Любить Ромео (ЛП)
Бабушка фыркнула:
— Хотя бы белую рубашку. Всё-таки нужно поддерживать тему.
Все рассмеялись.
— А теперь давайте обсудим второго слона в комнате. Этот парень, с которым ты дерёшься, Ромео, — это что-то с чем-то. Я не понимаю всей этой возни с соцсетями, но вытаскивать на свет божий фотографию покойного человека из полицейского архива — это уж слишком.
Говорить в лоб — это про дедушку, и он сразу перешёл к делу.
— Лео пытается вывести его из себя. Он делает это с самого начала, и мне интересно, зачем, — сказал Ривер, отпивая чай.
— Это действительно отвратительно, — заметила Валентина, её голос дрогнул. — Тиа звонила сегодня утром, очень переживала из-за этого. Почему ты думаешь, он идёт на такие меры, чтобы нас задеть?
Ривер мягче взглянул на мать Ромео. Было очевидно, что между ними царили близкие и тёплые отношения.
— Всё ради того, чтобы выбить Ромео из колеи. Сделать это шоу громче, чтобы привлечь внимание, а значит — больше денег. Но то, как он это делает… — Ривер посмотрел на бескрайнее зелёное пастбище, уходящее к воде. — Заставляет задуматься, так ли он силён, как хочет казаться. Возможно, половина его стратегии — это всего лишь попытка залезть кому-то в голову.
— Согласен» — дедушка кивнул и посмотрел на Ромео. — Человек, который действительно работает, сосредотачивается на деле, как ты. Меньше слов, больше дела.
— Слушайте, я давно не дрался. Всё, что я могу сделать, — это подготовиться как можно лучше, выйти на ринг и надеяться продержаться подольше. Я не питаю иллюзий, что я более опытный боец. У него за плечами годы профессиональных боёв, а он хочет идти за поясом. А я просто хочу выйти оттуда целым и не опозориться. У нас разные цели.
Моё сердце сжалось от его слов. Я понимала, как это должно быть страшно — слышать, как кто-то ежедневно заявляет, насколько сильно он собирается тебя покалечить. Но Ромео держался стойко.
— Ты никогда не сможешь себя опозорить, — сказала я. — Ты принял вызов, работаешь невероятно усердно. Это так впечатляет. И то, что ты не поддаёшься на его провокации, говорит о тебе больше, чем что-либо ещё.
— Поверь мне, в своей голове я с ним спорю, — он усмехнулся, отпил чай и на мгновение выглядел так, словно мысленно перенёсся куда-то далеко.
— Мой папа не разрешает мне идти на бой. Я останусь дома с Тити и Джиджи, потому что они не хотят смотреть, как дерётся дядя Ро, а я хочу. Мы будем смотреть по телевизору.
Мама Ромео отвернулась, и я поняла, что она переживает не меньше, чем я. Но я собиралась быть на этом бою, чего бы мне это ни стоило. Я буду там на каждом этапе, болеть за него.
— Да, мы будем смотреть дома, — сказала Валентина, её голос дрогнул на последних словах.
К счастью, Бен и Шейла в этот момент позвали всех к столу. Следующий час мы провели за едой, разговорами и смехом. Разговоры становились легче и теплее.
— Я не понимаю, почему мне нужно быть восемнадцатилетним, чтобы сделать татуировку «Живи или Умри», как у моих дядей. Ты считаешь это справедливым, Деми?
— Вот он идёт к самой мягкой в группе, чтобы добиться своего, Бифкейк, — сказал Ривер, бросая кукурузный початок на тарелку.
— Эй! Я не мягкая!
Ромео бросил на меня взгляд и улыбнулся, и моё сердце, как обычно, перевернулось. Было что-то особенное в том, как он смотрел на меня. Будто я была единственной девушкой на свете. Будто он был готов свернуть горы ради меня, если бы я его попросила.
— Ты мягкая для Бифкейка, детка.
Он ухмыльнулся.
— Ну, ты знаешь, что я люблю принимать твою сторону, — сказала я Катлеру, который сидел между моей мамой и бабушкой, обе из которых были от него в восторге. — Но я согласна с твоим папой. Думаю, нужно быть взрослым, прежде чем делать что-то постоянное с твоим телом.
— Деми, ты моя девчонка. Ты не на моей стороне? — Его брови удивлённо поднялись, и все рассмеялись от его разочарованного взгляда. — Я хочу сделать это до боя дяди Ро!
