За гранью разумного. Том 4 (СИ)
И вот таких славных парней один из местных князьков решил нагнуть, обложив хорошим таким налогом, хотя по общей договоренности искатели налог не платили. Парни просто пожали плечами и ушли на территории соседних княжеств. Последствия своего поступка князь почувствовал очень быстро. Во-первых, прекратился поток артефактов и усилителей, с помощью которого князь «прокачивал» свою дружину. Во-вторых, на порядки, да, именно на порядки, сократилось число торговых караванов, которые приносили в казну княжества неплохой доход в виде тех же налогов. Ибо торговцы, в основном, торговали именно на базах сталкеров. Спохватившись, князь отменил свой указ, но было уже поздно. Парни назад не вернулись. А через три года усилившиеся соседи, которые не ругались с искателями и постоянно получали усилители, в ходе молниеносной войны захватили и разделили между собой захиревшее княжество, повесив недальновидного правителя прямо на воротах его замка.
Впрочем, если против внешней угрозы все сталкеры действовали сообща, то вот внутри сообщества, или гильдии искателей бушевали немалые страсти. Как только люди набирают критическую массу в несколько сотен человек, сразу же начинают делиться на разные фракции, объединенные одной идеей. И не всегда эти фракции мирно ладят между собой. Нет, вне зоны всё было тихо, мирно, спокойно. Но вот в зоне случалось всякое. Тем более, с утилизацией тел там проблем никаких не было. Кроме этого, существовали просто откровенные бандиты, которые тоже сбивались в отряды, и таких было не мало. Ведь зачем рисковать и лезть в аномалии, когда можно просто отобрать добычу у одинокого сталкера? Самое интересное, что остальные искатели смотрели на них как на неизбежное зло. Поначалу пытались бороться с этим явлением, но бандиты, с упорством таракана в бомжатнике, появлялись вновь. В конце концов на них махнули рукой. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Тем более, банды не занимались грабежом вне зоны заражения. Сумел выйти с хабаром за границу зоны, можешь быть уверенным, что тебя никто не тронет. Зато в зоне ты можешь защищать себя всеми доступными способами. Нет, иногда такие персонажи вдруг решали, что они стали круче вареных яиц и теперь общепринятые законы им не указ, но таких крутых очень быстро множили на ноль объединившиеся искатели. Показывая остальным, что законы соблюдать надо.
Насчет торговли, вернее расчетной системы, электронные и бумажные деньги теперь ничем не обеспечивались и народ вернулся к чеканке золотых и серебряных монет. И чего людей так к этим металлам тянет? Ведь не используется в производстве сейчас. Но нет, серебро-злато, наверное, всегда будет сопровождать человечество на любой планете и во все времена. Также очень широко использовался простой бартер, особенно при расчетах с крестьянами.
С производством все сложно. Кое какие заводы, конечно остались, как и шахты с полезными ископаемыми обеспечивающие производство ресурсами. Да и некоторые энергетические мощности еще работали. Но с каждым годом все труднее было поддерживать оборудование в рабочем состоянии. Само оборудование изнашивалось. Уходили старые кадры, а квалификация новых позволяла только выполнять им заученный набор манипуляций, чтобы получить изделие, но при этом не понимая сути процесса. Грубо говоря, сейчас люди, состоящие в гильдии мастеров, как они себя гордо называли, выполняли роль дроидов, действующих по определенной программе. Хорошо еще что у них все существующие на планете атомные электростанции попали в зону заражения, а то бы эти «мастера» точно устроили бы здесь местный Чернобыль. В принципе и без них две станции, одна на этом континенте, вторая через океан, рванули. К остальным в первые дни Катастрофы высылали экспедиции из спецов, которые глушили реакторы. Каким образом – Мирослав не знал. Давно дело было. Да и в атомной энергии он разбирался как свинья в колбасных обрезках. Тем не менее, какое-то производство на планете удалось сохранить. Карабин Мирослава, например, имел следы именно промышленного производства. Впрочем, он ему достался в наследство от отца, а отец мог запросто вытащить его из зоны. Но новое оружие производилось на заводе. Это Мирослав знал точно. А вот патроны снаряжались уже на месте. Поэтому стрелянные гильзы тщательно собирались. Пули отливали из свинца местные, порох и капсюли привозили торговцы, что являлось косвенным признаком наличия работающих предприятий химической промышленности.
