Фиктивный брак госпожи попаданки (СИ)

— Прости меня. Пожалуйста. Я ужасно себя веду.
Я покачала головой, понимая, что не могу на него злиться. И даже наказать его не могу — горло удавкой захлестывала злость, стоило посмотреть на синяк и ссадину, оставшиеся на его щеке после хлесткого удара сэра Джона. Он носил кольцо-печатку с острыми краями…
Скверный из меня вышел воспитатель.
— Я стараюсь и делаю, что могу. Мне жаль, что могу я не много… — мои слова были полны горечью, и Уильям, почувствовав, поднял голову, а потом порывисто вскочил с кресла и подошел, сжал мою ладонь в своих руках.
  
— Тесса, пожалуйста, не слушай меня… ты самая лучшая сестра, и я без тебя совсем бы пропал… — он нервно улыбнулся, и его губы дрожали, а в глазах блестели слезы.
Я судорожно вздохнула, пряча свои слезы. Еще не хватало окончательно расклеиться при мальчишке!
Спустя время, когда мы оба успокоились, и Уильям снова пригрелся в кресле, он встрепенулся, словно вспомнил нечто очень важное.
— Сегодня в особняк доставили почту, и Элоиза забрала все письма себе. Мне показалось, там что-то важное — она так странно улыбалась…
Вот как.
Я вскинула брови, отметив тот факт, что дражайшая мачеха забыла передать письма хозяйке этого особняка.
Мне.
— Спасибо, — я улыбнулась и подмигнула ему. — Завтра же всё у нее потребую.
Утром я направилась к Элоизе в спальню. Еще до завтрака, первым делом после пробуждения. Вошла в комнату, которую она временно занимала, без стука, чувствуя сладкое злорадное удовлетворение. Она сидела перед трюмо в одном легком халате, и горничная укладывала ее волосы в затейливую прическу.
— Тесса? — красивое лицо исказилось недовольством, когда она увидела меня в зеркале. — Что ты здесь делаешь? Что-то случилось?
— Я пришла за письмами, — я по-хозяйски прошла на середину, чувствуя под ногами мягкий, пушистый ковер. — Которые ты вчера забрала и не отдала мне. Это недопустимо.
Элоиза поджала губы, на одно мгновение превратившись в озлобленную дворняжку, но очень быстро взяла себя в руки и с достоинством повела головой.
— Я всего лишь хотела помочь тебе, дорогая. Вижу, ты очень сильно занята, постоянно в разъездах, почти не бываешь дома… Письма лежат на моем туалетном столике.
Жестом руки я остановила служанку, рванувшую мне их подать, и забрала сама. С нее станется, еще по приказу хозяйки припрячет одно из них в кармане фартука.
Конверты были вскрыты.
— Мне кажется, Элоиза, ты забываешь, на каких правах живешь сейчас в особняке, — я обошла ее и остановилась возле трюмо, чтобы посмотреть ей прямо в глаза. — Письма, которые сюда доставляют, тебе не касаются, только если на них не указано твое имя, а я что-то таких не наблюдаю.
Я принялась бегло просматривать конверты один за другим. Обычные светские ничего не значащие послания… Взгляд зацепился за самый последний. Он же показался мне наиболее измятым: как будто письмо несколько раз доставали и вкладывали обратно.
Занятно.
В конверте притаилось приглашение на благотворительный бал, которые состоится через два дня.
В особняке герцога Норфолка.
По губам скользнула улыбка.
Там под благовидным предлогом я и расскажу ему о том, что творил маркиз Хантли за его спиной.
* * *
Жаль, что этому не суждено было сбыться.
  