— Я этого не говорила. Я думаю, мы можем сделать что-то временное, если твой папа будет не против. Я напишу ему и посмотрю, что можно придумать для тебя.
Катлер сжал кулаки и поднял их в воздух, а мой дедушка покачал головой.
— Этот мальчишка однажды будет править миром. Ты просто перевернул её без малейших усилий. А моя внучка так легко не сдаётся.
Снова взрыв смеха.
Я достала телефон и отправила сообщение Нэшу:
Я:
Эй. Бифкейк в отчаянии из-за ожидания целой жизни, чтобы сделать тату ЖиУ. А что если мы используем маркер и исполним мечту парня на бой? Он сможет смотреть из дома с фейковой татуировкой.
Нэш:
Чёрт. Этот пацан не останавливается. Ну, я уже позволяю ему ходить под именем Бифкейк, так что тату маркером — это последнее, о чём я буду переживать. Просто сделайте так, чтобы учитель не видел, чтобы мне потом не прилетело.
Я:
Ты такой мягкий.
Нэш:
Кто бы говорил. Как там Ромео справляется с утренним дерьмом?
Я:
Делает вид, что его это не трогает, но это не так.
Нэш:
Да, так и думал. Мы все переживаем, что он всё это держит в себе.
Я:
Я поговорю с ним. Просто нужно немного времени.
Нэш:
Рад, что он имеет тебя рядом.
Я:
Радa, что у него есть вы, ребята, рядом.
Он поставил «лайк» на моё сообщение, и я положила телефон обратно на стол.
— Всё, Бифкейк. Я нарисую татуировку маркером на твоей руке в неделю боя. Ты будешь поддерживать дядю Ро из Магнолия Фоллс, — сказала я.
Ромео взглянул на меня, его язык скользнул по нижней губе, и я сжала бёдра, пытаясь совладать с собой.
Этот мужчина вызывал во мне такие чувства, что их невозможно было описать.
Каждый день, снова и снова.
Мы просто не могли насытиться друг другом.
— Ты действительно моя девчонка, Деми, — сказал Катлер, поднимаясь со своего места и оглядывая стол. — Можно мне уйти? Я хочу, чтобы моя девчонка показала мне, как кататься на лошади, чтобы я смог однажды сделать ей предложение верхом.
Голова Ромео запрокинулась от смеха, и это был первый настоящий смех, который я услышала от него за весь день.
— Как мне с этим соперничать? — усмехнулся он.
— Ты уже победил. Я полностью твоя, — прошептала я ему на ухо.
Я взяла Катлера за руку и повела его к конюшне. Всё в этот день было легче, чем я ожидала, несмотря на напряжение между Ромео, Ривером и моей семьёй.
Все нашли мир, и больше не было никаких проблем.
И, казалось, мы наконец оставляли всю тьму позади.
. . .
Глава 21
Ромео
Ромео:
Деми и я взяли Катлера с собой к её бабушке и дедушке, и этот малый сел на лошадь так, будто он, черт возьми, профессиональный жокей.
Ривер:
Ты имеешь в виду Биффкейка?
Ромео:
Моя ошибка.
Нэш:
Спасибо, что сделали это. Он теперь просто обожает этих лошадей. Ты всё ещё бегаешь там?
Ромео:
Да. Деми заставляет меня гоняться с ней, пока она скачет на проклятой лошади, и поддразнивает, оставаясь всего на пару футов впереди.
Кингстон:
Люблю эту девушку. Она знает, как тебя подстегнуть. Может, ей стоит сделать татуировку ЖиУ?
Хэйс:
Не вижу Бинс с татуировкой ЖиУ. Это явно не её стиль. Но, думаю, она уже носит это в своей душе, если честно.
Кингстон:
Черт. Хэйс опять выдал глубокую мысль.
Я бы соврал, если бы сказал, что мне ничего не значит то, как сильно они полюбили мою девушку. Я никогда не встречался с кем-то, кто бы им хоть немного понравился. Деми стала частью нашей команды.
Хэйс:
Что я могу сказать? Когда надо, я умею быть глубоким. Что там с Лайонелом в баре?
Ривер:
Чертов Лайонел. На него подала в суд Дженна Тейт, потому что она поскользнулась на какой-то слизи или льду за барной стойкой. Всё, что ему нужно было сделать — оплатить её медицинские счета. Это был несчастный случай на работе. Но его упрямство превратило это дело в полный бардак.