Следуй по пути из лепестков персика 2 (СИ)
— А богатые получается них… ничего не делают. Зачем они тогда вообще нужны обществу, если бедные сами всё делают и без них справляются? Балласт какой-то лишний выходит, — усмехнулась Гу Мин Мэй.
Чун Хуа развернулась к своей молодой госпоже и удивлённо-непонимающе посмотрела ей в лицо:
— Барышня, тише, что с вами? Я даже не буду спрашивать, что такое балласт. Это явно какое-то нехорошее слово, — после нервного шёпота личная помощница огляделась по сторонам, чтобы узнать, не услышал ли кто-нибудь слов её барышни, и пугливо прошептала Мин Мэй, — Не произносите больше такого вслух в людном месте, это опасно, вас могут счесть за мятежницу!
— Я понимаю, что даже не посмотрят, что дочь семьи Гу не совсем здорова, если это кому-нибудь будет на руку… Поэтому не переживай, я такое говорю только тогда, когда уверена, что никто не слышит, кроме тебя. Тебе-то… я могу доверять? — Мин Мэй шутливо посмотрела на Чун Хуа.
— Что вы, что вы, молодая госпожа, я готова за вас жизнь отдать! — яростно проговорила юная служанка.
— Тем более, не забудь, я это говорю в нездоровом уме. Мало ли что кому могло показаться или послышаться, так можно обвинить кого угодно в чём угодно. Доказательств-то веских нет, — Ната легонько улыбнувшись развела руками. — Не думаю, что моя очень влиятельная семья допустит, чтобы меня наказали лишь по чьему-то вымышленному доносу.
— Барышня Гу Мэй, пойдёмте к госпоже и господину, чего здесь стоять в сторонке? Там и сёстры ваши, веселее будет, — спросила Чун Хуа, но молодая госпожа лишь отрицательно покачала головой.
Наташа не собиралась никуда сейчас уходить, сначала ей было необходимо присмотреться к окружающим людям и понять что, где, почему и как происходит, кто с кем общается и дружит. Нужно было хоть немного обезопасить себя.
Услышав, что в цзицзюй играют и их высочества, Наташа попыталась отыскать глазами в толпе второго принца Ли Ху, так почему-то хотелось поскорее его снова увидеть. Друзей у неё в этом мире было не очень много. Взволнованно она обшаривала глазами всё пространство, куда доставал взгляд, но безуспешно. Зато девушка обнаружила, что за Мин Мэй наблюдает множество знакомых и незнакомых глаз, почти все бросали на неё свой взгляд и о чём-то шептались.
Здесь уже был сын министра юстиции Сунь Хуи Чан и государственный учёный Цинь Шу-Хуэй. Молодые люди, увидев что законная дочь семьи Гу их заметила, улыбнулись, учтиво кивнув. Наташа, раздосадованная отсутствием своего высоковлиятельного друга, нерешительно кивнула им в ответ. Мужчины, заметив, что девушка кивнула кому-то ещё, сразу же нашли друг друга в толпе и смерили высокомерными взглядами.
— Барышня, пойдёмте к госпоже и господину, — снова досадливо проныла Чун Хуа, испугавшись что её молодая госпожа снова ввяжется в какую-нибудь неприятность.
Наташа-Мэй уже хотела согласиться, ведь всё, что могла, она уже увидела, но их гордое одиночество нарушили две девушки. Одна была похожа на новый облик Наташи, стройная, изящная, с нежной кожей и лебединой шеей, с чёрными блестящими длинными волосами, но с более резкими скулами, с более узкими хитрыми глазами и аристократичным поведением. Другая пухленькая, но с не менее лукавым лицом и излишней манерностью.
— Дальняя кузина, Гу Мэй, — почти нараспев, нежным голосом произнесла первая, вежливо медленно кивнув.
— Мэй-Мэй! — воскликнула вторая и схватила её за предплечье.
Наталья оторопело опустила глаза на свою руку и с натянутой улыбкой высвободилась:
— Ээ, хотелось бы узнать, кто вы?
— Я же Май Юань Джи! — ответила девушка и недовольно надула губки, потом снова улыбнулась и, явно нарочито, сделала лицо сообразившего что-то человека. — Ах, такая неприятность. Слышала, что ты потеряла память в результате несчастного случая и стала соображать, как младенец. Хотя ты и раньше… Мы твои лучшие подруги! Юань пишется, как источник, а Джи, как удача, — девушка постаралась приветливо улыбнуться.
Может быть, она кого-нибудь бы и обманула, но только не Наташу:
«Ещё две лицемерные особы… Меня окружали милые улыбчивые люди, медленно сжимая кольцо…», — она мысленно вздохнула, — «Божечки, за что мне это⁈»
— А меня ты тоже не узнаёшь? — спросила другая. — Твоя дальняя троюродная кузина Вэй Цинь Жань… пишется, как сияющее небо.
