Кровь в моих жилах (СИ)

Миша серьезно, потеряв свою привычную улыбку, посмотрел на Сашу, а потом перевел взгляд на Светлану:
— Тут все в моей крови. Мы с Сашкой вступили в бой с проклятым медведем, но я быстро вылетел с ранением, все закапывая своей кровью.
Светлана сглотнула — она знала, что Мишка кремень, что он способен на такое, но наносить себе раны, переносить невыносимую боль из-за неё…
  
— Мишка… Не надо. Прошу…
Он улыбнулся:
— Так и знал, что ты не захочешь делиться своим участием в бою с медведем! Тебе нестыдно? Мужчины должны совершать подвиги, а не барышни.
Саша качнул головой:
— Мизогин… Надо же.
— Сам такой! — побурчал обиженный в лучших чувствах Миша. — Тут всего-то чуть-чуть крови пролить надо, закрывая кровь Лизы. Следы её эфиром стереть. Окровавленную шинель сжечь. Только и всего. И будут тут только я, Сашка и… — Он сглотнул все же, прежде чем сказать: — и княжна.
— И как вы все это объясните? — не поняла Светлана. — История-то началась отнюдь не тут.
Сашина рука погладила Баюшу между ушей, и та утробно замурлыкала так, что даже Светлана ощутила прилив сил.
— Все просто. Демьян и Владимир уже не помнят о вашем происхождении, Светлана Алексеевна.
Баюша увлеченно ткнулась головой в Сашкин бок, чуть не отправляя кромешника на землю. Тот прошипел: «Хол-л-лера…» — продышал боль и продолжил:
— В Сосновском, согласно отправленным в Москву документам, вы, Светлана Алексеевна, были категорически против проведения расследования силами местной полиции. Да и расследования как такового не было — мы с Демьяном и Владимиром замешкались с отправкой документов из-за великого праздника. Пили-с. Потому и тело, и документы были отправлены позднее, на следующий день. Только и всего. Потом медведь, который и приносил жертву в Сосновском, пришел в магуправу — искал новую жертву. — Саша неуверенно посмотрел на Мишу: — ваше сиятельство, тут еще можно переложить вину с княжны на…
Мишка побелел и вскинулся:
— Вот же нечисть! Тебе нестыдно такое предлагать? Я уже говорил…
Саша покаянно наклонил голову:
— Простите, ваше сиятельство, был неправ. Тогда княжна пришла в магуправу, но столкнулась с нами и Смирновым. Она превратилась в медведя и унесла жертву с собой — Ивашку. Именно по следами Ивашки потом и шли жандармы… Память Ивашки Баюша подправит — он не вспомнит, как убивал. Ерофей Степанович отсиделся весь бой под столом. Естественно, ему и в голову не приходило, что напавшей могла быть княжна — он и выдал жандармам свою версию об Ивашке. Тут любой поймет, почему Ерофей Степанович не сказал о княжне — попасть под статью о клевете на княжеский род можно запросто, обвини он княжну в оворотничестве. С Ерофеем…
Светлана перебила его:
— Он мертв. Ему уже не надо править память. Его убила княжна, судя по ранам… Миш… Извини.
Тот лишь сильнее сжал челюсти и предпочел промолчать. Взгляд он отвел в сторону, ища что-то в темных, почти невидимых отсюда волнах Идольменя. Все придет и уйдет: предательство, интриги, рода и борьба за трон, а Идольмень так и будет тут веками. Впрочем, когда-нибудь умрет и он…
Саша понятливо кивнул Светлане, стараясь не смотреть на Мишку — понимал, как тому трудно:
— Тем проще. Испуганная землетрясением княжна принесла новую жертву уже тут, где мы с Михаилом Константиновичем её и остановили.
Леший понятливо хекнул, и среди капища земля выкинула продолжавшего спать Ивашку. Он даже палец посасывал, как бер.
— Ну… Эта… — замялся на опушке леший. — Я могу идти, да?
Светлана улыбнулась ему:
— Благодарю, дедушка.
— Да не за что… Завсегда радый помочь. — Он шустро исчез в темноте ночи — все же чувствовал за собой вину. Хорошо, что не попросил тело княжны скормить лесу. Миша бы точно этого не понял.
Саша нахмурился, проверяя свою версию на предмет дыр, и сказал:
— Вот как-то так. Без упоминания Дмитрия в Сосновском, без связи с делом Лапшиных, без знания о Вырезовой, а она уже не заговорит, вас, Светлана Алексеевна, не свяжут с капищем.
Миша мрачно предложил, переводя взгляд с Ивашки на Баюшу:
