Vacuum Horrendum. Не будет мира в Карфагене (СИ)
Как там говорил рейш Гамильтон бар Тапуз? Пришло время одержать новую победу.
— ФЕНИКСЫ! — воскликнул Хирам. — За мной!
И Фениксы пошли за ним.
……………………………………………..
Первый римский баллон обнаружился минут через пять. Он лежал на главной площади Вестерголена, как выброшенный на берег левиафан. Легионеры постепенно выбирались из него и выстраивались в ряды для дальнейшего наступления. Центурион Тигробой был здесь же и орал в переносной телепередатчик:
— Мы прибыли на планету, прекратите бомбардировку!!!
На самом деле бомбардировку прекратили еще минут двадцать назад, но у Корнелия Тигробоя был богатый опыт, поэтому он знал, чего ждать от флотских придурков. Никогда не мешает подстраховаться.
Император Тапробаник, ближайший к месту действия старший офицер, в свою очередь, знал, чего ожидать от центуриона Тигробоя, поэтому спокойно отвечал:
— Вас понял, огонь прекращаем. Остаемся на волне, обращайтесь за поддержкой.
Затем прозвучали первые выстрелы наземного боя. Тигробой вскинул глаза. Фениксы наступали в своей обычной манере, выстроившись в плотную фалангу (на сей раз влияние было греческим). Полупрозрачные бронещиты плотно сомкнуты, выставленные в бойницы скорпионы и нервобаллисты изрыгают огонь.
— В «черепаху»!!! — заорал центурион. Легионеры поспешно выполнили приказ. Несколько секунд спустя на площади вырос аккуратный квадрат, закрытый со всех сторон щитами — очень похожими на карфагенские, но фунтов на семь тяжелее. Неизбежные потери от пунического огня тут же резко сократились.
— В атаку! — прокричал Тигробой и выхватил верный парабеллум. — Бей гадов!
«Черепаха» медленно двинулась вперед.
— Пилумы… ЗАЛП! — последовал новый приказ.
В небо одновременно взлетели три сотни дротиков, оснащенных системой самонаведения. Но коварные пунийцы были готовы к такому повороту событий. Щиты карфагенской фаланги изменили угол, в окружающей атмосфере процент озона подскочил на несколько порядков, заискрилась система РЭБ. Большая часть римских дротиков была отражена; три или четыре даже развернулись на сто восемьдесят градусов и упали на римлян. Ответный удар Фениксов был ужасен. Засвистели вулканизированные петли пращников, и в ряды республиканской пехоты врезались осколочные гранаты. Бравый ветеран-центурион тут же оценил новое положение вещей.
— ПОЛНЫЙ ВПЕРЕД! — на сей раз влияние было военно-морским. — В рукопашную!
Легионеры перешли с медленного шага на марафонский стиль, бегом преодолели остаток дистанции, отделявший их от пунической фаланги, и два бронированных чудовища столкнулись с ужасающим грохотом. В ход пошло холодное оружие из ферротитановых сплавов и высокоуглеродистой стали.
— Общий сбор! Общий сбор!!! — заорал в передатчик центурион Тигробой. — Нас атакуют десять тысяч фениксов!!!
— Десять тысяч пенисов?!!! — ужаснулась Антония Северина, получившая это сообщение на общей волне. — Оптион, поворачивайте корабль!!! Нужно поддержать ребят!!!
— Слушаюсь, — кивнул Цезарь и задумался. У абордажника не так много орудий. Это вам не беллакруксер.
Сражение в центре Вестерголена тем временем разворачивалось. Все новые отряды легионеров, покинувших другие десантные баллоны, стекались на площадь, и теперь уже Фениксам пришлось нелегко.
— Тат-шофет, нам требуется поддержка! — не постеснялся признаться меальмен Хирам, прикрываясь щитом от очередного римского залпа.
— Отказано, — хладнокровно ответил Ашербанепал, следя за сражением в бинокуляры и через оптические приемники отдельных солдат. — Держитесь. Не уклоняйтесь от плана.
Меальмен проклянул Секретный План Битвы последними словами и приказал Фениксам перестроиться.
………………………………………………
Корабли эксадры легата Гнея Фламиния обрушились на и без того бурные воды пролива, разделявшего стурландские материки, и теперь, выстроившись в красивый полумесяц, на максимально возможной скорости неслись к берегу. Как в старые добрые времена. Гней Фламиний стоял на капитанском мостике своего «Императора Сципиона» и чувствовал себя античным полководцем перед высадкой где-нибудь в Африке или Британии. На горизонте уже вырастали башни и небосребы Сазерейна.
