За гранью разумного. Том 4 (СИ)

Следующие четыре часа я занимался тем, что принимал, проверял и оплачивал заказанный товар, докупая по ходу дела то, о чем забыл. Например, накопители скафандра и комплексов дроидов были разряжены. И если инженерный комплекс имел свою автономную зарядную станцию с реактором и управляющим искином в одном корпусе, то абордажные таким похвастать не могли. Их предполагалось эксплуатировать исключительно на кораблях и, соответственно, использовать для подзарядки его энергошины. Так что пришлось докупать малый реактор с запасом топливных стержней и отдельной станцией очистки и заряда для скафа.
  
Через два с половиной часа после начала этой свистопляски со мной связался шахтер и сообщил, что он уже на подлете. Скинул ему номер ангара. После вырезания резаком руны накопителя на доставленной каменюке я убедился, что это именно тот минерал, что мне нужен. Так что шахтер получил оставшуюся сумму и улетел по своим делам, мысленно крутя пальцем у виска в мою сторону. Во всяком случае, именно такие эмоции шли от него. Ну а я натравил немного подзарядивших накопители дроидов инженерного комплекса на минерал, дав им задание нарезать из него бруски длиной пятнадцать, шириной пять и высотой два сантиметра, а также шары диметром семь сантиметров.
После того, как разобрался с покупками, я отправился смотреть бот. Аратанский штурмовой, он же абордажный бот пятого поколения проекта «Хорь» был рабочей машинкой штурмовиков и абордажников долгие годы. И честно заслужил добрую славу сначала на флоте империи, а потом и у частников. Крепкая броня, боевой энергетический щит, чего часто не было на других ботах этого класса, вернее, противометеоритные щиты стояли на кораблях любого класса, ибо столкновение даже с песчинкой на тех скоростях, с которыми они летали по системе могло привести к катастрофе, а вот боевыми щитами могли похвастать на все, мощное ракетно-плазменное вооружение, управляющий искин, возможность ставить на зарядку абордажные дроиды и скафы, отличная скорость и управляемость делали его по-настоящему грозной боевой машиной. Бот был способен перевозить два отделения штурмовиков в полном боевом, плюс две звезды абордажных дроидов, плюс средства усиления, снаряжение и боеприпасы. То, что его сняли с вооружения из-за перехода на новое поколение лет сто назад, еще ничего не значило. Корпорация, выпускавшая эти боты, продолжала клепать свою продукцию. У наемников бот ценился очень высоко.
Вообще, судя по галонету, сейчас в империи Аратан флот переходит на корабли восьмого поколения, ставя седьмое на консервацию. Соответственно, гражданские пользуются кораблями от шестого поколения и ниже. Во Фронтире наиболее распространены корабли второго-четвертого поколений. Хотя встречаются разные. И так примерно во всех человеческих государственных образованиях и во всех сферах: корабли, дроиды, бытовая техника. Только так называемые «старшие» расы: аграфы, сполоты и иже с ними стоят особняком и уже вовсю эксплуатируют технику одиннадцатого-двенадцатого поколений.
Сам бот мне понравился. Конкретно этому борту было двадцать три года с момента выхода из цехов завода и его остаточный ресурс составлял девяносто восемь процентов. То есть, это был абсолютно новый бот, даже с ЗИП-ом и расходниками, просто прошел обкатку. Как мне объяснил продавец, его заказал один клан наемников, полностью оплатил постройку, после чего исчез во Фронтире. Связанные контрактом корпоранты не могли избавится от этого бота и были вынуждены хранить его на своем складе в режиме полной консервации. И вот только недавно поступили данные, что корабль тех наемников был уничтожен в бою и все, кто был на борту, погибли, с подтверждением генетического материала. После этого корпорация с чистой совестью выставила бот на торги, таким образом продав товар два раза. Продавец его выкупил и пригнал сюда для перепродажи. И хоть цена его была заметно выше, даже по сравнению с аналогичными моделями, я все равно взял этот бот. Тем более, продавец в качестве бонуса давал двойной боекомплект для ракетных установок.
