Лестница Пенроуза (СИ)
– Ты вставать будешь? – спросил Артур.
Вот что было странным, понял Имс – никакого нервного напряжения, никакой внутренней натянутости, словно тронь, и все лопнет. Артур смотрел на него спокойно, как будто это было в порядке вещей, что Имс среди дня валяется в кровати. Как будто это случалось регулярно и не вызывало у Артура никаких зашкаливающих за предел эмоций.
– И-имс, – позвал Артур и помахал у Имса перед глазами ладонью. – Ты чего залип?
И уселся рядом по-турецки, нечаянно толкнув коленом. Имс вдруг сообразил, что было неправильного: Артур вел себя непривычно. Нормальный Артур от соприкосновения коленками вмиг бы покраснел или дернулся бы и принялся извиняться, или, наоборот, прижался бы ближе и посмотрел такими глазами, какими смотрят в ожидании стартового выстрела. А этот Артур просто отвалился на подушки рядом, закинул руки за голову и сказал:
– Пока ты спал, звонил Кобб. Спрашивал, когда мы планируем быть в Штатах.
По интонации Имс сообразил, что он должен прекрасно понимать, о ком идет речь, но нет – никакого озарения не случилось. Поэтому пришлось промолчать, а кроме того, ему казалось, что сейчас гораздо важнее воспользоваться моментом и рассмотреть Артура детально. Раз уж тот вел себя так, будто ничего экстраординарного не происходило.
«Ах, ну да! – вспомнил Имс. – Это же мой сон. Тут все будет, как я хочу». Что, впрочем, никак не объясняло наличия какого-то неизвестного Кобба, но от него Имс попросту отмахнулся. Какие еще, к черту, коббы, когда вот тут, прямо рядом, на кровати – Артур.
От Артура пахло возбуждающе: солью и солнцем, теплым молодым телом, каким-то неясно-древесным одеколоном и отпускной негой. Он лежал рядом такой близкий, разогретый, и с этой кожей как крем-брюле… Точно как французский десерт, такой же изысканный и соблазнительный, подумал Имс и еще раз напомнил себе, что это все сон, и сон – его собственный, а значит…
Тут Артур повернулся к Имсу лицом, и Имс увидел у него на боку, вдоль ребер, длинную белую полоску старого шрама. Удар ножом, пришелся по касательной, пришло на ум Имсу, и одновременно фоном мелькнуло удивление – как он это определил?
Он протянул руку, коснулся указательным пальцем шрама, провел вдоль, нажимая подушечкой. Артур чуть изогнулся, ему было щекотно. Улыбнулся Имсу прямо в глаза: коротко, но счастливо. Имс моргнул, слегка поплыл.
– Что? – спросил Артур с легкой хрипотцой в голосе.
– Откуда шрам? – осведомился Имс, тоже чуть хрипло.
Глаза Артура удивленно расширились.
– Ты что, Имс?
До Имса дошло, что он ляпнул что-то не то, поэтому он промолчал и лишь пожал плечами, мол, а что?
– Ты что, забыл? – Артур все еще смотрел удивленно, но чуть отодвинулся, нахмурился, и Имсу стало внезапно неприятно – захотелось, чтобы Артур снова был вот так же близко, чтобы чувствовать запах разгоряченной сухой кожи.
– Погоди-ка, – обронил Артур, роясь в кармане. Имс ждал, как было велено.
Артур выудил из кармана какой-то маленький предмет, повертел в пальцах и легким и точным движением бросил на стол. Предмет дробно прокатился по столешнице, замер, и Имс опознал в нем игральную кость. Артур обернулся, привстал на кровати, взглянул на красный кубик, сгреб его ладонью и снова сунул в карман.
– Да нет, вроде все в порядке, – буркнул он себе под нос, снова придвигаясь к Имсу и заглядывая в глаза. – Не сон. Имс, ты себя нормально чувствуешь? Кажется, ты перегрелся на солнце.
Честно говоря, Имс себя чувствовал абсолютно ненормально. Но радостно и тревожно – как на пороге чего-то значительного. Сон был явно из разряда приятных, и что-то подсказывало Имсу, что сейчас будет еще лучше.
– Говорил я тебе – голову напечет на пляже целый день валяться, – с неудовольствием в голосе попрекнул Артур. – Возись теперь с тобой как с ребенком, господи!
– Не надо как с ребенком, – прошептал Имс гортанно и потянул Артура за руку. – Иди сюда, будем возиться как взрослые.
