"Фантастика 2024-159". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Вы хотите забрать ее в сумасшедший дом? — не выдержал я.
— Это слишком суровая характеристика для подобного заведения, ваше сиятельство, — мягко улыбнулся Салтыков. — Скорее закрытый пансионат для дворян. У меня есть один на примете, в Старой Руссе Новгородской губернии. Достаточно далеко, чтобы до него не доходили тревожные новости. Уникальные минеральные воды, прелестные пасторальные пейзажи…
Я обернулся к Ирэн.
“Мне это не нравится”.
“Мне тоже”, — ответила девушка.
— Я не стану принимать столь серьезное решение за тетушку, — сказала она вслух. — Может все-таки попробуем подержать ее дома пару дней? Хочется сперва посмотреть, помогут ли выписанные вами лекарства. Вдруг привычная домашняя обстановка поспособствует восстановлению.
Лекарь неопределенно покачал головой.
— Я смогу навестить вас через три дня. И если видимых улучшений мы не увидим, то я буду настаивать на переводе в пансионат. Это не навсегда, Ирина Алексеевна. Мне понятно ваше волнение, но сейчас это видится мне выходом, — он перевел взгляд на Корфа. — А что скажете вы, ваше превосходительство?
Впервые я видел смятение на лице тайного советника. И чувствовал метания в его душе. Не требовалось обладать сверхъестественными способностями, чтобы понять, насколько он разрывался.
— Я ведь должен был заметить, что ей стало хуже, — отчужденно, словно говорил сам с собой, произнес он. — Должен был понять, что она слишком сильно вложилась в подготовку воспитанников. А вместо этого втянул ее в еще более бурный водоворт событий и ускорил разрешение.
— Бичевать себя будем после, — вмешался я. — К тому же Матильда сама так решила. Вы ее не заставляли.
— Но если сейчас хотите ей помочь, попробуйте уговорить на санаторий, — добавил лекарь.
— Понял.
Беседа подошла к концу. Ирэн поднялась, намекая гостям на то, что прием был окончен. Мы подорвались вслед за ней. Девушка нашла в себе силы проводить гостей, и когда дверь за ними закрылась, обернулась ко мне.
— Миш, мне нужно на воздух. Хотя бы минут на десять. Составишь компанию?
— Конечно.
Мы быстро переоделись в уличное и вышли на аллею. Ирэн шла молча, глядя себе под ноги. Краснота с ее щек спала, но я чувствовал горе, поглощавшее ее изнутри.
— Прости, что спрашиваю, но ты можешь подробнее рассказать о травме? Не понимаю, почему она неизлечима.
Девушка уставилась на меня невидящим взглядом, затем моргнула, и ее взгляд обрел осмысленность.
— Матильда особо не рассказывала. Знаю, что это была какая-то сложная операция “в поле”. Громкое было дело — один из византийских дворян вроде как тронулся умом и начал убивать женщин в Петрополе. Причем он был менталистом и подходил к вопросу творчески и весьма изощренно. Вторгался в их разумы и заставлял… В общем, они сами все делали. Но непременно на публике. И часто это выглядело очень… экстравагантно. Корф с командой тогда гонялся за ним по всему Петрополю и губернии. Долго не могли поймать — больно уж хитрый византиец оказался. И в итоге Матильда… Если я поняла все правильно, она поймала его на себя. Как на живца щуку ловят, знаешь? Цепляют маленькую рыбку, чтобы щука…
— Я немного знаю о рыбалке, — улыбнулся я. — Матильда стала его жертвой?
— Да. Корф немного опоздал. Она почти себя убила. Но вытащили.
— Значит, ментальная травма была нанесена в тот момент, когда этот византиец вторгся ей в разум?
— Он ей волю сломал. Полностью. Этот византиец еще сидел на стимуляторах, поэтому смог разогнать свой ранг до второго. И почти что поджарил тетушке мозги. Она первые недели даже говорить не могла — забыла, как. Дядя Вальтер говорил, ее даже есть в лазарете учили заново. Потом, хвала лекарям, большая часть памяти вернулась. Но с тех пор она не может себя контролировать как следует.
— Ох ты ж черт… — я замялся, не зная, что и сказать. — Я соболезную, Ирин. Вам обеим. Не знал, что все было настолько страшно.
