Дела святейшие

— Что?
— Скажи, что передумала выходить замуж.
— Но... — Рона была явно растеряна. — Ты же раньше говорила, что...
— Я не говорю, что ты должна на самом деле отказаться, ты должна только это сказать.
— А если он согласится?
Вопрос прозвучал несколько малодушно, и веснушчатый нос подруги недовольно сморщился.
— Я, конечно, понимаю, что такого раскрасавца потерять безумно жалко, но... — Даша покачала головой. — Сама посуди: если жених сбегает после первого отказа, то что же будет дальше? И кроме того... — она понизила голос, — кроме того, интуиция мне подсказывает — он будет активно сопротивляться этому решению.
Рогнеда молча кусала губы:
— Не пойму, что именно тебя в нем смущает?
— Я пока и сама этого не пойму. Однако уверена, у него должна существовать весьма веская причина для того, чтобы вот так, с бухты-барахты, на тебе жениться. — Глядя на медленно облетающие лепестки шиповника, Даша на мгновенье задумалась. — И мне чертовски хочется эту причину узнать... — понизив голос, пробормотала она.
— Зачем? — неожиданно жестко спросила Рона.
— Что?
В своем охотничьем азарте, Даша совсем упустила из виду, что ее активность может выглядеть не менее подозрительно, чем скоропалительное жениховство полетаевского племянника.
— Зачем тебе знать, почему он хочет на мне жениться? — пояснила Рогнеда, пристально глядя в глаза своей нежданной заступнице.
— Ну... чтобы уберечь от возможных неприятностей, — пробормотала Даша.
— А с какой стати тебе меня от чего-то уберегать? Ты меня совсем не знаешь и...
Ситуацию требовалось срочно разрядить.
— То есть сострадание и бескорыстие ты относишь исключительно к своим добродетелям? — В голосе рыжеволосой гостьи звучала нескрываемая обида. — А все остальные могут помогать другим, только исходя из каких-то корыстных побуждений, так?
Рогнеда молчала. В лице появилась неуверенность. Даше стало безумно стыдно. Мало того, что она согласилась проверить это наивное создание, так теперь еще и манипулирует его чувствами. Успокаивало только одно — действовать она станет исключительно в интересах девушки, даже если Полетаев предложит ей пост министра внутренних дел.
Последняя мысль придала уверенности.
— Получается, никто, кроме тебя, не может испытывать желание помочь малознакомому человеку в затруднительной ситуации. Так?
— Не так, — возразила Рона. — Мне кажется, со своей жизнью я могу разобраться сама...
Рыжая голова решительно мотнулась из стороны в сторону.
— Не можешь! Не можешь, потому что у тебя нет опыта этой самой жизни. И в конце концов можешь ты внять советам хотя бы одной родственницы?!
Ее возмущение было настолько искренним, что Рогнеда невольно рассмеялась:
— Одной, наверное, смогу...
Даша незаметно перевела дух.
— Знала бы ты, что приходится переживать мне, когда в гости неожиданно приезжает мама, тетя или двоюродная сестра. Я уж не говорю о том, что случается, когда они сваливаются мне на голову все втроем.
— И что же случается?
— Конец света случается. Снятие стружки от макушки до хвоста.
— За что? Ты же вроде такая правильная.
— Да все за то же. Сначала они не могли мне простить, что я вышла замуж после недельного знакомства...
— Нет, и она еще дает мне советы! — всплеснула руками Рона. — Мы со Стасом хотя бы месяц знакомы...
Даша улыбнулась:
— Потому и даю. Они меня чуть со свету не сжили, когда узнали, что я развелась.
— Совсем хорошо. А сейчас?
— А сейчас... — Даша вздохнула, — сейчас все хором требуют, чтобы я снова вышла замуж. Им, видите ли, не нравится, что я живу одна. Это вроде как толкает женщину на безнравственные поступки. Можно подумать, штамп в паспорте ограждает от дурных мыслей.
Рона слушала ее очень внимательно:
— А тебе есть за кого выходить?
На конопатом лице промелькнула лукавая усмешка:
— Ну, в принципе... Есть тут один.
— И кто же он?
— Такой же красавец, как твой. С двух шагов не различить.
— И что, ты отказываешься?
— Угу. Четвертый год, — с тайной гордостью провозгласила Даша.
 