Артур сложил брови домиком, но послушно забрался Имсу на колени верхом, устроил локти на его плечах и взъерошил волосы. Имс провел ладонями по артуровым бокам, погладил спину, понял, что с каждой секундой дуреет все сильнее, и разрешил себе – наконец-то. Позволил взять то, что ему так долго предлагали, то, что хотелось так давно и так сильно. Тем более, коварно подсказало подсознание, во сне можно делать вообще все, что угодно. Абсолютно все. Любая фантазия. Имс запустил руки за пояс шорт, огладил бархатные ягодицы и вот тут очумел совершенно.
– Снимай быстро свои штаны, Арти,– велел он глухо, вдохнул со свистом сквозь сжатые зубы, чтобы хоть немножко еще сдержаться, не набрасываться совсем уж как с голодухи. – Не могу, блядь… сколько терпел…
– Угу, сколько терпел… – Артур ловко избавился от своей одежды и от покрывала Имса, снова забрался на колени и обхватил имсову талию ногами. – С утра-то…
Но Имс уже не обращал внимания ни на какие несуразности. Его крепко прихватило, кровь бухала в ушах, как канонада, и оттуда текла вся прямиком в пах. Яйца ныли так, как не случалось с ним уже много-много лет, и член набух болезненно туго, казалось, еще пара секунд – и лопнет. Артур темпераментно ерзал, задевая задницей по головке, прерывисто дышал точно Имсу в макушку, волосы от этого щекотно шевелились, и вдоль позвоночника прокатывались волны жгучего озноба.
– Приподнимись, – попросил Имс, подтягивая Артура вверх.
Член Артура мазнул по его животу влажным, Имс чуть не заорал – как не кончил в ту же секунду, сам не понял. Он уткнулся Артуру в шею у плеча, а в голове мячиком для пинг-понга скакала одна-единственная мысль – как бы не прикусить Артуру яремную вену. Все другие соображения ухнули уже вместе с остальным миром в тартарары. Собственно, вспоминать об этом было некогда: Имс как раз полез пальцами дальше, нащупывая, пробуя, растягивая, и тут Артур прохрипел:
– Давай уже, что ты возишься… утром же трахались, еще не закрылось ничего… ооо, да, дальше! – и сжал Имсу шею так, что чуть не удушил.
Имс в ответ выдохнул что-то, сам не понял что, но определенно похабное, судя по тому, как Артур всхлипнул и подался навстречу, и стиснул пальцами смуглые бедра, натягивая Артура на себя до конца. Артур дернул Имса за волосы, просунул руку между ними, начал резко двигать ладонью вдоль члена, проходясь костяшками по животу Имса и сжимаясь внутри в том же ритме. Терпеть дальше было никак невозможно, оргазм накрыл Имса несколькими густыми волнами, а брызнувшая сперма Артура только добавила интенсивности и спазмов.
«Твою мать!» – с чувством подумал Имс и рухнул навзничь, продолжая удерживать Артура на себе. Ошеломление как будто выплеснулось из него вместе с оргазмом и поглотило всю комнату. По крайней мере, никаких звуков, кроме дыхания Артура у своего уха, Имс больше не различал.
– Санторини определенно идет тебе на пользу, мистер Имс, – просипел рядом Артур. Помолчал и сказал с плохо скрытым удовлетворением: – Черт, прямо как в первый раз… Теперь синяки на ребрах будут. Бешеный.
Имс хотел возразить, что это и есть первый раз, но сил никаких не было, и горло пересохло. И еще хотелось хоть на минуточку закрыть глаза.
И он закрыл.
***
С момента приземления они не перекинулись и десятком слов. Молча и деловито отыскали на ленте свои портпледы и сумки, прошли паспортный контроль и вышли в распростертые объятия Миши. Пока ползли по всем пробками вечерней Москвы, Артур дремал в своем углу, а может быть – притворялся. Имс ассистента не тревожил, на сетчатке все еще фотоотпечатком стояла комната с низким потолком, темно-коричневые завитки волос, немного влажные от пота, на губах – вкус неторопливого посторгазменного поцелуя, в ладонях – отклик покорного тела.
К концу поездки Имс окончательно уверился, что сошел с ума.
Миша остановил машину прямо перед козырьком подъезда, вышел, чтобы достать из багажника вещи шефа.
– Имс… – сонным голосом сказал Артур.