— Что-то не припомню, — улыбнулась Наташа-Мэй. — И что, мы тоже очень хорошо… дружили, прямо не разлей вода? — если прислушаться к тону в голосе девушки, можно было услышать нескрываемый сарказм и иронию, но незнакомые девицы приняли это за чистую монету.
— Да, мы были очень близки, как родные сёстры, — шаблонно растянула губы в улыбке Цинь Жань, её остальное маскообразное лицо было неподвижно.
«Хозяйка этого тела была явно недальновидна, раз дружила с такими, и не очень умна, раз её даже не подозревают в сарказме», — подумала Наталья. — «Хорошие, видать, подруги, если за столько прошедшего времени я узнаю о них только сейчас… Им явно что-то нужно от меня. Не хочу даже тратить на этих двуличных особ своё время».
— Сестрица Мэй-Мэй, пойдём туда, по дорожке в сад, подальше от этого шума, поболтаем? А то мы так давно не виделись, — попросила Юань Джи.
«Вот именно», — сразу пришли мысли в голову Натальи, она захотела поставить девушек на место:
— Спасибо за предложение, но я не хочу прогуляться, у меня есть свои планы. И ещё…
— Приветствую, барышня Гу Мэй, рад вас видеть.
Этот голос Наташа запомнила хорошо и медленно настороженно повернулась. Её худшие опасения подтвердились — рядом стоял и улыбался сын первого министра Се Шан Сай.
Лишь на мгновение замерев, Мин Мэй схватила за руки обеих девушек и торопливо потащила в ту сторону, куда они до этого указывали:
— Конечно же, нужно прогуляться и поболтать, я ведь вас так давно не видела! — громко обратилась Ната-Мэй к новым подругам, что удивлённо увеличили глаза и еле поспевали за Гу Мин Мэй.
Се Сай тоже изумлённо поднял брови, посмотрел вслед законной дочери семьи Гу и немного помолчав, произнёс про себя:
— Наверное я ей понравился,… стесняется просто.
* * *
— Сестрица… Мэй… — Мэй, куда ты так… спешишь⁈ — задыхаясь от быстрого бега, проговорила Юань Джи, явно, как и почти все благородные барышни этого мира, не привыкшая к быстрому передвижению на местности.
Наташа незаметно покосилась назад, и обнаружив, что Се Шан Сай за ними не следует, остановилась.
— Сестра Гу Мэй, что с тобой такое? — спросила Вэй Жань.
— Мин Мэй, почему ты не поздоровалась со старшим сыном министра Се? — озадаченно спросила Май Джи.
Наталья сделала несколько удивлённое лицо и посмотрела назад присматриваясь, хотя они уже довольно далеко ушли, свернув на тропинку в сторону зарослей деревьев. Шан Сая уже невозможно было увидеть.
— А что, там был старший сын левого советника⁈ Надо же, какая произошла траги-чес-кая… случайность. Я было грешным делом подумала, что подошёл какой-то неизвестный тип подозрительной бандитской наружности, — настороженно произнесла Мин Мэй, немного опасаясь, что всё-таки Се Сай может за ней последовать. — Ну ничего, я думаю, он это переживёт.
Заклятые подруги недоумевающе переглянулись, после снова изучающе посмотрели на Мин Мэй, что вела себя сейчас совершенно необычно для неё и разговаривала также.
Наташа развернулась к двум новым-старым знакомым:
— Девчули, запомните, нельзя разговаривать или куда-то ходить с малознакомыми, и тем более, незнакомыми дядями, а также брать у них подарки. Тем более у тех, что имеют подозрительную наружность.
— Гу Мэй, ты совсем обнаглела? Как смеешь учить старших тебя по возрасту? — презрительно и высокомерно фыркнула Май Джи.
— Ну да, ну да, — хитро и снисходительно улыбнувшись, произнесла Наталья-Мэй, но в мыслях рассмеялась: «Конечно же, вы старшие».
— Сестрица Джи-эр, — так спокойно улыбнувшись, что это со стороны даже казалось вяло, произнесла Цинь Жань, её движения были столь же размеренными, вальяжными, медлительными и спокойными. — Ты совсем забыла, что сестра Гу Мэй какое-то время росла в деревне в провинции, как мужланка, ничего не зная об этикете, манерах и жизни знати столицы. Давай не будем осуждать её, она ведь ещё и заболела, повредилась рассудком… не по своей же вине, — Вэй Жань аккуратно и эстетично промокнула нижний край глаза, будто стёрла слезу, после дотронулась ладонями до кисти левой руки Мин Мэй, — сестра Мэй-эр, так горестно за тебя.