"Фантастика 2024-159". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

В этот раз их было гораздо больше, чем в мои предыдущие посещения. Сотни, тысячи полупрозрачных едва различимых фигур — и все стремились к нам, словно желали посмотреть на диковинку.
А диковинкой для них наверняка была Ирка. Все же представительница чужой семьи, которую я приволок в святая святых… Весь Род пришел познакомиться с той, кого я сюда затащил.
— Кто ты? — раздался нестройный хор множества голосов, когда духи к нам приблизились. — Кто ты, чужак?
  
Я обернулся к Ирэн и потянул ее за собой.
— Духи моей семьи, я представляю вам Ирину фон Штофф, дочь Алексея фон Штоффа и племянницу моей наставницы Матильды фон Штофф. Ирина Алексеевна — мой добрый друг.
— Друууууг? — ухнули разом голоса. — Друууууг?
— Друг, который мне помогает. Хотя мы подружились не сразу, — улыбнулся я. — Но Ирина Алексеевна мне дорога, она связана со мной клятвой долга.
— Доооолг! — зашелестели голоса. — Доооолг!
— Долг жизни, — тихо сказала Ирэн и, не выпуская моей руки, низко поклонилась. — Я приветствую вас, почтенные духи. Если мы нарушили ваш покой, то нижайше прошу прощения. Мы здесь потому, что я нуждаюсь в помощи.
Духи беспокойно задвигались.
— Помощь? Что за помощь? Кто просит о помощи?
— Я прошу, — твердо сказал я. — Но не для себя, а для своей наставницы. Я говорил там, под дубом.
Надеюсь, они все это слышали. Иначе я зря сотрясал воздух.
Один из духов, неуловимо похожий на одного из предков — я, кажется, видел его портрет в усадьбе — отделился от толпы и подплыл к нам.
— Хворь исцелить желаешь, — не спрашивал, а утверждал он.
— Да, почтенный, — я склонил голову. — Хворь женщины, что обучила меня, кормила и одевала и пожертвовала своим здоровьем ради этого. Она не брала с меня слово и не обозначала долг, но я считаю, что должен отплатить за доброту. А лучшая плата — попробовать вернуть ей здоровье.
Дух положил полупрозрачную серебристую руку на светящееся золотом плечо Ирэн.
— Голова хворает… — словно считав с ее души информацию, сказал дух. — Сломана! Сломана! Сломана! Дырка. Вавка. Брешь! Ум… Ум уходит… Воля… Воля гибнет!
Моя подруга испуганно на меня взглянула.
— Что он говорит?
— Перенимает твои воспоминания, — откуда-то я был уверен в том, что говорил. Знание пришло само. — Он тянется к Матильде через тебя. Ты для них сейчас самая надежная ниточка, чтобы все разузнать.
— Ум уходит… Тело подводит… Память… Память утекает… Сейчас ручеек, потом река, а позже — море… Море забвения.
— Все так, — кивнул я. — Скажи, почтенный, можем ли мы исцелить эту женщину?
Дух оторвал полупрозрачную руку от Ирэн и отступил на шаг.
— Исцелить? Можно… Можно найти брешь. Можно залатать. Закрыть… Лабиринт… лабиринт нарушился. Шарик должен бегать по лабиринту, а он не бегает. Потому что Лабиринт сломался. Починить лабиринт, поставить стены в нужных местах…
Дух говорили загадками, но, кажется, общий смысл я все же улавливал.
— Вы поможете мне?
— Помочь можно… — дух отпрянул и поднял на меня лицо с едва различимыми чертами старика. — Но зачем?
— Я считаю себя должником.
— Пока не истребовали, не должник, — осклабился дух. Да уж, тугой дедуля. Видать, просто договориться не получится. — Зачем вспомогать?
— Я должен отплатить Матильде фон Штофф за доброту, — повторил я. — Ведь она приняла меня как сына: кормила, поила, одевала, наставляла. Стала мне семьей, хотя не была обязана делать все это. И ни разу не попросила за это платы. Даже когда осознала, что помощь мне убивает ее.
Дух-старик начал медленно отплывать от нас назад, к толпе.
— Куда ты? — крикнул я. — Мы же не договорили!
— Обсудить… Покумекать… Решить!
Не отдавая себе отчета в том, что делал, я рванул за дедом, таща Ирину за собой. Девушка охнула от неожиданности, но поскольку она почти ничего не весила, то полетела за мной, словно воздушный змей.
— Ой!
