Лестница Пенроуза (СИ)

Имс положил раскрытый пухлый альбом на круглый столик перед диваном, и Артур всмотрелся в желтоватые старые фото.
Изображение, конечно, было не ахти какого качества, да и ракурсы далеко не самые удачные, лица и позы ненатуральные, как всегда на довоенных фотографиях. С одной такой фотографии совершенно безумным взглядом смотрел какой-то усач-брюнет с орлиным носом, в неряшливом мешковатом пиджаке, а рядом с ним… стоял Имс. Молодой, по-другому причесанный, одетый в свитер с высокой горловиной, но – Имс.
  
– Это твой дед? Господи, Имс. Да это же вылитый ты!
– Серьезно? Вот мама так же говорит, а я эти фото последний раз лет в 15 видел.
– Тогда понятно, что ты ничего не понял. Он же тут на фото вылитый ты сейчас! Ну, немного моложе… Как такое может быть?
– Ну, – сказал Имс. – Это-то как раз естественно. Я же его внук. Фамильное сходство, бывает такое. Нет, это мне как раз странным не кажется… А вот это! – Он ткнул пальцем в фотографию. – Вот это меня вводит в шок!
– Что именно? – непонимающе спросил Артур.
– Да вот же! – Имс еще раз потыкал в фотографию, и Артур увидел за спинами Теслы и деда Имса старинный кабриолет.
– Кабриолет тридцатых годов, и что? Только какой-то уж очень мощный… А, я знаю, видел на фотографиях! На таком ездил Аль Капоне, это редкая модель – кабриолет-лимузин.
– Вот именно. Таким лимузины-кабриолеты в середине 30-х строил Cadillac на базе модели V16. Им даже давали имена – например, «Queen Mary» и «Queen Elizabeth». Аль Капоне ездил в таком бронированном, ты прав. И еще на них возили президентов – Рузвельта, Трумэна, Эйзенхауэра… И у Теслы тоже был такой прекрасный монстр. Кто-то из властной верхушки ему его презентовал. Но дело не в этом… плевать, что он чертовски редкий и дорогой… Это же тот самый лимузин, на котором Тесла тестировал вечный двигатель! А потом над профессором начали смеяться, обвинять его в сговоре с дьяволом, он обиделся, вынул двигатель и выбросил его.
– Вечного двигателя не существует… – помедлив, сказал Артур.
Хоть в чем-то он должен был быть уверен!
– Только не когда речь заходит о Тесле! – ликующе провозгласил Имс. Он весь прямо светился.
– А теперь скажи мне, как могло выйти, что твой дед работал у Никола Теслы, и ты только сейчас об этом вспомнил?
– Я же тебе говорю, что не знал деда. Я и отца плохо знал, он тоже мне про него ничего не мог рассказать – отец умер, когда мне было еще совсем мало лет – пять, кажется. А маман… ну, она говорила, что дед был выдающимся физиком, работал в Америке, но у меня и двоюродный дед был выдающимся физиком… слышал о Джордже Стоксе? Закон Стокса о гидронамике? Так вот, дядя Роберт – его внук. А мама даже не знает, кто такой Тесла, ее, знаешь ли, наука вовсе не интересует, она не такого склада женщина… Вот ты бы спросил ее о сортах портулака…
– Да все ясно, да. Но все же сходство поразительное…
– О, Артур… Я тебе сейчас покажу поразительное! Иди за мной.
Артур повиновался, но не сдержался и захватил с собой несколько фото из тех, что не были рассортированы по страницам, а лежали отдельной кучкой, рядом с фото, запечатлевшим Теслу в компании деда Имса.
Они миновали старый фруктовый сад и вышли к гаражу, тоже очень старому на вид. Имс не без усилий открыл тяжелые ворота, отперев несколько замков, – видимо, гаражом давно не пользовались.
В гараже стояло что-то, накрытое порыжевшим от времени брезентом.
Имс оглянулся на Артура, потом хмыкнул, и от волнения у него чуть дрогнули губы. Потом стянул брезент в сторону.
– Дьявольщина, – выдохнул Артур.
Имс стоял и молча пялился на то, что давным-давно стояло у него в гараже и при его жизни ни разу не видело дневного света.
Он прекрасно сохранился. Блестел, как новенький, и вообще выглядел красавцем.
Красный лимузин-кабриолет. Cadillac V16. Автомобиль президентов и главарей мафии. И чокнутых гениев, как выяснилось.