— Потому дядя Вальтер нас так и опекает. Это он недоглядел. Не знаю, он ли отправил ее в лапы к этому мучителю или она сама решила погеройствовать… Но он это допустил и теперь корит себя за случившееся.
Ну, на его месте я бы тоже сожрал себя с потрохами.
— А мозг… Как ментальная травма повлияла на мозг? Я помню твой рассказ о дальнейшем развитии событий, но хочется понимать детали.
— Зачем? Зачем это тебе, Миш?
— Потому что я хочу помочь.
— Как? Как ты поможешь? Ты ведь даже не лекарь и не менталист!
Зато у меня была сила Рода. Знания предков. И долг перед Матильдой. По крайней мере, я так считал.
— Просто скажи, как это связано, — настаивал я.
Ирэн раздраженно пнула ворох листьев.
— Благодать. Все дело в ней. Не знаю, как именно осколок нас изменил, но после того, как мы с ним соединились, его сила действительно перетекла в нашу кровь. Стала частью нас. Неотъемлемой частью. У Матильды после той травмы нарушен… Как бы так сформулировать попроще… Словом, Благодать в ней есть, но тетя не может нормально ею пользоваться. Сила неравномерно распределяется, плохо концентрируется. И поскольку сила влияет на физическое состояние одаренных, то из-за проблем с Благодатью страдает и тело. В первую очередь, голова. Что-то в мозгах не дает силе нормально циркулировать.
Я рассеянно кивнул, пытаясь уложить эту информацию в голове.
— Чуть понятнее, но все равно не до конца.
— Я тоже не медик, чтобы все тебе разложить по полочкам, — огрызнулась девушка.
— Ну-ну, не кипятись.
— В этом-то и проблема, что здесь завязаны и физика, и психика, и сила. Все сразу непонятно в каких пропорциях. Григорий Сергеевич предложил решение, которое может помочь, но…
— Матильда откажется. Зная ее, откажется.
— Именно, — кивнула Ирэн. — И я понятия не имею, как ее уговаривать. А ведь на носу еще два испытания, она будет за нас переживать, и ей станет еще хуже.
— Если, конечно, не накачать ее успокоительным так, чтобы она спала сутками, — предложил я.
Ирэн наградила меня тяжелым взглядом.
— У тебя задатки мучителя, Михаил. Это тоже вредно. Слишком много мощных уколов ей тоже нельзя — организм не выдержит. У нас нет выхода.
— Или есть, — отозвался я. — Не знаю, но надо попробовать. Сможешь достать машину?
— Куда собрался?
— В Ириновку. Домой. Нужно кое с кем посоветоваться. Есть одна мысль, но я не уверен, что получится.
— Ириновка — это ведь в сторону Ладоги, да?
— Ага.
— Далеко… Я еще не ездила на такие дальние расстояния. Лучше взять водителя.
— На твое усмотрение. Собирайся, Ир. Поедем сейчас.
***
Автомобиль вез нас по северной трассе в сторону Ладоги. Мы с Ириной устроились на заднем пассажирском сидении. Девушка прикорнула на моем плече, доверчиво склонив на меня голову. Я ехал, наслаждаясь цветочным ароматом ее парфюма и поглядывал в окно.
Водитель по имени Иван, любезно предоставленный нам господином Ланге, молчал почти всю дорогу. Лишь раз, когда примерно на полпути мы проезжали мимо знакомых мне еще со старого мира озер, я поинтересовался:
— Это Лемболовские?
— Да, ваше сиятельство, — тихо отозвался Иван. — Сейчас еще над речкой Грузинкой будем проезжать. Знатная там рыбалка, Михаил Николаевич. Кол желаете, скажите потом Василию: организует выезд.
— Боюсь, Ваня, нам сейчас уже будет не до рыболовства…
— Это верно, ваше сиятельство. Это верно…
Иван сам предложил поехать северным путем, не заезжая в город. И хотя это стоило нам дополнительных двадцати минут, мы не заезжали ни в один крупный населенный пункт. Так мне было спокойнее. Впрочем, нельзя было исключать, что таинственные нападавшие не попробуют атаковать нас снова. На всякий случай я сконцентрировал немного силы ближе к ладоням, чтобы в любой момент ударить.
Но, к счастью, не пригодилось.
К тому моменту, как наше скромное авто въехало на подъездную аллею Ириновской усадьбы, все было тихо и чисто. Все же хорошо путешествовать в будние дни.