Слуга Земли

Поскольку в тронном зале никто не собирался делиться секретами, я сосредоточилась на других местах, скользя по проходам в стенах библиотек и гостиных. В некоторых местах коридоры были настолько узкими, что мне приходилось двигаться боком, стараясь не думать о том, что будет, если я застряну.
Мой самый важный прорыв случился однажды днём, когда мои исследования совпали со встречей кандидатов из Дома Иллюзий и Дома Света в богато обставленной гостиной. Я могла видеть их через глазок: Гаррик и Гита из Дома Света сидели на диване, в то время как Карисса и Маркас беспокойно шагали туда-сюда, словно не могли стоять на месте.
  
— Ну же, — сказала Гита. — Хоть намёк.
Она выглядела безупречно: каштановые волосы были уложены в изящный пучок, а снежно-белое атласное платье идеально ниспадало до пола.
Карисса рассмеялась — её смех звенел, как колокольчики. Её пурпурное бархатное платье было перевязано поясом из переливающегося шёлка, а рыжие волосы каскадом спадали до пояса, добавляя ей яркости, которая резко контрастировала со сдержанной элегантностью Гиты.
— Ты правда думаешь, что я что-то расскажу? Ты прошла лабиринт, Гита. А я — нет.
Её взгляд скользнул к Гаррику.
— Хотя я тут не единственная, кто потерпел неудачу.
— Неудачу? — переспросил Гаррик. — Я, кажется, помню, что вышел из лабиринта с наибольшим количеством жетонов. А сколько собрала ты, Карисса?
Щёки Кариссы вспыхнули.
— Ещё одна причина не делиться тем, что я знаю, с тобой.
— Мы могли бы обменяться информацией о нашем испытании Света, — предложила Гита.
— Ты первая.
— Это нечестно. Твоё испытание следующее.
— Вы все обошли меня в этом соревновании, включая Маркаса, а он идиот. Это более чем справедливо.
Маркас фыркнул, но защищать себя не стал.
Гита рассмеялась.
— Хорошо. Ты знаешь, что Свет ценит дисциплину. Наш тест будет проверкой на контроль. Способность управлять телом, даже если разум нарушен.
— Нарушен как?
Гита пожала плечами.
— Это всё, что я могу сказать.
Очевидно, это было далеко не всё, судя по самодовольному взгляду, которым она обменялась с Гарриком.
Карисса драматично вздохнула.
— Этого явно недостаточно.
— Очень жаль, — сказал Гаррик. — Теперь твоя очередь.
Карисса усмехнулась.
— О, я так не думаю. Пойдём, Маркас.
Она направилась к выходу, но Гаррик вскочил прежде, чем она успела сделать несколько шагов. Его рука крепко обхватила её за предплечье, рывком останавливая.
— Не думай, что можешь отказаться от сделки, — сказал он, сжимая её руку так, что его пальцы вдавились в её кожу.
— Это была бесполезная информация, — с вызовом ответила Карисса, вскинув подбородок, хотя в её глазах заблестели слёзы от боли.
Гаррик толкнул Кариссу к стене и ударил руками по стене с обеих сторон её головы.
— Попробуй ещё раз.
Гита смотрела на происходящее с развлекающимся видом, даже Маркас наблюдал с налётом жестокого удовлетворения. Видимо, верность дому заканчивалась там, где начинались унижения и насилие, которыми можно было насладиться.
Плечи Кариссы опустились в знак поражения.
— Я просто шутила, — угрюмо сказала она.
Гита изогнула идеальную бровь.
— Тогда ты такая же смешная, как и умная. Ну же, Карисса, ты ведь знаешь, что у тебя нет достаточной изысканности для таких игр.
— Ты такая стерва, Гита.
— Зато я компетентная стерва.
Гаррик обвил пальцами шею Кариссы, и она подняла руки в знак сдачи.
— Ладно, — сказала она. — Добродетель Иллюзий — это хитрость, так что ждите испытания на сообразительность.
— Как именно? — Гаррик не разжал пальцев.
— Через серию загадок и головоломок, которые нужно решить в установленное время.
— Какие загадки?
— Я скажу, если ты расскажешь, как именно будут нарушать наш разум.
Пальцы Гаррика сжались сильнее, и он улыбнулся, наблюдая, как Карисса пытается разжать их. Наконец он отпустил её.
— Увидимся на испытании, — сказал он.