Глава 7
 
— Ее светлость леди Тесса Толбот! — раздался голос распорядителя, и, стараясь держаться уверенно, я сделала первый шаг в освещенную люстрами бальную залу.
Мой наряд — платье глубокого бордово-винного цвета, напоминающее бархатистую сердцевину розы, — шелестел в такт шагам. Тяжелая юбка из нескольких слоев шелка мягко струилась вокруг ног, а открытый верх позволял увидеть ключицы. Прямо под линией плеч платье было украшено тонкой вышивкой темной нитью.
Волосы я оставила почти распущенными, лишь немного собрав у висков и скрепив на затылке заколкой. Волны локонов ниспадали вдоль спины, обрамляя лицо, и при каждом повороте головы я ощущала легкое прикосновение к обнаженным плечам. Было слышно негромкое шуршание ткани — шелк и атлас переливались в свете огромных хрустальных люстр.
Элоиза шла позади, но на нее я не смотрела. Мачеха за два прошедших дня не сказала мне ни слова — лучшее время с минуты, как она обманом заставила Уильяма пригласить ее пожить в особняке. Гримаса, которой исказилось ее лицо, когда я пришла в спальню и забрала письма, все еще согревала мне сердце.
Среди собравшихся я замечала любопытные взгляды, скользящие по моему платью и приподнятой голове. Имя моей семьи было у всех на слуху в последнее время. Но, думаю, на меня косились не только из-за светских сплетен.
Сделав глубокий вдох, я напомнила себе о цели своего визита и пробежалась по залу взглядом в поисках герцога Норфолка.
Он был хозяином вечера, и ему полагалось встречать гостей.
Что он, впрочем, и делал. Я увидела его в отдалении, окруженного такой толпой, через которую я не смогла бы пробиться. И потому решила немного подождать.
Разговор, который нам предстоял, не будет простым. И хорошо бы провести его подальше от чужих ушей.
— Миледи, — вкрадчивый голос маркиза Хантли едва не застал меня врасплох, но я заметила его приближение в последнюю секунду и успела повернуться.
Бальный фрак смотрелся на нем нелепо и громоздко. Мне показалось, он и сам чувствовал себя не в своей тарелке, и этим можно было объяснить раздражение и злость, сверкнувшие в его взгляде.
— Не ожидал увидеть вас здесь без сопровождения, — тяжело уронил он, когда я освободила руку из его хватки, мысленно благодаря глухие черные перчатки, которые избавили меня от необходимости терпеть его прикосновение к голой коже.
— Где же сэр Джон? — он нарочито огляделся по сторонам.
Я проглотила смешок.
— Милорд, я была представлена ко двору и могу появляться в обществе без сопровождения мужчины, — я посмотрела ему прямо в глаза. — Опекун необходим, чтобы улаживать исключительно юридические дела.
— Вы звучите так, словно вас это расстраивает, — протянул он.
— Так и есть.
— Считаете, что вы смогли бы вести дела семьи?
От его пренебрежительной, ничем не прикрытой насмешки на скулах заалели два пятна румянца. Спрятав руки в пышных складках юбки, я сжала кулаки. И заставила себя растянуть непослушные губы в резиновой улыбке.
— Ну, что вы, милорд. Куда мне, — сказала я мягко, зная, что во взгляде у меня нет ни капли веселья.
Маркиз Хантли все равно нахмурился. Кажется, ни один из ответов не пришелся ему по вкусу.
— Генри! Мой добрый друг! — к счастью, нас прервали.
К маркизу со спины подошел его знакомый, и я, воспользовавшись моментом, незаметно ускользнула в сторону. Миновав несколько групп беседующих леди и джентльменов, я увидела, что герцог Норфолк наконец остался один. Он стоял у окна, уже успев избавиться от очередного круга светских бесед, и смотрел на танцующих с таким видом, будто они его не интересовали. Мне было известно, что Норфолк не любитель балов, и тем удивительнее был сегодняшний вечер.
Герцог заметил меня, и на миг наши взгляды встретились. Наверное, дело было в игре света и теней на его лице, потому что мне показалось, что на краткий миг его взгляд потеплел.
Впрочем, эта иллюзия очень быстро развеялась.
— Миледи, — проговорил он с легкой насмешкой в голосе, вновь став самим собой.
Мужчиной с невыносимым, тяжелым характером.
Я, приподняв подбородок, сделала неглубокий реверанс, и он ответил, как полагалось, поклоном, который получился даже глубже моего.
— Милорд, я должна с вами поговорить, — сказала я поспешно, пока решимость меня не покинула.
  
Герцог едва уловимо вздернул бровь. На его лице мелькнуло удивление.
— О чем же, позвольте узнать?
— Пригласите меня на танец, — его удивление лишь усилилось.
С какой-то точки зрения мое предложение звучало почти непристойно.
— Я не хочу, чтобы нас подслушали.