоторое время.
— О, я никогда не смотрю эти шоу, — тут же отозвался мистер Катберт таким же голосом, каким можно было бы сказать, что я никогда не смотрю, как травят медведя. Он настоял на том, чтобы хорошенько осмотреть комнату Джонни, не нашёл ничего интересного, сделал об этом пометку и снова затрусил вниз по лестнице.
Питер поспешил за ним. Мистер Катберт прошёл через весь дом и кухню, а затем резко остановился у входной двери. Он окинул Питера суровым взглядом, который должен был сказать, что я человек, с которым нужно считаться, и не забывай об этом.
— Я вижу, что для приведения этого дома в надлежащее состояние, мистер Кейн, необходимо решить множество вопросов. Разумеется, я пришлю сюда всю следственную группу. Они поднимут половицы, исследуют всю проводку. Возможно, придётся вскрыть все стены и переделать проводку во всём доме. В таком большом гостевом доме, должно быть нормальное центральное отопление, а не просто какой-то шумный старый бойлер на чердаке. Его определенно придётся заменить. Я уверен, что видел поднимающуюся сырость, вся внешняя отделка нуждается в ремонте, а то, что я вижу на вашей крыше, — просто позор! Придётся поставить строительные леса по всему периметру дома. Он тонко улыбнулся, его глаза были полны тихого удовлетворения. — Боюсь, всё это обойдется вам довольно дорого, мистер Кейн; но правила есть правила, и стандарты должны соблюдаться. Всего вам доброго. Очень скоро вы снова получите от меня весточку.
Он покинул дом с той же важностью, что и пришёл, захлопнув за собой дверь. Наверху, на чердаке, дедушка Грендель издал очень грубый звук, и в доме ненадолго запахло гниющими петуниями.
ДЖУБИЛИ ПРОВЕЛА эльфийского Принца Айргедлама по дому, хотя, конечно, он увидел совсем другое заведение. Он высокомерно прогуливался по коридору, не желая торопиться и громко отмечая некачественную обстановку и отсутствие надлежащей защитной магии. Он заметил, что портреты на стенах смотрят на него с открытым презрением, и встретил их взгляды.
Он привык к всеобщему неодобрению. Ведь он был эльфом. Джубили позволила ему побродить по нижним комнатам, выслушала надменные, а иногда и откровенно грубые замечания в зависимости от настроения, прежде чем Джубили наконец смогла провести его наверх, в комнаты для гостей. Дедушка Грендель издал ещё несколько крайне грубых звуков.
— Успокойся, старое создание, — сказал эльфийский Принц, даже не взглянув на чердак. Не заставляй меня подниматься туда.
Он распахнул первую дверь и вошёл внутрь, не дав Джубили времени постучать или даже представить его. Внутри комнаты было темно, липко-влажно и неуловимо гнетуще. Эльфийский Принц невольно резко остановился, захлопнул дверь, и Джубили быстро вошла следом за ним.
В обычном мире Ли могла быть просто готом-подростком, но здесь её истинная сущность раскрылась. Линан-Сидхе была тёмной музой с острова Мэн, вдохновлявшей художников на макабрические и таинственные вещи; те, кто мечтал о ней, часто создавали мощные и великолепные произведения, но быстро сгорали и умирали молодыми. Линан-Сидхе была суровой хозяйкой и изнуряющей Музой, и все знали, чем она питается.
Эльфийский Принц чопорно поклонился ей, опять же почти невольно.
Комната Музы представляла собой тёмную пещеру, по грубым каменным стенам которой медленно стекала кровь. Линан-Сидхе непринуждённо возлежала на огромных мясистых лепестках алой розы, плавая в море слёз. От неё веяло мраком, она была скорее тенью, чем сущностью. Её пепельное лицо плыло во тьме, как злобная луна в тёмную ночь. У неё не было глаз, только глубокие тёмные глазницы, а рот был цвета засохшей крови. Она сладко улыбнулась Принцу Айргедламу, обнажив ряды острых зубов, как у акулы.
— Заходите, милый Принц, мой дорогой, и я покажу вам, из чего состоят мечты.
Эльфийский Принц заколебался, но устоял. — Не искушай меня, тёмная Муза…
— Но, дорогой, — сказала Линан-Сидхе, это то, что я делаю…
Она заливисто рассмеялась, и эльфийский Принц не смог быстро выйти из комнаты. Джубили мило улыбнулась Линан-Сидхе, та подмигнула ей, а затем они вышли обратно в коридор. Когда дверь снова надежно закрылась, Принц Айргедлам быстро пришёл в себя и настоял на том, чтобы перейти в следующую комнату. Джубили кивнула, и снова их ждал Джонни.
— Здравствуйте, — грустно сказал он. Я Джонни Джей, голос страдающих масс. Поп-принц шоу-мелодий. Саймон Кэллоу говорит, что я гений.
— Я вас не знаю, — сказал Принц Айргедлам.
Джонни Джей даже немного просветлел. — Правда? О, это замечательно! Такое облегчение — встретить человека, которому ничего от меня не нужно. Даже если это всего лишь автограф.
Принц Айргедлам посмотрел на Джубили, которая лаконично пожала плечами. — Дела смертных. Он поёт.
— Да, — сказал эльфийский Принц. Я вижу на нём клеймо. Отправьте его ко Двору Невидимых. Фейри всегда любили человеческих бардов.
  
— Думаю, у него сейчас и так хватает проблем, — сказала Джубили.
Но эльфийский Принц уже потерял интерес и отвернулся. Джонни хмуро кивнул и вернулся в свою комнату. Принц Айргедлам остановился на вершине лестницы и посмотрел на чердак, где, судя по громким звукам, что-то очень большое топтало подстилку.
— Что это? Я чувствую его возраст, но его истинная природа скрыта от меня.
— О, это просто дедушка Грендель, — сказала Джубили. Он живёт на чердаке уже несколько веков, если верить записям Дома. Мы с мужем унаследовали его, когда переехали. Пока мы время от времени бросаем ему немного сырого мяса и горсть сахарных мышек, он вполне счастлив. Время от времени он грозится сплести себе кокон и трансмогрифицироваться в совершенно новое божество, но пока этого не произошло. Я думаю, он просто блефует. Конечно, это может быть просто просьба о внимании.