Двое кандидатов из Дома Света вышли из комнаты.
Карисса с ненавистью посмотрела им вслед, а потом повернулась к Маркасу.
— Ты должен был меня защитить.
Он пожал плечами.
— Тебе стоило знать, что нельзя бросать вызов Гаррику. Это не моя вина, что ты дура.
— Я знаю, как тебе нравится лизать сапоги Гаррика, но мне нужно вернуть себе позиции после испытания Пустоты.
— И ты думаешь, что противостояние ему — лучший способ — это сделать? — Маркас покачал головой. — Никто не идёт против Гаррика. Он первый в очереди на наследие Дома Света.
Карисса нахмурилась.
— Я думала, брат Роланда был наследником. Самый младший… Лотар? Я слышала, что он занял это место после того, как Роланд убил отца Гаррика.
Что? Принц Роланд убил собственного брата? И Гаррик всё ещё был ему верен?
— Уже нет, — сказал Маркас. — Гаррик только вчера этим хвастался. Говорил, что принц Роланд наконец понял, кто достоин. Гаррик в деле, Лотар — вне игры.
— Это абсурд. Лотар живёт уже несколько веков; его уважают при дворе. А Гаррик… — Она сморщила нос, словно почувствовала что-то дурно пахнущее. — Гаррик.
Маркас пожал плечами.
— Может, он врёт. Суть в том, что ни один из нас не может позволить себе пойти против него. Если хочешь укрепить свои позиции, лучше постарайся показать себя на испытаниях.
Карисса возмущённо фыркнула и подняла руку, чтобы ударить его. Маркас поймал её запястье, а потом рассмеялся, когда она попыталась его поцарапать другой рукой.
Двое кандидатов из Дома Иллюзий продолжили ссориться, выходя из комнаты.
Я же почувствовала головокружительное удовлетворение от успеха. Принцесса Ориана ясно дала понять, что мне нужно добывать больше информации о предстоящих испытаниях, иначе последствия не заставят себя ждать. И теперь мне было что сообщить.
Позже, укладывая волосы Ларе, я рассказала ей о подслушанном разговоре.
Она скривилась, глядя в зеркало.
— Я ужасно разгадываю загадки. А вот Селвин их обожает. Может, у него есть книга, которую я могу почитать.
— Загадки фейри сложные? — спросила я.
— Сложные и скучные, — ответила Лара. — Обычно это ужасные стихи, написанные века назад, с отсылками к каким-то шуткам про давно умерших королей.
— Это звучит ужасно.
— Так и есть. На самом деле я меньше беспокоюсь о испытании Дома Света. Я всё лучше учусь выглядеть скучающей, так что, если всё, что от меня потребуется, — скрывать свои мысли и чувства, это не должно быть слишком сложно.
Лара становилась всё более откровенной со мной с каждым днём. Всё началось после того злополучного ужина — наверное, потому что я не рассказала её матери о слезах, — а испытание Пустоты, казалось, укрепило эту шаткую связь между нами.
— Хотела бы я знать, что они сделают с твоим разумом, — сказала я. — Зная Дом Света, это, скорее всего, будет больно.
Я передёрнулась, вспоминая, как принц Роланд наслаждался казнями.
Лара поморщилась.
— Думаю, ты права. Я никогда не понимала, почему они такие садисты.
Я закрепила косу на её голове и добавила жёлтый цветок.
— Я слышала, что они невосприимчивы к магии.
— В основном да. По крайней мере, они к ней устойчивы — Иллюзия может обмануть их на пару секунд, но не больше. Даже лозам Орианы пришлось бы изрядно постараться, чтобы пробиться сквозь их защиту. Именно поэтому король делает их тюремщиками и палачами: их нельзя обмануть или ранить магией других домов.
Я вспомнила крылатых стражников с того ужасного, кровавого ужина — их белоснежные глаза и гладкую кожу там, где должны быть рты.
— Хотя никто не может убить с помощью магии без разрешения короля, — продолжила Лара. — Это слишком истощает силы, но раньше такое случалось чаще, до восстания. Дом Света иногда сражается магией, но предпочитает оружие. Это так примитивно.
  
Как у людей, подумала я, но не сказала.
— Часто ли фейри сражаются? — спросила я. — Вряд ли войны здесь так уж обычны.