— Тсс! — шикнул я и обратился к духам, стараясь высмотреть среди этих полупрозрачных теней брата. — Петя! Петя, ты меня слышишь? Объясни им! Ты же знаешь, что такое долг! Ты сам погиб, выполняя долг! Матильда… Она же служила государству, как и ты. И поэтому с ней сейчас такое! Ты должен понять!
Мне показалась, что один силуэт обернулся к нам, всего на пару мгновений задержал на мне взгляд светящихся, как две звездочки, глаз — но затем он снова присоединился ко всеобщему шушуканью.
Кажется, к нас на глазах собрался настоящий родовой совет. Нас с Ирэн не подпустили ближе — словно невидимая стена не давала нам пробраться дальше. Ирэн стиснула мою ладонь, но по ощущениям это было больше похоже на легкую щекотку.
— Они совещаются? — Спросила подруга.
— Да.
— Как думаешь, что решат?
— Не знаю. Совсем. Я впервые прошу их о таком. Для меня самого все это в диковинку.
Наконец духи расступились, и к нам подплыл тот самый старик. Остальные тени двинулись к нам, потихоньку окружая плотным кольцом.
— Род не даст столь великую силу для исцеления просто так, — вынес вердикт дух. — Ибо наш род древен, и хотя сила его велика, эту потерю мы будем восстанавливать многими поколениями. Источник тоже иссякаем, и отдавать так много даже для чужака, который с добром отнесся к нашему наследнику, мы не готовы.
Золотистые плечи Ирэн окончательно поникли. Но я не собирался сдаваться так быстро.
— Погодите, — я выступил вперед к деду. — Вы сказали, что не отдадите силу просто так. А если в обмен на что-нибудь? Что может компенсировать потерю? Что можно предложить из того, что Род готов принять?
— Род примет то, что пойдет на его благо, — назидательно подняв палец вверх, проговорил дух. — Потеря силы — не на благо. Она может понадобиться тебе, твоей сестре или вашим потомкам. Поэтому мы всегда должны заботиться сперва о тех, кто принадлежит к роду. Заботиться, копить силы и собирать мощь. Ведь без этого и ты, Михаил, не смог бы сделать того, что можешь творить.
Крыть мне было нечем. Позиция Рода ясна: по мелочи выдавить капельку для кого-нибудь — пожалуйста, да и то предки ожидали благодарности и всего прочего. А вывалить бочку силы для человека, который был им никем — фигушки.
Я скрипнул полупрозрачными зубами.
— На каких условиях вы согласитесь выделить силу на исцеление? — повторил я. — Что чужаки могут вам дать, чтобы вы согласились на обмен?
Духи снова зашелестели. Старик прислушался к голосам, но для нас с Ирэн этот шум ничем не отличался от шелеста листвы — ничего не разобрать и не понять.
Наконец “дед” качнул головой.
— Семье помогать мы будем. Или тому, кто принесет в род богатство. Или титулы. Что-то, что возвысит Род пуще прежнего.
— Но…
Внезапно все духи разом исчезли. Развоплотилось белое дерево, начал меркнуть огромный белый шар. Через несколько мгновений вокруг нас с Ирэн не осталось ничего, кроме яркого света, молочной белизны и почти незаметно клубящегося дымка на горизонте.
— Нам все сказали, — проговорил я, обернувшись к Ирэн. — Пора уходить.
Девушка растерянно кивнула.
— Знаешь, как?
Я знал. Сомкнув полупрозрачные веки и ухватив подругу покрепче, я принялся медленно выдавливать нас из коры дуба. Все начало стремительно темнеть, а еще через пару секунд нас обдало порывом неласкового ноябрьского ветра.
Я пришел в себя первым. Ирэн резко распахнула глаза и поежилась.
— Это… Это… Господи, как все странно!
Она даже несколько раз тряхнула головой, и ее золотые волосы разметались по плечам — прическа рассыпалась после того, как она сняла ленту.
— Нужно все обдумать, — сказал я. — Но сперва согреемся. Идем в дом. Наконец-то познакомишься с моей семьей.
  
— Д-да… Хорошо.
Ирка плотнее закуталась в шарф и взяла меня под руку — ей было неудобно пробираться по земле на каблучках. Да и выглядела она совершенно ошарашенной, что было неудивительно: не всякому выпадала возможность познакомиться с сердцем крепкого и могучего Рода.