Оформив договор и зарегистрировав бот на себя, я перегнал его в арендуемый ангар, где принялся загружать в него свои покупки, а Арчи чистить искин от закладок. Даже в слабенький искин бота таковых напихали. Все внутрь не влезло. Средний транспортный контейнер ремонтно-инженерного комплекса, например, пришлось крепить на внешней подвеске. Завершив погрузку, я запросил разрешение у диспетчера на вылет и покинул станцию. Уже в космосе закрыл аренду ангара и отправился к местной звезде. Нужно было полностью зарядить магические накопители. А как мы выяснили, максимально быстро они заряжаются возле звёзд. До желтого карлика было четыре часа лёту, по расчетам Арчи, так что я оставил его на контроле, попутно выдав задание найти нам «лошадку» в сторону Фронтира, а сам отправился в десантный отсек. Бот не обладал гипердвигателем и не мог самостоятельно совершать межсистемные прыжки. А мне было нужно «уйти с радаров», чтобы можно было спокойно шастать между Землей и Содружеством. Так что мы с Арчи решили найти во Фронтире какую-нибудь аграрную планету и затихариться на ее поверхности. Буквально через десять минут симбионт передал информацию о конвое торговцев, который через десять часов уходил во Фронтир и искал попутчиков. Как раз успеем обернуться до звезды и обратно.
Обычная практика в приграничных системах. Собрали конвой транспортов с нескольких планет под прикрытием наемников, притащили сюда руду или пищевые картриджи, закупились дефицитом, на кораблях осталось свободное место, вот и берут с собой желающих рискнуть своей шкурой во Фронтире, дабы сократить расходы. Просмотрев маршрут конвоя, мы выбрали подходящую планету, после чего я связался с капитаном корабля, предоставляющего свои услуги на ниве перевозок, описал имеющийся у меня груз, назвал точку назначения и, подписав договор на доставку меня и моего имущества до точки назначения, оплатил половину суммы. Вторая половина будет оплачена перед закрытием контракта.
В десантном отсеке дроида пара оставленных ремонтников продолжала пилить минерал на бруски и шары. Послав одного из них за новым рюкзаком и клеем, я взял в руки брусок накопителя. Да, мощная штука получается. В это время вернулся ремонтник, положил передо мной затребованное и вернулся к прерванному занятию. Именно рюкзак Содружества я решил использовать как основное средство транспортировки груза в путешествиях. Уж больно удобно он раскладывался. При особой сноровке туда можно было даже абордажный скафандр засунуть. И хоть он сам по себе и был довольно объемный, примерно сто двадцать литров, при неполном заполнении с помощью ремней его можно было утянуть так, что он буквально прилипал к спине. К тому же, этот рюкзак мог менять цвет по желанию владельца. Пара росчерков рун на поверхности рюкзака превратили его в артефакт, а наклеенные с помощью специального клея снаружи и изнутри бруски накопителей довели объем пространственного кармана до гигантского объема. Туда сейчас можно было линкор запихнуть, если бы он влез. С такими объемами надобность в остальных сумках отпадала. Так что всё их содержимое перекочевало в новый рюкзак, впрочем, как и сами сумки. Не выбрасывать же их.
За восемь часов мы успели смотаться до звезды и вернуться к станции. За это время дроиды закончили пилить минерал, и я сложил полностью заряженные накопители в рюкзак. Подлетая к станции, связался с капитаном извозчика, уточнил координаты и пошел на стыковку. Затем через портал сообщил Тимке, что меня пять дней на связи не будет – ухожу в гипер. Корабль, на котором мне предстояло лететь, был модифицированный под рейдер средний транспортник третьего поколения арварской постройки. Во фронтире все транспорты были модифицированы под рейдеры. Те, кто пытался летать на «чистых» гражданских судах сейчас либо трудятся где-то с рабским ошейником на шее, либо плавают в пустоте в виде куска замороженного мяса. Мне выделили место под бот и его груз на лётной палубе, и капитан лично вышел меня встречать. Удивленно поднял бровь, кода увидел меня выходящего из бота в абордажном скафе с штурмовым комплексом в руках и недовольно поморщился, когда вслед за мной из бота выметнулись две звезды абордажных дроидов и взяли моё имущество под охрану. Поморщился, но смолчал. Ибо в договоре был пункт, что я имею право защищать свою жизнь и своё имущество любыми доступными способами.