Лестница Пенроуза (СИ)

– Какую еще имитацию? – тоже озлился Имс, дернул локтем, выдираясь. – Ты видел это? Как я сначала был бабой, а потом…
– Ты заболел? Ты и должен был быть бабой, какого черта ты вернул свой собственный вид в разгар операции, идиот?!
– Еще одно слово, и получишь в морду, – не остался в долгу Имс, хотя положение отнюдь не стало яснее.
Спиной он чувствовал, что атмосфера в зале стремительно меняется: голоса бубнили уже не умиротворенно, а тревожно, люди стали с напряжением поглядывать в их сторону.
  
Но то, что случилось дальше, Имсу точно не могло привидеться ни в одном кошмаре. До этого знаменательного дня у него вообще кошмаров не было, а вот теперь пришла пора. Просто он этого еще не осознал, как не осознавал и тогда, когда увидел, как Артур ловким, незаметным и естественным движением, словно в тысячный раз, вынимает из-за пояса пистолет, вытягивает руку, приставляя дуло ко лбу Имса и – стреляет. Звука выстрела Имс уже не слышал.
***
Испугаться он, конечно же, не успел. Зато очень больно приложился локтем и коленом, грохнувшись на пол, и едва-едва ухитрился не разбить нос о грязный бетонный пол. В левом запястье дернуло и защипало, Имс взглянул и увидел покачивающуюся прямо перед носом короткую иглу-катетер на тоненькой жилке и крупную каплю крови на коже.
Оказалось, он свалился с лежанки, вроде той, которые держат в отелях у бассейнов и на пляжах, а рядом с лежанкой он увидел маленький столик со странным прибором, к которому и шла жилка с катетером, и, рядом, точно такую же лежанку, на которой уже сидел Артур, расправляя рукав рубашки.
– Да ты охуел? – заорал Имс, зашипел от боли, снова задев запястьем о лежанку, и вскочил на ноги. – Я тебе голову сейчас сверну!
Артур смотрел исподлобья, тяжелым взглядом, чуть ссутулившись – приготовился дать отпор.
– Это я тебе сейчас голову сверну, за срыв операции! – гаркнул он в ответ.
Имс даже не представлял, что Артур умеет так орать.
– Ты выстрелил в меня! Прямо в лоб!
– А ты чего хотел? Чтобы я выстрелил тебе в рот? Так я его пожалел, но еще одно слово, и разобью не задумываясь! Или надо было в колено, чтобы ты там повалялся еще?
– Я тебя сейчас прибью, Артур, – сказал Имс самым спокойным своим тоном. Даже самому страшно стало.
– Ну попробуй, – отозвался Артур так же спокойно. – Это какой уже раз ты мне обещаешь? Со счета еще не сбился?
Имс прыгнул с места, прямо через лежанку, отводя плечо назад, чтобы бить сразу, используя инерцию тела, утяжеляя удар. Лицо Артура было уже прямо перед ним, он четко видел свой собственный кулак, летящий к смуглой скуле, и тут его дернуло будто тросом, выламывая из пространства, выволакивая прочь. Он то ли летел, то ли падал, и падал куда-то в неизвестность, еще успел подумать, что вот так, наверное, выдергивают спиннингом рыбу из воды, и проснулся.
***
Проснулся снова на полу. Теперь уж в своей собственной гостиной, на ковре, и с тревожным и сердитым лицом Артура прямо над собой. В Имсе еще кипели адреналин и злость, и понимание, что сон кончился, пришло с секундным запозданием, когда он уже успел схватить Артура за горло. Однако глаза у Артура вытаращились скорее от удивления, чем от того, что Имс сдавил ему шею.
Потом еще и извиняться пришлось.
Хотя где-то в глубине души, очень-очень глубоко, Имса все-таки царапал маленький притаившийся коготок разочарования из-за несостоявшейся драки. От совершенно дурацкой мысли, что с Артуром можно было бы подраться, Имс почему-то чувствовал не угрызения совести, как вроде бы должно было быть, а наоборот – прилив вдохновения. Если это можно так назвать.
Артур, способный немедленно дать сдачи, Артур, готовый к атаке, Артур-соперник и друг одновременно – вот чего не хватало, и именно сейчас Имс осознал это в полной мере. Артур из снов казался другим именно поэтому. Там он не ждал, пока Имс сделает первый шаг, тот Артур мог прийти и взять то, что считал своим, и Имса в том числе.