Часов пять я держал парня в бессознательном состоянии, перебирая его память. Устал, как собака. Пора было закругляться. О нюансах можно будет расспросить его при личной беседе. Напоследок посмотрел информацию о самом Мирославе. Отец был сталкером и не вернулся из зоны, когда Мирославу было восемь лет. Мать парня горевала недолго и быстро сошлась с местным держателем корчмы. Там же и работала. Как такового института брака тут не было, решила пара жить вместе – никто и слова не скажет. Отчим ни Мирослава, ни его родную младшую сестру невзлюбил. Постоянно придирался. Мог и отлупить. Так что как только парню исполнилось пятнадцать, а взрослеют тут рано, детства, как такового нет, и он почувствовал, что теперь сил ему хватит, Мирослав достал из захоронки отцовский карабин и пошел в зону. Сначала «бомбил» квартиры, собирая всякую мелочевку, которой побрезговали другие сталкеры. Сегодня решился отправится за артефактом, ибо денег за мелочевку много не выручишь, и даже сумел добыть его. Но тут судьба его свела со мной. Мечта у парня была простая – поднакопить деньжат, забрать сестренку и свалить подальше от зоны, отчима, да и матери, которая стала им со временем чужой, особенно после того, как понесла три раза от корчмаря.
Отцепившись от головы Мирослава, я посмотрел в его безмятежное лицо. Пятнадцать лет, надо же, совсем еще ребенок. Но придется разговаривать и вести себя с ним, как со взрослым. Ибо по меркам его мира он уже вполне взрослый. Ладно, общую информацию и знание языка я получил, нюансы уточню при общении с другими сталкерами. Пришлось обламывать Тимку, который с горящими глазами жаждал начать исследование нового мира и особенно новой добычи:
- Тимофей, увы, ты остаешься.
- Чего это?! – вскинулся кот.
- В зонах происходит изменения животных весом более пятнадцати килограмм. А ты весишь все тридцать, если не больше. – пояснил я – Так что увы, тобой рисковать я не буду. В СТИКСе повезло, не заразились. Не надо испытывать удачу лишний раз. Лучше бы ты вообще находился подальше от меня в то время, когда я туда портал открывать буду. На Твердь пойдем только мы с Сарой.
- Ты тоже больше пятнадцати килограмм весишь. – обиженно засопел Тимка.
- На людей эта гадость не действует. – объяснил я – Ты здесь останешься пока мы будем отсутствовать, или тебя перекинуть в другое место? Тайга, там. Джунгли.
- Да тут побуду. – буркнул кот – В родных местах.
- Добро.
С памятью Мирослава пока было закончено, настал черед его одежды, экипировки и вооружения. Одет парень был в штаны и куртку стиля милитари темно-зеленого цвета. Никаких шевронов, надписей или чего-то подобного на одежде не было. На ногах носил полусапожки из кожи. Подпоясан был кожаным ремнем, на котором висели подсумок для карабина на два магазина, фляга с водой и нож. Под верхней одеждой были надеты стандартные футболка, трусы и носки. Одежда была явно фабричного производства, так что кое-какие предприятия легкой промышленности на планете сохранились. Интересно, что в качестве сырья используют. А вот обувь, ремень и ножны явно были изготовлены вручную, по заверению Арчи. Сам я в этом не разбираюсь. Да и Арчи не особо разбирался, пришлось открывать мини-портал на станцию Содружества, чтобы симбионт мог подключится к Галонету и найти нужную информацию. На шее парень таскает непонятный мне кулон, похожий на наконечник стрелы или копья, на обычном шнурке. Хотя сам кулон судя по виду и весу из золота. Про религию и веру я у Мирослава в голове не копался, возможно этот кулон имеет какое-нибудь религиозное значение.