Вселенная «Станция Бякино». Трилогия (СИ)

Маша заплакала, и все обернулись в ее сторону.
– Ничего, всё нормально, – шмыгнула носом девушка. – Я просто вспомнила Ю.
Борис Валентинович вновь повернулся к карте и, освещая огоньком бензиновой зажигалки, принялся разглядывать округу.
– Хмм… А вот и она, – обрадовался мужчина. – Деревня Миловка. Остановку помнишь? Между Бякино и Ерелино. Вот после нее через километр примерно наш покойничек и вышел из леса.
  
– Получается, он почти четыре километра по железной дороге прошел? С раненой ногой? – удивился Сергей.
– Угу, и притом папаша не знал, куда идет, – добавил Борис. – Просто доверился собаке. Яся почти довела хозяина. Другое дело, смогли бы мы ему помочь? Потерял много крови, замерз, обессиленный от голода и долгой ходьбы. Псина только ближе к утру о хозяине вспомнила. Ты бы впустил раненого незнакомца в убежище?
Серёжа промолчал, решив не забивать себе голову проблемами, которых на данный момент нет.
– Вот то‑то и оно, – не стал дожидаться ответа наставник. – Можно не отвечать. Когда я впервые увидел тело, мне показалось, мужчина умер не этой ночью, а раньше. Уж больно оно какое‑то промерзшее, что ли. Я могу ошибаться. Так что, скорей всего, Яся не спешила звать на помощь вполне по понятным причинам.
Собака гавкнула на весь зал.
– Да‑да, про тебя говорим, – рассмеялся Борис Валентинович. – Свою кличку услышала.
– Значит, вы всё уже решили? – строгим голосом спросил Сергей. – Идете за девочкой?
– Не могу… Я просто не могу, – ответил Борис.
– Опять это чувство, про которое вы рассказывали раньше? – тихо спросил Серёжа.
– Думаю, да, – улыбнулся наставник. – Ты начинаешь меня понимать. Оно снова манит меня. Снегопад стихает, возможно, завтра и выдвинусь.
– Я не могу оставить жену одну, – оправдался Серёжа.
– Ничего страшного. Я буду не один, – Борис присел на корточки и позвал собаку похлопыванием ладонью по коленке. – Со мной будет Яся. Девочка доверится мне, только увидев собаку.
  