— Сейчас зачистим все тут, и сразу же ко мне в имение — я лично пронесу баюшу в дом.
Та пожаловалась, уменьшаясь в размерах и предавая Сашку — кинулась на Мишины руки:
— У вас там от нечисти защиты… Все так заговорено. Не пробраться. Я пробовала.
Светлана кивнула, понимая, почему прогнали из особняка Волковых домового и почему там была такая сильная защита — княгиня защищалась от Баюши.
Саша напомнил, смотря на Мишу, почесывающего тающую от ласки Баюшу:
— Там надо почистить память только княгине — князя трогать нельзя. Он сразу заподозрит что-то не то, если потом случайно пересечется со Светланой Алексеевной. Надо удалять память только княгине и только про ожерелье. Полагаю, до предложения Дмитрием сделки о ритуале, вариантом сесть на престол было объявление княжны Анастасии потерянной царевной. Иначе зачем было бы внушать княжне мысли о происхождении от Рюриковичей.
Мишка только отвернулся в сторону — он и предполагать не мог, что творится в его семье у него за спиной. Саша неуклюже попытался встать — Баюша тут же вспомнила о своей любви к этой нечисти и спрыгнула с Мишиных рук, подставляя свою спину Сашке в качестве опоры. Светлана видела, как тьма закрыла еще незатянувшиеся раны на боку кромешника, ежившегося под холодными порывами ветра.
— Светлана Алексеевна, вам нечего бояться. Баюша все зачистит. Матвея и его крики в городе никто не воспринимает всерьез. Но и его найдем и зачистим память. Только вам придется сходить в межмирье и поговорить с Кошкой. Он может вас выдать — он единственный, на кого мы не в силах повлиять.
Светлана отвела взгляд в сторону — там, на опушке леса, из-за дерева, зля лешего, показалась бледная, со следами разложения человеческая фигура — мертвяк. Кошка говорил, что и нежитью придет, чтобы ей помочь. Он и пришел.
— Он не выдаст, — тихо сказала Светлана, и фигура в лесу кивнула, подтверждая её слова. — Отец меня не выдаст.
Мертвяк благодарно склонил голову, прижимая руку к мертвому сердцу, и тут же исчез во тьме.
Саша проследил за взглядом Светланы, но Кошку не заметил, или просто ничего не сказал. Его самого ждет когда-нибудь что-то подобное.
— Видите, Светлана Алексеевна, не стоит бежать. Оставайтесь в Суходольске. Хотя бы на пару месяцев, пока будут разгребать последствия землетрясений. Потом уедете. Поменяете документы, взяв настоящее отчество. Как менять фамилию, не мне вам подсказывать.
Мишка напомнил о себе:
— Я так и не понял, как Елизавета превратилась в Светлану.
Саша дернул голым плечом, забывая, что ранен. Прошипев ругательства, он сказал:
— Я тоже не знаю. Я обещал, что как только догадаюсь об этом, то передам Светлану Алексеевну под защиту кромешников. До сих пор гадаю… Идите, Светлана Алексеевна, возвращайтесь домой и отдыхайте. Вам опасно тут находиться. — Он погладил Баюшу между острых ушек: — ты все запомнила: кому и когда петь свои сказки?
— Да, Сашенька… — мурлыкнула она.
— Тогда запомни: последним на чистку памяти я. Хорошо? Михаил Константинович вас не выдаст, Светлана Алексеевна, тут не о чем беспокоиться…
У Светланы сердце рухнуло куда-то в живот от неожиданности. Такого поворота она не ожидала. Она же доверяла Саше. Она знала, что он не предаст. Наверное, он и считает, что не предает, а всего лишь защищает её, но в сердце Светланы застыл холод — она же не закончила лечение Агриппины после похода в Навь. Наверное, лед только из-за этого. А не потому, что Саша нарушил данное ей обещание.
  
Мишка хекнул, но по-дружески сказал:
— Тогда… Баюша, про меня тоже не забудь. Я предпоследний в очереди получаюсь. — Он посмотрел на Светлану и скомканно сказал: — удачи и увидимся на службе.
Она лишь кивнула. В горле стоял противный комок. Мишка внезапно благородно отошел в сторону, давая им с Сашей время попрощаться. Если по версии Саши они встречались только в Сосновском, то не было вечера, когда он принес Баюшу. Не было завтрака, не было «Сашки-идиотины» в больнице, не было разговора в кабинете Саши, не было их поцелуя.