— Почему?
— Хочу убедиться, что он собирается на мне жениться исключительно по любви.
— Слушай... — Рона вдруг глянула серьезно, — а может, это не у меня проблемы, а у тебя?
— Что? — не сразу поняла Даша. — Какие проблемы?
— Может, просто у тебя такая мания — подозревать всех мужчин в корысти? Случайно твой бывший муж не использовал тебя в своих интересах?
Даша была не в силах вымолвить ни слова. Это было сущей правдой: ее бывший муж, делая предложение, цинично использовал ее в своих целях.
— Что, я права?
Даша отвела глаза:
— Слушай, давай займемся моей судьбой сразу после того, как устроим твою. Я ждала долго и еще подожду, а у тебя положение, как на рынке горящих путевок: решать надо быстро и правильно.
— Так что именно решать?
— Ситуацию с твоим женихом. Для начала скажешь, что хочешь год проверить его чувства.
— Год?!
Даша зашикала:
— Тише ты! Под чувствами я подразумеваю желание поставить штамп в паспорт, все остальное не возбраняется. Скажи, что готова даже родить ему ребенка...
Рогнеда смотрела на нее квадратными глазами:
— Извини, конечно, но я к этому совершенно не готова...
— Ты понимаешь разницу между глаголами «сказать» и «сделать»?
— Ну, в принципе...
— Да или нет?
— Понимаю.
— Вот и молодец. Значит, говоришь, что согласна на все, кроме регистрации.
— На все — это на что?
— На что обычно девушка согласна, когда встречается с молодым человеком?
— Не знаю.
Рона с трудом сдерживала смех:
— Хорошо, сейчас я тебе расскажу...
  
Глава 16
 
Пабло сидел, нервно раскачиваясь вперед-назад. Его знобило. Второй день от Софи не поступало никаких вестей. В голове мелькали десятки мыслей. Неужели эта дрянь его бросила? А ведь еще недавно он был практически уверен, что наконец-то удалось поймать удачу за хвост. Мулат прикрыл глаза, вспоминая тот день, когда ему предложили познакомиться с красивой, глупой блондинкой, помешанной на сексе, шмотках и буйных вечеринках. Поначалу он воспринимал эту связь как очередную работу, не слишком пыльную, но и не слишком разнообразную. Он даже начал тяготиться этой связью, как вдруг выяснилось, что при определенных обстоятельствах надоедливая любовница может превратиться в жену, жену, которой не было бы никакого дела до того, как и с кем он проводит время... И все к тому шло. Софи проводила с ним не только дни, но и ночи, никого не стесняясь, и казалось — дело за малым: избавиться от супруга. Однако стоило этой дряни овдоветь, как все тут же полетело к чертям. Новоявленная вдова неожиданно проявила такой жесткий и стервозный характер, что трудно было понять, кто же кого все это время использовал. А потом еще лучше: она подставила его и бросила. И вот теперь ему грозит какой-то фантастический срок за преступление, которого он не совершал. Кроме того, при падении он здорово повредил спину и почти не может спать. Нужен хороший врач, а денег нет даже на адвоката.
...И зачем только он поддался на уговоры этой девчонки? Кто украл перстень из музея? Откуда адвокату известно о цели его приезда? И главное — как, как уговорить Софи отдать медальон? Последнее особенно приводило его в отчаяние, он прекрасно понимал, что ни за что на свете вдова не согласится расстаться с медальоном. Даже если в этой камере ему придется гнить остаток жизни. Зачем, зачем он согласился на эту авантюру?!
И опять мысли возвращались к адвокату. Тот вел себя, словно Господь Бог — и освободить может по своему желанию, и знает, что он кольца не брал...
 
Мрачного вида охранник вернул пленника к действительности:
— К вам посетитель. Вы будете разговаривать?
Пабло пожал плечами. Можно подумать, это он здесь решает, кого принимать, а кого нет.