— Приготовьтесь к пробному залпу, — объявил легат, возвращаясь в свое кресло. Едва он успел это сделать, как с правого фланга пришла ударная волна и яркая вспышка.
— Задница Миноса, что это было?! — в ужасе воскликнул полководец, наблюдая за вырастающим на океаном прекрасным, белоснежным с оттенками небесно-голубого, ядовитым грибом. — Кто стрелял?!
— Пусков не замечено, похоже на атомную мину!!! — сообщил навигатор, пытаясь стабилизировать корабль. — Три наших звездолета уничтожено!
Легат соображал быстро.
«Пунийцы прыгнули выше головы — кто бы мог предположить — если они решились — вряд ли мина была одна» — промчалась через его голову цепочка мыслей.
— Поднимайте всю эскадру в воздух! Немедле…
Легат соображал быстро, но недостаточно. Вторая атомная мина, до сей поры тихо лежавшая на грунте, разорвалась прямо перед носом «Императора Сципиона» и отправила в гости к Миносу весь его экипаж и десантников-легионеров.
……………………………………
— Что там происходит? — поинтересовался император Марций Камилл, наконец-то прибывший на орбиту Стурландии.
— Похоже, эскадра Фламиния уничтожена полностью, — доложил расстерянный Тапробаник. — Эскадра Руфина понесла тяжелые потери, сам император погиб. Новый старший офицер, центурион Септимий Брага, принял решение отступить.
— Центурион?! Там что, не нашлось никого старше по званию?! — рассвирипел главнокомандующий.
— Никак нет, император. Тяжелые потери…
— Хм, — ответил Камилл и задумался.
Захват системы прошел как по маслу. Но гарнизоны Стурландии оказали слишком сильное сопротивление и преподнесли немало сюрпризов. Конечно, ничто не мешает развернуть главные калибры децирем и беллакруксеров, и превратить все три города в пыль… А смысл?
— Что с Вестерголеном?
— Наступление продолжается успешно, — воодушевленно сообщил Тапробаник. — К сожалению, трибун Марк Сульпиций погиб. Командование принял на себя центурион Луций Корнелий.
— Тигробой? — уточнил командующий.
— Так точно. Непосредственную поддержку с воздуха осуществляет эскадра императрицы Антонии Северины.
— Она все-таки нашла себе занятие по вкусу, — пробормотал Камилл. — Конечно, абордажники вполне для этого подходят. Однако, расход топлива для удержания в воздухе… Ладно, после битвы надо будет все тщательно рассмотреть.
— Наши дальнейшие действия? — почтительно поинтересовался Тапробаник.
— Атомные мины? — уточнил император. — Сделаем так. Достаточно будет освободить два анклава из трех. Хеландию уничтожить из космоса. На Сазерейн сбросить баллоны. Кто из абордажников еще не задействован?
— Эскадры Тита Эррекция и Децима Аврелия.
— Вот их и отправьте. Остальным кораблям оставаться на орбите.
…………………………………
— Если вас интересует мое мнение, рейш, то время пришло, — осторожно заметил аталеф Сифакс бар Мамута.
— Разумеется, оно меня совершенно не интересует, — благодушно заметил Гамильтон бар Тапуз, — но на этот раз вы правы. Все римские корабли уже собрались в пространстве над Стурландией. Насколько я понимаю, кроме эскадры, занятой уничтожением форпостов Вальгаллы и Рингелорда. Но она явно не заслуживает нашего высочайшего внимания. Пока не заслуживает. — Адмирал прищурил левый глаз, а правым пробежался по тактическим экранам. — Отлично. Первый звездолет… «Меч Изабеллы» стартует ровно через три минуты после моей команды. Остальные за ним по боевому расписанию. Всему флоту — общая готовность! ОТСЧЕТ ПОШЕЛ!
«Космос неисчерпаем», — сказал один из древних финикийских философов и в очередной раз оказался прав. Если римляне научились использовать в качестве подпространственных ворот горячие звезды и солнца, то карфагенские инженеры пошли еще дальше. Пунические звездолеты прибыли на Стурландию прямо через раскаленное ядро планеты и теперь ждали своего часа в расплавленной мантии.