***
Имс присел на капот, погладил сияющий лак, потом потер руками лицо.
– Не могу поверить, – сказал он хрипло. – Не могу поверить, Арти! Каким же надо было быть дураком… каким же снобом, чтобы не интересоваться своей семьей до такой степени… Я только вчера утром узнал от мамы, что в гараже что-то есть… Какой же я идиот. Боже, какой идиот!
– Имс… – беспомощно сказал Артур. – Ты же не знал.
– Вот именно. Не знал. И не слишком-то хотел знать. Они этого не заслуживают – ни мой отец, ни мой дед.
Артур покачал головой, не зная, что сказать, машинально поменял местами в руках фотографии, и вдруг что-то заставило его всмотреться пристальнее.
Ему показалось, что пол гаража вздрогнул.
– Нет, – неожиданно громко сказал он. – Этого не может быть. Нет.
– Darling? – подозрительно спросил Имс, а потом одним прыжком оказался рядом. – У тебя опять такое лицо…
На этой фотографии была снята компания из четырех человек, где-то на осенней нью-йоркской улице: Тесла в более теплом, но таком же ужасном пиджаке, совсем молоденький блондинистый юноша с тоненькими усиками, потом опять молодой Имс в длинном пальто и… Артур.
То есть выглядел он моложе, и прическа была другая – волосы длиннее, завивались на концах, и одет он был в дурацкий светлый плащ, как в нуарных детективах, и, наверное, это вообще была просто ошибка, показалось в неверном свете гаража, ведь все знают, какими бывают эти фото – да еще старые размытые фото… кого угодно за другого примешь… и...
Имс вынул карточку из пальцев Артура и поднес ее к лампочке.
– Мда, – спустя несколько минут заключил он. – Артур, мы вляпались во что-то конкретное.
Молча они вернулись в библиотеку, не замечая ничего вокруг, и Имс сразу взялся за графин со скотчем, стоявший на столике, разлил по стаканам. Потом сразу – еще по такой же порции.
Скотч обжег горло, но перед глазами все еще плавал туман.
– Имс… – наконец решился сказать Артур. – Я не сказал тебе. Все хотел, и не вышло. Я видел вчера сон… но другой… про Нью-Йорк. Про Нью-Йорк тридцатых. Вернее, про нас с тобой в Нью-Йорке тридцатых. Ты был в этом самом пальто. И упоминал какого-то профессора. Насколько я понял, мы у него вместе работали.
– Мать моя, – как-то слабо сказал Имс. – И что там еще было?
– Ты сказал, что тебя завербовала английская разведка и что за профессором немцы следят. Как-то так. А мне надо было ехать в Германию. Кажется, там были мои родители, и мне надо было их вывезти. Мы же евреи, – Артур вдруг усмехнулся.
– С каждым разом все веселее, – медленно произнес Имс и вдруг сорвался с места. – Так, я сейчас перерою тут все… Маман сказала, что от деда оставались какие-то записи, целая коробка. Они где-то здесь! Раньше надо было этим заниматься, раньше…
– Да что раньше, – устало возразил Артур. – Раньше ты меня не знал. И снов тебе не снилось…
– Раньше я тебя не знал? – ощерился Имс и кивнул на фото. – А это что?
– Он просто похож на меня! – вскинулся Артур.
– Ага. Так похож, что прямо мурашки ползут. Нет, что-то тут не то, Артур.
Пока Имс опустошал полки стеллажей, Артур налил третий стакан виски. Он забыл и об обеде, и о гостях, и вообще о том, где находится.
Сейчас значение имели только эти странные фотографии.
Да черта с два, значение имел только Имс.
Всегда – только Имс.
– Нашел! – торжествующе воскликнул Имс и приволок на стол большую коробку с бумагами.
Они стали жадно, чуть ли не отталкивая друг друга, рассматривать содержимое коробки.
– Ого… чертежи… записи об опытах… Черт, а если это чертежи Теслы? Боже мой, Артур, боже мой…
У них обоих страшно тряслись руки – и Артур не мог бы точно сказать, от чего – от виски, от страха или от эйфории.
  
– А это что?
Имс потряс перед носом чертежом, на котором был изображен некий чемоданчик с подробным рисунком и описанием внутреннего устройства.
И тут до Артура дошло.
Как все просто.
Пол же сказал: «Как причудливо тасуется колода, а сколько веревочке не виться…»