Имс искоса посмотрел, как Артур возится с чайником и заваркой. Перед этим Имс прослушал возмущенную речь о своем несознательном поведении, ненормальном для взрослого солидного человека, и о том, что подобные безрассудные поступки непозволительны и чреваты опасными, очень опасными последствиями. Теперь Артур взял тайм-аут, видимо, готовился произнести вторую часть воспитательного спича.
И Имс вдруг понял, что ему надо этих опасных последствий – и срочно. Что его до звона в яйцах задолбала привычка притворяться перед самим собой, вся эта удачная и стремительная бизнес-карьера, необходимость играть по правилам, подчиняться ритуалам социума. Он давно уже перестал задавать себе тот самый, простой и глупый вопрос: живу ли я так, как хочу? К чему? Такие вопросы теснятся в головах у неудачников, неспособных реализоваться в жизни, а у него-то все нормально, все офигенно, лучше не придумаешь – карьера, деньги, вся жизнь впереди.
Хандра. Сплин. Очень по-английски. Лучше не придумаешь.
Или придумаешь? Или стоит все же спросить себя еще раз – нравится или нет? Вот чего хочется именно тебе, мистер Имс, успешный бизнесмен тридцати пяти лет от роду? Или так – к чему ты стремишься, студент Имс, юный раздолбай девятнадцати лет, имеющий странную привычку выступать в качестве подопытного кролика для своего друга, гениального химика-недоучки Юсуфа? Или так – о чем ты мечтаешь, девятилетний обормот Имс, сбежавший от родителей, чтобы отправиться юнгой в кругосветное путешествие (беглеца поймали в порту Ливерпуля)?
Из задумчивости Имса вывел громкий стук, с которым Артур брякнул перед ним на стол чашку с чаем.
Артур всем видом олицетворял неодобрение – напряженной спиной, задранным подбородком, поджатыми губами и раздувающимися ноздрями. Имс склонил голову к плечу, разглядывая и прикидывая, тащить ли в кровать мириться или сам успокоится? В итоге выбрал компромиссный вариант:
– Арти, пойдем прогуляемся, м? – предложил Имс. – Давай, давай, а то ты сейчас вспыхнешь от возмущения.
Артур открыл рот, хотел было что-то сказать, наверное, опять о поразительной беспечности, но передумал, пошел в коридор и стал там шуршать – одевался. Имс вышел, как ни в чем не бывало, натянул куртку, в тесноте коридора положил руки Артуру на талию и подтянул к себе, ткнулся носом в ухо. Ухо было теплое и нежное, а вот локоть, вдавленный ему в солнечное сплетение – твердый и жесткий.
– Не злись, Артур, – мурлыкнул Имс.
Зря только понадеялся на быстрое прощение и покладистость – как-то незаметно для Имса Артур растерял всю уступчивость, строптиво пихнул-таки локтем в живот, да так сильно, что Имс охнул и вынужден был выпустить Артура из рук.
– Как ты только посмел? – шипеть Артур тоже умел отменно, как оказалось. – Ты же взрослый человек, что за мальчишеские выходки? А если бы я не смог тебя разбудить? Да я и не мог, пока не сдернул тебя с дивана и ты не свалился на пол! Что, если бы ты впал в кому, а?
– Ну Арти-и… – проканючил Имс, но и это не помогло.
Артур снова сел на любимого конька.
– Это опасно, мы говорили об этом, и ты со мной согласился! Ты со-гла-сил-ся со мной! А потом ты пудришь мне мозги выдуманной болезнью и лезешь прямиком в пекло! Имс, ты идиот.
– Арти, осади, на минуточку, я все же твой шеф.
– Это в офисе ты мой шеф, и я еще подумаю, как долго это продлится, а тут!
– О боже мой!
– Мы договорились, что будем делать это вместе, – продолжал кипеть Артур.
– Ну, я думал, ты там будешь, это считается?
Они уже спустились в лифте и вышли на улицу. Артур обернулся и посмотрел Имсу в глаза. Имс сделал самое невинное выражение лица и сложил губы бантиком.
  
– А ты определился, кто тебе нужен? – спросил Артур почти неслышно. – Кто? Я? Или тот, другой Артур?
Имсу показалось, что он с размаху впечатался в каменную стену.
– Вот как? А ты, дорогуша, определился, кто нужен тебе? Я, или тот, другой?