Глава 7
 
В динамике раздалось негромкое потрескивание. Вчера Борис Валентинович вбил молотком небольшой ржавый гвоздь в доску, закрывающую окно, и прикрепил на него радиоточку. Мужчина встал с кресла и покрутил ручку громкости. Заиграла легкая классическая музыка, но через несколько минут прекратилась.
– Тррр, крх… – послышалось вновь в громкоговорителе. – Значит так, это снова я, Сидорович. Поздравляю всех с окончанием этого чёртового снегопада. Небо прояснилось, и, скорей всего, начнутся похолодания. Скоро пришлю гонца ко всем смотрителям станций. Вы уж там встретьте его как полагается. И да, если этот проходимец опять начнет клянчить ресурсы якобы за ноги, скажите, что я ему их сломаю, когда вернется. Не переживайте, челноку заплачено сполна. Хотя… Как знаете.
В общем, хочу знать, как связь и кто меня слышит. Передаю микрофон Максиму Анатольевичу.
– Пшш… Пшш… – раздалось в динамике.
Тишина, после снова шипение. Скрип деревянных ножек об пол. Шорох бумажных листьев на столе. Громкий продолжительный, явно мужской кашель.
– Вот зараза, он что, не выключил микрофон, я же сто раз показывал, где тумблер, – диктор постучал несколько раз по головке микрофона. – Здарова, с вами снова Жмур. Извините, приболел. Простуда, сами понимаете. Теперь эфиров будет больше. Мне подарили баночку малинового варенья для ускорения, так сказать, выздоровления. Хотя выгодней ее все же продать и пожрать по‑человечески.
Снова продолжительный кашель. Ведущий, громко отхаркивая, куда‑то сплюнул.
– Короче, бродяги, важное и срочное сообщение от Славки Болта, читаю дословно.
«Обращаюсь ко всем порядочным выжившим бродягам на станциях Ерёлино, Бякино и Стромино. Если заметите в ваших убежищах гаденыша по прозвищу Хромой, просьба его задержать до моего прихода. Выдвигаюсь немедленно. Этот паразит ворует у спящих, а недавно нового напарника кинул на схрон. И да, может представляться другим именем и всё отрицать. Чёрненький такой, с короткой стрижкой, без бороды. Морда в прыщах и прихрамывает на левую ногу. За помощь с меня причитается, в долгу не останусь».
Диктор закончил читать, и в радиоточке заиграла энергичная музыка какой‑то иностранной группы. Борис покрутил пластмассовую ручку с недовольным видом, и звук стал тише.
***
Борис Валентинович проснулся рано утром. За стенами станции Бякино еще было темно. Серёжа с Машей вышли сонные из каморки проводить друга в путь.
– Зря вы, Борис Валентинович, отказались взять с собой близнецов, – зевая и протирая глаза руками, сказала девушка. – Они бы быстро у меня согласились.
– Нет, Маш, – ответил наставник. – Не думаю, что помощь двух автоматчиков мне пригодится. Тем более лыжи есть только у меня, а без них очень трудно пробираться по таким сугробам.
Мужчина нагнулся и погладил по голове подошедшую к нему немецкую овчарку. Яся с чуть слышным визгом зевнула и помахала головой.
Борис поставил на печку‑буржуйку чайник с водой. Дождался, когда он закипит. Затем налил в собачью миску воды и бросил два больших сухаря из какой‑то необычной формы булки.
Яся радостно залаяла.
– Нет‑нет, – Борис накрыл миску железной крышкой и поднял на уровень своей головы. – Нужно подождать. Слишком горячо. И учти, это тебе надолго. В пути перекусов не будет.
Опытный выживший еду с собой, конечно, взял, но есть ее в дороге не собирался. Бориса всегда клонило в сон после обеда, а в пути это чревато самыми плохими последствиями.
Серёжа вынес из каморки металлический термос, открыл крышку и поставил на стол. Маша насыпала в него чёрный чай и горсточку сушёных трав и ягод.
– Земляника? Ты меня балуешь. На праздник же оставляли, – улыбнулся Борис Валентинович и налил горячую воду в термос.
– Если вы замёрзнете, то и праздновать не с кем будет, – серьёзным голосом ответила девушка.
Молодой смотритель вынул из кармана спортивных штанов белый пластмассовый пузырек, со щелчком открыл крышечку и вывалил содержимое себе на ладонь. В руке парня оказались две таблетки непонятно грязного цвета.
– Держите, – протянул Сережа напарнику. – Это витамины. Так сказал челнок. Ну тот, с бородой, вы его знаете. Человек, вроде, надежный.
– Ха‑ха‑ха, – расхохотался Борис. – «Вроде надежный» звучит как‑то неуверенно. Да помню я его, ни разу не подвел. Нормальный мужик. Спасибо, брат, за беспокойство.
Мужчина крепко пожал руку и обнял молодого человека.
– Одну сейчас съешьте, другую, когда пойдете обратно, – посоветовал Серёжа и тоже приобнял по‑братски напарника.
– Сделаю.
Борис Валентинович развернулся к своему большому камуфлированному рюкзаку, с которым он обычно ходил в «ходки», поднял его с пола на стол и открыл.
Маша поставила миску с варевом на пол, и Яся с огромным удовольствием смела содержимое за несколько секунд, от чего девушка удивилась.
– А мы вообще ее кормим? – девушка посмотрела на мужа.
– Ой, псине сколько ни дай – всё съест, – развел руки Серёжа. – Я вас предупреждал насчёт кормёжки. Они как голуби, не имеют чувства сытости, поставь им мешок с семечками – и будут клевать, пока не сдохнут.
– Два сухаря, и мне мало, – тихо пробурчал Борис, так, чтобы друзья не расслышали.
Рюкзак опытный выживший собрал еще вчера. Положил немного еды: сваренную вермишель в целлофановом пакете, жестяную банку консервов, предположительно рыбных, пластиковую ложку и открывашку с деревянной ручкой. Запасная пара сухих носков, трусов и Сережины варежки. Вторые тонкие подштанники и такая же тонкая малинового цвета водолазка. Всю одежду герметично запаковал в пластиковый пакет. На случай, если сильно вспотеет или промокнет, провалившись в воду, не заметив под слоем снега.
  
Заправленную недавно бензиновую зажигалку и охотничий нож наставник решил также сложить в рюкзак, а не нести на привычных местах.